Могильщики талантов (СИ)

Весь кабинет был уставлен книгами. Книги на стеллажах, книги на полках, навешанных над стеллажами, очевидно, гендиректор до них легко доставал. Книги на стульях и стопами на полу. Астролягов никогда не видел такого скопления томов.
Второго человека он заметил не сразу, настолько тот был неподвижен и тих. Вероятно, это и был Гайдар, но Алексей едва ли мог вздохнуть с облегчением, что не встретил рубаку в галифе и пыльном шлеме. Тонкокостный мужчина под шестьдесят, с орлиным носом и смуглым лицом, настораживал. «Где даги, там напряги», — подумал Алексей.
Гайдар был одет в полосатый коричневый костюм-тройку, кремовую сорочку с красным галстуком, украшенным золотой булавкой, на ногах лакированные остроносые туфли. От взгляда его печальных глаз по коже пробегали мурашки, а в голове начинала играть песня «Зачем Герасим утопил своё Му-му» на мотив мелодии из «Крёстного отца».
— Я Астролягова привёл, — доложил Игорь.
— Вот даже как, — развеселился босс.
— Вообще-то я Фомин, — смутился Алексей. — Астролягов — основной псевдоним для газеты, с тех пор прилип как погоняло.
— Он — Алексей Александрович, — взялся представлять Тантлевский. — Лёша, это наш генеральный директор и самый главный редактор Матвеев Константин Сергеевич. А это коммерческий директор Нуцалханов Гайдар Каримович.
— Очень приятно, — повторял Алексей.
Сначала его рука утонула в потной лапе Матвеева, затем её стиснула ледяная ладонь Гайдара.
— Игорь Михайлович, раскидай книги со стульев, — распорядился шеф. — Подсаживайтесь поближе. Сваливай всё в угол. Книги есть балласт, сборник пыли и пустых слов, нечего им место людей занимать.
Слушая благодушное рычание, Алексей вдруг увидел маленького толстого мальчика, увлечённо просиживающего до темноты в читальном зале районной библиотеки, чтобы не идти домой. Книги были для него убежищем, пока мальчик не стал подростком и не открыл для себя увлекательный мир силовых снарядов, которые помогли решить все проблемы. Потом начались взрослые проблемы, но тяга к чтению осталась. Матвеев любил книги, что бы о них ни говорил на публику.
Пока двигали стулья, Гайдар Каримович аккуратно уложил руки на подлокотники, закинул ногу за ногу и принял такой вид, что его следовало немедленно вывести во двор бутлегерского склада на окраине Чикаго и расстрелять, пока он не завёл торговлю героином и не натворил бед.
— Так что насчёт газеты? — вернулся к знакомству Матвеев, когда сотрудники расселись.
— Я работал собственным корреспондентом в «Сумеречном взгляде» и «Некрономиконе».
— Не слышал о таких, — заявил шеф и спросил коммерческого директора: — А ты знаешь?
— Знаю, — с достоинством ответил Нуцалханов.
Астролягов почувствовал к нему симпатию.
— Они плохо закончили, — добавил Гайдар Каримович.
Астролягов почувствовал к нему неприязнь.
— Потом издательский дом закрылся, я пошёл на вольные хлеба, — поторопился вставить он свои пять копеек. — Так до сих пор и пишу, куда придётся, благо, электронная почта даёт такую возможность.
— Алексей хороший редактор, — кинулся на амбразуру Игорь, заслоняя грудью не столько товарища, сколько свою репутацию. — Был же редактором? Вёрстку знает.
— Подменял на время отпусков и по болезни, — ухватился за спасательный круг Астролягов. — Вычитка, номер заверстать, обложка, все дела… Чисто по азам.
— Да это ладно, Лексей Саныч, — посмеиваясь, унял Матвеев. — Это ерунда, парни натаскают. Если Игорь Михайлович сказал, значит, так оно и есть. Мы кого попало не берём. С улицы к нам приходят только авторы. Вы женаты?
— Холост.
Вопрос застал врасплох.
— Чего так?
— Не случилось, — подивился ушедшим годам Алексей. — Жили вместе, но всякий раз не срасталось.
— В армии служили?
— В Вологде-двадцать в учебке, потом в Оленегорске рэксом, — быстро ответил Астролягов.
— До кого доросли?
