Могильщики талантов (СИ)

— На работе выпала удача.
— Делись немедленно.
— Знаешь, кого я издаю?
Алла была гоночной, но не манёвренной. Съехать с трассы мысли не могла, но промчать по ней — запросто.
— Какую-нибудь бесстыжую, грязную, продажную суку?
— Продажную? — раньше в таких эпитетах он о маркизе Арманьяке не думал. — Пожалуй что продажную…
Алексей соскочил с кровати, достал с полки раннюю книгу Черкезишвили «Друг мой Дантес».
— Ещё какую продажную! — со значением выдал он, наблюдая, как Алла зачарованно перелистывает первые страницы. — А я-то со всяким сбродом вожусь. Для счастья надо было заглянуть в издательский план и понять, где я вообще работаю.
— Круть, — оценила Алла. — И о чём он сейчас пишет?
— Исторический детектив о том, что лучше быть нищим, чем мёртвым, но часто выбирать не приходится и надо как-то совмещать. И ещё немножечко вести расследование.
— Когда выйдет? — немедленно спросила Алла.
Алексей понял, что как редактор он сделал шаг вперёд.
Следующий шаг он совершил как поклонник. Черкезишвили вёл блог. Это Астролягов узнал из Википедии. Алексей зарегистрировал аккаунт astroliag в Живом Журнале, зашёл к Черкезишвили на a_r_maniak.livejournal.com и добавил его в друзья. Потом написал в личку мольбу включить во взаимные френды.
Прежде он такого никогда не делал. То ли Алла подействовала, то ли день выдался необычный.
Он лёг спать и проснулся другим человеком.
  
8. ПИСАТЕЛЬСКАЯ ЖЕНА
 
— Ой, мальчики, я вам помешала!
По тому, как расцвёл Игорь, а Григорий вскочил и поцеловал даме ручку, Астролягов сообразил, что к ним явилось чудо. Непонятно только было, надо ли рукоплескать стоя или можно сидя?
— Алла Владимировна, как я рад вас видеть! — Тантлевский вышел из-за стола, широко распахнул объятия и облобызался с вошедшей.
«Какая роскошная женщина», — подумал Астролягов, вмиг сражённый энергичностью и обаянием гостьи. Это была дама чуть за сорок весьма примечательной внешности. Густые чёрные волосы забраны на затылке в узел. Большие глаза, большой и красивый нос, большие губы — большое всё и, вероятно, большое сердце, потому что любовь к окружающим фонтанировала нескончаемым потоком.
— Ой, а кто это новенький? — немедленно направилась она к его столу, окружённая услужливо расступающимися обожателями.
— Это наш и ваш новый редактор Алексей, — представил сотрудника Тантлевский. — Прошу любить и жаловать. Лёша, это Алла Владимировна Климович, впрочем, вы сейчас сами познакомитесь.
— Здравствуй, мой дорогой!
Астролягов на всякий случай поднялся, не соображая, как следует себя вести с такой посетительницей, и кто она.
Он также вышел из-за стола и был заключён в объятия, пахнущие вкусными духами и холодом осенней улицы.
Алла Владимировна чмокнула в щёку, засмеялась, достала носовой платок и принялась стирать помаду.
— Очень приятно, — пробормотал Астролягов.
— Можно просто Алла. Давай без церемоний, что, мы, дедушки?
— Конечно, Алла, — выговаривать имя подруги было легко и приятно. — Присаживайтесь.
— А где же Сергей Алексеевич? — засуетился Тантлевский.
— В коридоре.
— Так давайте позовём его сюда, — Григорий открыл дверь.
Астролягов, чувствуя себя, в некотором роде, принимающей стороной, вышел следом.
Возле кабинета прислонился к стеночке мужчина лет пятидесяти с офицерскими усиками и уставной причёской, малость запущенной. На нём был необычный болотного цвета клетчатый пиджак, чёрные вельветовые брюки, остроносые туфли. Мужчина держал чуть на отлёте среднего размера молескин и кнопочную гелевую ручку. Он сосредоточенно над чем-то думал.
— Сергей Андреевич, пойдемте же! — Тантлевский увлёк писателя в кабинет.
Радушные редакторы его нисколько не отвлекли. Рассеянно поздоровавшись, мужчина уткнулся в молескин, опустился на стул, заботливо придвинутый Аллой Владимировной, и что-то записал.
— Забыла спросить, где же Венечка? — затараторила Алла Владимировна, когда все вернулись на места, а сама она заняла кресло, которое услужливо уступил Игорь.
 
