Нимфоманка для альфы (СИ)

Но ведь и на этом не остановилась. Она предала моих волков. Оборотней, присягнувших мне на верность. Принявших ее, как женщину их вожака. Они любили зеленоглазую ведьму, искренне служили. В итоге их всех перерезали как скот. По ее вине. На ее глазах. Их смерти я никогда не прощу себе. И ей. Ни прощения, ни пощады не будет для Жасмин.
Переношусь в прошлое. Вспоминаю. Каждый день. Даже валяясь в бреду овощем, утратив ориентиры, я думал только о ней. Пытался понять и не мог. Как не учуял фальши? Как не понял, что я был лишь объектом ее коварных планов. Она предана другому. Прислуживает ему. Такер. Интересно, какая она с ним? Эти мысли вытягивают жилы, ломают кости, прошивают огненными ударами изнутри.
Все еще ревную. А должен был излечиться. Ее деяния должны были выжечь в душе все. Увы. Не выжгли. Церемония – отчаянный отголосок прошлого. Мои былые мечты, вывернутые наизнанку. И ее фальшь, гниль, все это сплетено в кровавую церемонию боли.
Тогда пять лет назад, я делал ей предложение. Порой мне не хватает себя, того, наивного и влюбленного волка. Выбравшись из клетки, я не знал отношений, не ведал любви. В сердце скопилось столько эмоций, что я спешил отдать их ей. Все до капли. Я первые по-настоящему жил, и верил – это взаимно. Я отдавал себя, и даже не понимал – это ей абсолютно не нужно. Она уже принадлежит другому. Душой. Сердцем. Она улыбалась мне, а принадлежала ему. Говорила со мной, разделяла ложе, а мысли далеко, рядом с моим братцем. Так играла, что я не сомневался – моя! Пусть я лишен истинной пары, но я полагал, что нашел гораздо больше. Нашел свою половинку сердца, той для которой теперь хочу жить.
В тот день я волновался. Приготовил для своего цветка нечто особенное. Вел ее по лесу к сказочному месту. А она выспрашивала меня о моей жизни.
- Ты собираешь свою стаю, переманиваешь волков, чтобы им мстить? – на ее ресницах, как бриллианты блестели слезы. Она была так искренняя в своем сочувствии. Цветок, сотканный изо лжи. – Какие планы? Как ты планируешь напасть? – даже эти вопросы не казались мне странными. Я ей доверял полностью, безоговорочно.
- Я не хочу мстить…
- Как? – она всплеснула руками, округлила свои невозможные глаза. – Они держали тебя в клетке, на твоих глазах убили мать? Даймонд, наверняка у тебя есть план возмездия?!
- А разве месть воскресит мою мать? Вернет мне годы, проведенные в клетке? Я только развяжу войну, которая может в итоге унести невинные жизни.
- И ты вот так все просто оставил? Зачем ты тогда переманиваешь оборотней? Собираешь стаю? – она качала головой, хмурила бровки.
- Моя цель – проследить, чтобы никто больше не пострадал от их руки. И я приму в стаю каждого, кто чувствует дискомфорт рядом с ними. Это же касается и других стай. Я слежу, чтобы не началась бесчинства. Чтобы больше никто не оказался в клетке, как я. Нападать первым я не стану. Но и из поля зрения их пока выпустить не могу, - обнял ее, прижал к себе. – Жасмин, зачем о грустном? Зачем месть, если у нас впереди с тобой вся жизнь.
Она тогда не ответила. Потупила взгляд. Вздохнула.
День клонился к закату, когда мы добрались до места назначения.
- Это все для тебя, - шепнул ей на ухо, радостно наблюдая за реакцией любимой.
- Невероятно… - она оглядывалась по сторонам. Потом посмотрела на меня и повисла на шее, осыпая меня поцелуями.
Мы пришли к водопаду, окруженному цветами Жасмина. Мои волки несколько дней старались украшали это место, чтобы все было идеально. Все только для нее.
Голубая прозрачная вода с шумом лилась. Цветы, утопающие в зелени, так напоминающие ее глаза. Вокруг поют птицы, шумит листва. А я смотрю только не нее, и нет для меня в мире ничего прекрасней.
Подхватил ее на руки и понес к водопаду. На нас полилась вода. Теплая, как парное молоко. А под ногами, вверху, с боков, цветы. А ее аромат все рано слаще, он не сравнится ни с одним цветком. Она сводит с ума, растворяюсь, вода омывает нас, а я кидаю свое сердце к ее ногам.
- Жасмин, радость моя, - держу в руках свое сокровище. Она смотрит на меня, широко раскрыв глаза, омывая изумрудным сияньем, приоткрыв губы. Капли воды стекают по ее лицу, и я, не удержавшись, слизываю их. – Как только увидел тебя, осознал – ты сотканное совершенство, воплощение грез, девушка, подарившая надежду. Ты показала мне, насколько может быть прекрасен мир. И этот мир я вижу только в твоих глазах. Ты стала моей опорой, моей путеводной звездой. И сегодня я хочу отдать тебе сердце, хочу связать нас навеки. Ответь, пожалуйста, на один вопрос…
 
