Мир Печатей. Аристократ по обмену (СИ)

Дело приобретало интересный оборот.
— Вот как… и часто вы используете эти связи? — я старался, чтобы мой голос звучал как можно равнодушнее.
— Ну… По мере необходимости. Вам ли не знать, сударь.
Я ничего не ответил и снова сосредоточился на этих чёртовых шагах. Как назло, главный вальсон был самым длинным и утомительным танцем вечера. К моменту, когда началась последняя часть, я искренне ненавидел всё, что связано с искусством этого мира. Наконец, грохнул последний аккорд, зал снова взорвался аплодисментами, и я облегчённо выдохнул. Теперь можно валить отсюда с чистой совестью. Заскочу домой, возьму еды в дорогу и своих зеленокожих и помчим навстречу тайнам поместья Ноктис.
Я отвесил Саяне поклон, взял её за руку и развернулся, чтобы проводить туда, откуда забрал.
— О, милорд, вы же не забыли, что обещали танец Витории Цац?
Я мысленно взвыл.
— Я, конечно, понимаю, что это обычная вежливость и у вас не было выбора. Но искренне надеюсь впредь, вы не будете раздавать такие опрометчивые обещания кому попало! Я не хочу, чтобы мой супруг был замечен в обществе других женщин!
Сказав это, Саяна подобрала пышную юбку, подарила мне скупую улыбку и с видом обиженной гордости удалилась.
Я чуть было не расхохотался, но вовремя вспомнил, что за мной всё ещё наблюдают окружающие. Нет, ну вы видели, а? Ещё не жена, а уже вертеть мной пытается! Женщины…
Виторию я нашёл в окружении толпы восторженных поклонников.
— Леди, я ваш должник. А дела не любят ждать. Пройдёмте? — я протянул руку.
Витория окинула меня оценивающим взглядом:
— Уже собрались уходить, милорд?
— Дела, дела, вы должны понимать. Нашу работу за нас никто не сделает!
Витория усмехнулась и взяла меня под локоть.
— Абсолютно согласна с вами, лорд Аарон. Никто не сделает за нас нашу работу.
Последние слова она произнесла с особым ударением.
Мы вышли в круг и заскользили под музыку, ничего больше не говоря. И впервые за всё время пребывания в этом теле и в этом мире, мне стало как-то спокойно. Несмотря на все проблемы и головоломки. Несмотря на угрозу разоблачения. Сейчас был только я, красивая девушка рядом и удивительная музыка вокруг. И пусть эта девушка — профессиональный киллер, чей брат пригрозил меня прирезать, если я не исправлю свои ошибки. И пусть и ошибки-то эти были не мои, а хозяина тела, в которое я попал. И пусть музыку играл оркестр моей будущей жены, на которой я не очень-то хотел жениться. И пусть, собственно, я был не совсем даже и я.
Сейчас я чувствовал тепло рук Витории. И мне было хорошо.
— Ты не сделаешь этого!
Танец подошёл к концу и я направился в сторону выхода вместе с Виторией.
— Что, прости?
— Ты не будешь исправлять Печать для Витора!
В голосе девушки, несмотря на милую улыбку, звучала сталь.
— Но если я ослушаюсь, твой дражайший братик сделает из меня канапе, понимаешь? Он попросту насадит меня на рапиру одной темной ночью.
— А если не ослушаешься, это сделаю я! Мне нужно, чтобы эта Печать вытянула все соки из них!
Кто эти самые «них» я спрашивать не стал. Да и какое мне дело, собственно говоря? Моё совсем недавно обретённое равновесие ускакало со смехом Скартана в небытие.
— Выходит, как ни крути, меня все равно прирежут? Значит все, что мне остаётся — это выбрать наиболее предпочтительную руку!
Витория остановилась и схватила меня за локоть:
— Сколько потребуется Печати на полное обессиливание?
Сколько, сколько. Если б я знал. Я даже не удосужился толком разобраться в том, что отдаю киллерше. Хорошо ещё, что копию сделал. Но не посвящать же в это девушку.
Я развёл руками и изобразил неопределённость на лице:
— Всё зависит от множества факторов, понимаешь. Сказать точно…
— Значит, ускорь это как-нибудь! Это в твоих же интересах, мой лорд! А пока будешь работать над ускорением, скройся у Фиоре. Не самое идеальное место, но на какое-то время хватит. Тем более, насколько я знаю, герцог готов оказать тебе поддержку. В обмен на определённые, эм… любезности.