— Был замкомвзводом. Потом за пролёт сняли, дали назад две сопли, дембельнулся сержантом.
На губах Гайдара Каримовича промелькнула акулья улыбочка.
— Что за пролёт?
 
— На учениях взорвал машину начальника штаба с проверяющим из Москвы.
В кабинете повисла напряжённая тишина, потом заржали.
— Если врёте, то по делу, — разрулил директор издательства. — Армия — это очень хорошо. У нас не служивших мужчин нет. Даже некоторые дамы служили. Казарма укрепляет мозги работников до полного одеревенения, цементирует их, сохраняет трудовую дисциплину и помогает поддерживать иерархию. В издательстве — как в армии, только строже. Командир обязан держать дистанцию между собой и подчинёнными. В армии это сильно желательно, а здесь обязательно. Редактору приходится дистанцироваться от авторов, иначе они своими настойчивыми просьбами оседлают, взнуздают и съедят. На гражданке у них, гадов, свободы манёвра больше. В других издательствах с ними вась-вась, но ничего хорошего из этого не выходит. Под вашим руководством окажется взвод или больше авторов, будете ими командовать. Нормальный командир, в понимании подчинённого, идиот и законченная сволочь, потому что заставляет делать вещи, осмыслить которые подчинённый неспособен ввиду отсутствия полноты информации, и требует исполнения. В глазах авторов вы будете дураком и деспотом, но от этого только польза. Парни потом объяснят, как легче.
— Понял, — быстро сказал Алексей.
Видя, что кандидат принимает корпоративные правила, генеральный директор подсобрался и словно помолодел, лицо осветилось детским выражением счастья.
«Превратился в главного редактора», — подумал Астролягов и решил, что не ошибся с видением.
— Расскажу о нашем издательстве. Мы работаем с девяносто первого года. Издаём книги. Настенные календари, тетрадки, прочая канцелярщина — не наше. Выпускаем преимущественно художку. У нас есть департамент прикладной литературы, всякие сонники, лечебники, магия, оккультизм, справочники на эту тему. Есть спортивный отдел, но большая часть нашей продукции носит развлекательный характер, — он хлопнул по столу и подался вперёд. — Мы выпускаем игрушечные книги. К ним не надо относиться серьёзно. Однако это не значит, что к ним можно относиться безответственно. Главный инженер фабрики по производству игрушек знает, что его мечи и танки не настоящие, но соблюдает технологию производства. У нас тоже вместо трудов серьёзных историков издаётся альтернативка и фэнтези, а, вместо учебников по криминалистике — детективы. Эти книги игрушечные, но к ним надо относиться внимательно. Следить за фактурой, знать матчасть, не допускать ляпов, потому что наши пис-сатели, — это слово он произнёс особенно гнусно, — часто не дружат с логикой. У многих в голове каша. Поработаете, сами поймёте. Будете «вылавливать блох» и доводить совместно с авторами текст до ума прежде, чем он пойдёт в правку. Правкой у нас занимаются внештатные литературные редакторы. Если вы не знаете всех этих закорючек, не парьтесь. Имейте в виду, что литературный редактор занят у нас орфографией и грамматикой, бывает, детективы переписывают, если нужно, но за качество произведения отвечаете в конечном итоге вы. Потом текст идёт в корректуру, там причёсанное довылизывают. Потом вёрстка, потом вторая корректура, проверяют, что нам наверстали. Какие-то книги выборочно проверяю я, или читает Гайдар Каримович, так что будьте готовы. Мы не зверствуем, но фуфла не гоним. Правку обязательно согласовываем с автором, это знак уважения. Денег не стоит, а работает будь здоров. Так что если автор захочет, пусть отгоняет исправления взад. В пределах разумного, конечно. Не позволяйте авторам садиться на шею. Не бухайте с ними и не братайтесь. Не нравится у нас, пусть валят дальше, мир велик, издательств много. Пусть идут в «Крылов», авторов там холят и лелеют. Поэтому живут бедно. А мы будем жить лучше всех и работать как надо. Вы книги пишете?
— Нет, — неожиданный вопрос загнал Алексея в прострацию, он замялся, раздумывая, хорошо это или плохо, но потом признался: — Никогда не писал, даже в мыслях не было. Я публицист, моё дело — статьи, репортажи, новостные заметки.