— Плоткина с нами больше нет, — деликатно ответил Тантлевский.
— Куда же он делся?
— Он… как бы немножко того… вернулся к праотцам, — заметно было, что ему страсть как неохота огорчать такую хорошую женщину, но и врать ей он не может.
— В каком смысле?
— Его… как бы… немножко… на улице убили хулиганы.
— Не может быть! — схватилась за грудь Алла Владимировна. — Серёж, ты слышал?
— Угу, — мужчина кивнул и гукнул, продолжая строчить.
— Веничку убили.
— Прямо насмерть? — мужчине не хотелось отвлекаться, но надо было показать, что всё слышит, и он отреагировал.
— Насмерть? — переспросила редакторов Алла Владимировна, и те охотно закивали, что, дескать, вообще наглушняк, так, что смертельнее не бывает.
— Ой, ужас. Серёж, ты слышал? Насмерть! Да оторвись ты на секунду.
По лицу мужчины промелькнуло выражение капризной обречённости. Он захлопнул молескин и выключил авторучку.
— Я слушаю, — он поднял взгляд.
В глазах была мука скованного гения.
— Теперь детективные серии ведёт Алексей, — бодрым официальным тоном закончил Тантлевский. — Заключать договоры и обсуждать правку будете с ним.
— Очень приятно, — Алексей подал руку.
— Сергей, — мужчина пожал и опять взялся за перо, еле сдерживая нетерпение, чтобы не пристукнуть ножкой.
Надо было что-то сказать.
— Я так понял, вы вместе пишете? — улыбнулся им обоим Астролягов, но львиная доля улыбки досталась Алле Владимировне.
За её спиной коллеги заухмылялись. Астролягов понял, что сказал явно не то.
— Я не соавтор, я жена, — пояснила Алла Владимировна и улыбнулась так сладко, что сразу стало понятно, никакого недоразумения нет, она не злится, а очень Алексея любит.
Астролягов затормозил, смекая, с кем имеет дело.
— Он у нас недавно и ещё не в курсе, — пришёл на помощь Тантлевский. — Лёша, позволь представить тебе знаменитого писателя Сергея Андреевича Климовича, сериал которого «Личное дело каждого» ты теперь выпускаешь.
— О! — воскликнул Астролягов. — Сергей Климович! А я-то сразу не сообразил…
«Только бы не спросил про своё творчество», — Астролягов не читал его романов, о сериале узнал только сейчас, но фамилию краем уха слышал.
Между тем, писатель опустил голову, щёлкнул авторучкой и погрузился в молескин.
«Аутист, что ли?» — удивился Астролягов, ощущая двоякое чувство. Его избавили от разоблачения, но путём демонстративного игнорирования. С таким поведением он ещё не сталкивался. Судя по невозмутимости коллег, для писателя Климовича оно было в порядке вещей.
— А мы вам новый роман принесли! — Алла Владимировна умела вести светскую беседу и привыкла сглаживать неловкие паузы, часто возникающие в присутствии мужа. — Кому новый роман?
— Мне! Мне! — наперебой заголосили редакторы, вскакивая и протягивая руки.
Алла Владимировна раскрыла сумочку и достала флешку в прозрачном красном корпусе с блёстками.
«Под цвет ногтей», — обратил внимание Астролягов, когда Алла Владимировна протянула ему.
— Вставляйте, Лёшенька, — разрешила она. — Вам же печатать.
— Если начальство одобрит, — Астролягов осторожничал с незнакомой женщиной, не будучи уверен ни в чём. — Какой файл искать?
— «Дело номер двенадцать».
Корневой каталог представлял собой длинный список. Алла Владимировна не ограничивала себя условностями и сваливала весь архив на 64-гигабайтный накопитель, не раскладывая по папкам. Астролягов нашёл по алфавиту «Дело N12.doc» и скопировал к себе.
— Дома наслажусь, — обещал он.
— Желаю приятного чтения, — неожиданно сказал Сергей Андреевич, не отрывая взгляд от блокнота.
— Спасибо, — растерялся редактор и протянул флешку Алле Владимировне.
— И мне потом закинь, — попросил Игорь.
— С вашего разрешения, — поднялся Сергей Андреевич, найдя визит завершённым. — Пойду, напишу какой-нибудь роман. Алла, — позвал он.