— Ну да, всего лишь связать свою судьбу с его прекрасной дочкой. Такая мелочь.
 
— Я имела в виду Печати. Но, видимо, герцог пока не посвятил тебя в свои планы.
Витория погладила меня по руке.
— Впрочем, это меня не касается. Удачной поездки!
Девушка привстала на цыпочки и легко поцеловала меня. А в следующее мгновение смешалась с толпой, оставив меня с новым ворохом загадок и непониманий.
— Милорд, уже уходите? — у самого выхода я наткнулся на герцога в компании Витора. Вот уж рыба-прилипала.
— Прошу меня простить, неотложные дела. Сами понимаете, обязанности наследника целого рода требуют от меня большого внимания!
Герцог нахмурился.
— Вы не останетесь на ужин?
— О, это большая трагедия для меня. Я наслышан о великолепии ваших поваров. И искренне надеюсь, что в самом ближайшем времени смогу оценить это по достоинству. А сейчас, с прискорбием и горечью, с превеликим нежеланием и…
— Короче, — прервал мой словесный поток герцог.
— Отваливаю я, милорд.
— Понятно.
Было видно, что такой отъезд герцогу не по душе. Но присутствие Витора не давало ему возможности говорить все, что он думает. Этим я и решил нагло воспользоваться и слинять поскорее без лишних слов.
— Господин Цац, всего доброго. Надеюсь, с вами судьба меня сведёт не скоро.
— Как знать, как знать, — протянул Витор.
Я не стал дожидаться, пока он придумает ещё какую-нибудь гадость, отравляющую мне жизнь. Быстро откланялся во все стороны и поспешил прочь.
В парке было все также тепло и уютно. И, самое главное, безлюдно. Чудо-птицы на насесте не было. Я повертел головой и заметил блеск впереди по дорожке. Помня о том, что времени катастрофически ни на что не хватает, я подошёл к птице.
— Ну что, мой друг. Я продолжаю попадать. Все веселее и веселее с каждым разом.
Птица склонила голову, как будто слушала мои излияния. Мне вмиг стало смешно. Докатился до ручки. Или до точки.
— Что же, бывай!
Я развернулся и уже двинулся к выходу, когда за спиной услышал шуршание. А потом уже знакомый мне крик паулина.
Я обернулся. Птица с гордым видом и расправленным хвостом шагала прочь от меня. А там, где я только что стоял, лежало прекрасное перо. Недолго думая, его я тоже убрал в Тайник. На всякий случай.
— Домой, — приказал я кучеру, заворачиваясь посильнее в плащ.
Печать для обогрева активировать не стал. Знание о том, что тянуть эта Печать будет мою не восполняемую силу, как-то вмиг гасило желание по-быстрому намагичить. Едва карета выехала с территории Фиоре, карету начало болтать и трясти в разные стороны. Мне тут же подумалось, что две главные проблемы присущи не только нашей стране. А всем мирам, где есть разум.
Мимо пронеслась и скрылась за поворотом карета с опоздавшими. Как раз кто-то успеет к грандиозному ужину.
— Ваша матушка, милорд, — прокричал мне кучер, стараясь перекричать завывания ветра. — Видать, куда-то застряли по дороге!
Я мысленно возблагодарил мироздание, которое развело меня с Мелорией. Терпеть её истерики сейчас не хотелось. Да и сил, честно говоря, не было. Хотелось спать. Но тряска и колдобины не способствовали сну. А может, виной всему было нервное напряжение?
Я достал Основы. Попытался почитать, но в голову ничего не лезло. Убрал их назад и вытащил мешок с Печатями для гильдии. Повертел в руках, даже смог разобрать несколько контуров. Но в целом, ничего конкретного. Моих знаний было всё ещё недостаточно. Со вздохом разочарования убрал все это магическое богатство назад. Попытался почитать дневник Аарона. Но на первом же «АХ!» стало так противно, что я едва сдержал желание выкинуть его в окно. В конце концов, я вытащил одно из перьев и принялся наблюдать за переливами света на разноцветных чешуйках.
Перо паулина — редкое явление. Коллекционеры охотятся за ним десятилетиями. Потому что гордая птица очень редко отдаёт свои перья эльфам. Ещё реже — людям. И никогда — оркам. Цена одной чешуйки обычного паулина составляет…