Мистер Фермер. В объятиях тьмы! (СИ)

— Как скажете госпожа, я готова…
Что произошло дальше, я так и не понял. Ни вспышек, ни звуков боя. Зуриэль просто подняла руку, и в следующий миг тварь развеялась, а меж пальцев ангела очутилось два камня, чем-то напоминавшие драгоценные алмазы: красный и синий. Эсфея, переняв камни, с любопытством разглядывает их, а после, оскалившись, сжимает в кулаке, превращая их в пыль. Лишь когда всё было кончено, и эльфа допустили к его живой, а, самое главное, целой и невредимой дочери, Разноглазый пустил меня к богине. Лицо ангела и Древней выражало обеспокоенность. Что-то подсказывало, визит этого демона — лишь начало. начало очень долгой и неприятной для меня истории.
— Что или кто это был? — Мой вопрос Эсфея проигнорировала.
— Фантом. — Ответил ангел.
— Кто? — Переспросил я.
— Тип прислужника, в нашем случае, тёмного. — Ответила Зуриэль, — Кто такой фантом не так уж и важно. Главное в этом вопросе, кто создал его, и на сколько силён тот кто им управлял.
* * *
Трон эльфийского правителя был залит кровью. У ступеней и на них лежали изрезанные, порубленные тела женщин, рядом с ними тела таких же несчастных, обманутых, убитых во время оргии, беспечных солдат.
Облитый кровью с ног до головы демон, тяжело дыша, рукой своей держался за голову. Он так увлёкся плотскими утехами, на столько сильно погряз в разврате и убийствах, что позабыл о главном. Он упустил момент, когда в теле посланной к богам эльфийки, достигнув пика возможной силы, созрело помещенное в женщину демоническое семя. Эльфийка выполнила свою роль, выносила фантома, но этого оказалось недостаточно.
— Не хватает… ха-ха-ха… мне всё ещё не хватает крови? — Глядя на десятки трупов, разбросанных по тронной, демон поднял один из мечей, а после с размаху проткнул им свой живот. Испытывая наслаждение от боли, монстр в эльфийском обличии наносит по себе ещё несколько ударов. Глядя на раны, ощущая как жизнь покидает ещё живой сосуд, демон улыбается, смеётся. — Мне нужно больше страданий, больше крови, больше смертей…
— Помогите! — Во всё горло, словно его убивают и рвут на куски десятки предателей, заверещал эльфийский король.
  
Глава 4
 
— И, всё-таки, я считаю, что нельзя было вот так просто спускать им всё с рук!
Гневные слова Пом, переживавшей больше других за здоровье Муррки, ничего не значили. На общем собрании совет старейшин всех семей деревни, рассмотрел произошедший с эльфами инцидент. Так как никто не погиб, не получил ран, а сама деревня осталось почти что в целостности и сохранности, Тасс Меллэру и его родичам, с моей помощью, произошедшее спустили с рук, призвав эльфа трудом своим и своих собратьев возместить нам нанесённый физический и моральный ущерб.
Платой за его ошибку(и то, что я чуть не умер), стало несколько эльфийских секретов. Первой, самой дорогой и важной тайной, стал секрет создания эластичной, пропитанной маной эльфийской брони. Её Меллэр передал Додо в качестве извинение за сокрытие проблемы, и покушение на меня его дочерью. Второй секрет, менее важный, стал ответом на один из интересующих меня больше всего вопросов. В качестве моральной компенсации я получил рецепт и способы производства бумаги из тростника. Бумага существенно облегчит мои умственные труды, записывать и хранить данные станет в разы легче. Всю информацию о количестве затрачиваемой и производимой еды можно будет увидеть на одной большой странице, росчерком уголька или ещё чего-нибудь, записать новую информацию и забыть. Просто и быстро, а не как сейчас. Палено найди, дощечек настругай, а они громоздкие, неудобные, так ещё и слово ведь вырезать нужно, да так, чтоб сам потом понять мог. Одним словом — гемор.
 