- Какой? – в ее глазах стоят слезы, губы дрожат. Дрожит. Вцепилась мне в плечи.
- Посмотри на небо…
На небе уже появляются первые звезды, но их не видно. На небесах огненными буквами высвечивается надпись: «Ты станешь моей женой?». Небо пылает для нас, и в языках пламени горит моя любовь. Все то, что я так жаждал подарить ей. Все те чувства, что лились нескончаемым потоком из моей груди.
- Да, - прошептала, продолжая заворожено смотреть вдаль.
  
Глава 18
 
После предложения наши отношения изменились. Если раньше я был счастлив, то теперь парил в небесах. Жасмин сильно изменилась. Она хотела каждую минуту проводить со мной. Не отходила ни на шаг. А желание становилось все сильней. Оно росло и клубилось между нами, словно неведомые силы вплавляли нас друг в друга.
- Надо ловить момент. Испивать жадными глотками то, что у нас сейчас есть, - повторяла неоднократно. И в такие моменты зеленые глаза блестели от непролитых слез.
Мог ли я представить, что вскоре мое недолгое счастье разрежут раскаленным железом? Что мое сердце растерзают на куски? Нет. Я и мысли подобной не допускал. Слепец в плену иллюзий. Мне рисовали картину, позволяли потрогать мечту. А я принимал все за чистую монету.
И даже не смущало то, что между нами по-прежнему стояла неведомая магия. Нечто чужеродное, ядовитое. До сих пор удивляюсь, как я сразу не распознал козни Захария. Но любовь сделала меня махровым оптимистом, и я полагал, что мы все сможем преодолеть. Ведь главное в жизни свершилось – мы нашли друг друга.
В тот день Жасмин решила отпраздновать нашу помолвку. Попросила меня пригласить стаю. И сама, весь день стояла у плиты. Тогда я умилялся ее странному порыву. Ведь ранее никогда любовью к готовке она не страдала. А сейчас наотрез отказывалась от любой помощи. Хотя я настойчиво предлагал нанять поваров.
Ужин и правда был отменный. Волки собрались в нашем доме, купленном для моей Жасмин. Свечи, мясо с кровью, отвар из ягод, любимая учла все наши вкусовые предпочтения. Бегала взад и вперед, подкладывала угощения оборотням.
А потом стало происходить нечто странное. Появилась слабость. Сонливость. Вскоре и вовсе отключилось сознание. Очнулся я уже в пещере. Первое что увидел – пламя костра. Попытался пошевелиться – не выходит. Все соображаю, а двигаться не могу. Парализован.
- Что… происходит… - промямлил заплетающимся языком. Губы слушаются с трудом.
- Привет, братец! Давно не виделись, - перед глазами возник Такер. От распирающего его триумфа он сияет.
- Где Жасмин, что ты с ней сделал?! – первая мысль. Я не переживал за себя. Главное – безопасность возлюбленной. Она у них в лапах. Надо спасти. Надо преодолеть этот странный паралич!
- Так вот же она, - улыбка растянулась до ушей. Он привлек к себе мою женщину. По-хозяйски обнял за талию. Она потупила взгляд. Не смотрит на меня. Но и Такера не отталкивает.
- Жасмин! Что он с тобой сделал?! – я все еще не мог поверить, что она вовсе не пленница.
- Скорее, что ты сделал, Даймонд. Пришло время отвечать за все, - ее голос звучит сухо и глухо.
- Ты о чем? – смотрю на нее и не верю, не хочу верить, что все это происходит наяву.
- Не стоит с ним разговаривать. Вопросы буду задавать я, - поцеловал ее в щеку. Ярость, смешанная с болью, пронеслась по телу. Хочу встать, скрутить ему шею, а я не могу пошевелить и пальцем.