Кинув шнурок по талии Зуриэль, делаю меточку, после прошу её напрячься, укрепить кожу, приняв вид такой, в каком она обычно вступает в бой. Ангел исполняет мой приказ, в усилении увеличивается не только её объём тела, но и даже рост. Беру ещё один шнурок, провожу тот же замер, ангел стала больше примерно на двадцать процентов.
— Так… ладно, теперь грудь… — Данные замеры требовались кузнецу для создания одежды и брони. Визит демона заставил нас с Эсфеей более тщательно обдумать стратегию обороны и защиты наших собственных жизней. Тьма, она пронизывала весь этот мир и легко могла заразить своей скверной светлую душу. От тяжёлых ран и смерти Зуриэль отделяли лишь её боевые способности, на голову превосходящие всех предыдущих врагов. Её умение делать кожу толстой, непробиваемой примитивными видами оружия смертных, являлось неоспоримым бонусом, который в миг улетучится, если напротив ангела встанет кто-то равный ей по силе. Иными словами, выйди Зуриэль с голой жопой против демона в доспехах, что так же умеет останавливать время, простая царапина при падении, парировании атаки или даже удара о какой-то предмет, может привести её к гибели. Именно по этому, нашего лучшего воина арьергарда, мы и собирались прикрыть секретной, созданной по эльфийским секретам и зачарованной лично Эсфеей бронёй.
Прикасаясь к девственному телу ангела, ощущал исходящее от окружающего её света тепло, нарастающий соблазн. Её сильные руки, упругие, крепкие мышцы живота, и здесь, чуть выше… так стоп, Матвей, куда тебя погнало!
— Муррка, помоги пожалуйста, сними мерку на груди. — Руки мои замерли всего в сантиметрах от этих выпирающих, всё ещё находящихся под усилением, здоровенных сисек. Соски Зуриэль торчали так, словно о них можно порезаться, мне очень хотелось проверить, так ли это, но требовалось держать себя в руках.
— А, я? Почему, вы же сами прекрасно справлялись? — Переплетая вместе с Зелёной длинные волосы лисицы, отозвалась с кровати Муррка.
— Матвеем, мы заняты, сами-сами… — Деловито скрестив руки, наслаждаясь чужим вниманием, тем, что её вычёсывают, а после сразу заплетают сразу две «заботливые служанки», довольная как слон, проговорила Пом. Улыбка от уха до уха не сползала с её счастливого лица, а ведь ещё этой ночью все мы дружненько рыдали от привидевшихся нам кошмаров. Животной беззаботности Пом можно только завидовать.
— Может я могу вам чем-то помочь? — Повернув голову, словно сама невинность, спросила ангел. Я объяснил ей, что мне придётся делать, где, что и как трогать, получив в ответ короткое, чёткое, — Трогайте столько сколько нужно.
И… бля… ну, я начал трогать. Сначала снимал мерки, стандартно, как и везде, а после, незаметно для себя, пальцами зацепившись за её большие сосочки, чутка увлёкся. Грудь, большая, она, как и сама ангел, казалась мне отлитой из чистой, прочной стали, что не пробить, не прогнуть и не сломать человеческими силами.
Плотная, подтянутая, тугая, даже при увеличении габаритов Зуриэль она не теряла форму, не свисала и продолжала торчком глядеть на меня своими мягкими, нежными и приятными на ощупь сосками. Сначала я лишь легонько коснулся её вишенок, затем чуть вдавил в мягкую грудь, а после осторожно прихватил пальцами.
— Эм… — Ой бля… я увлёкся. Подняв взгляд, вижу красное от смущение лицо, блестящие при свете дня, мокрые, голубые ангельские глаза. — Можно я вернусь в прежнюю форму, силы кончаются?
— Да… конечно, извини. — Зафиксировав пальцем на веревочке отметку, убираю руки я. Бля, ну и кабелина, что я делаю. Отойдя в сторонку, кладу мерку, сжимая-разжимая ладони, вспоминаю необычное ощущение в руках. Грудь ангела и вправду что-то с чем-то.