Ведьма и охотник (СИ)

— Нам пора, — девушка коснулась его плеча, привлекая к себе внимание.
— Мы должны забрать их с собой. Охотники не будут разбираться, и девочки…
— Они могут позаботиться о себе. Ведьмы и дроу развиваются и растут быстрее, чем люди раза в три, забыл? И я оставила им заколдованные монеты. Если что-то произойдет, то ковен придет на помощь.
— Не ты? Ковен? — Малфой сдвинул брови.
— Неизвестно, выживу ли я после того, как падет метка Мораны, Ты ведь опытный охотник.
Он ничего не ответил, не желая рассказывать, что не собирается её убивать. Она — не чудовище. И это окончательное решение.
Перемещение вновь кружило голову. Черт бы побрал порталы и всё, что с ними связано. Гермиона, оказавшись в родном лесу, принюхалась. Будто что-то почувствовала. Драко приблизился и прислушался, используя на максимум обострённый слух. Ничего. Первозданная наполнила кости, пытаясь изучить местность. Снова ничего, кроме магии лесной и дроу.
— Всё в порядке, я просто проверяла, есть ли тут опасность, — улыбнулась Грейнджер. — Мало ли…
— Думаю, вряд ли найдется смельчак, чтобы напасть на нас, — уголки губ Малфоя поползли наверх.
Её лицо мгновенно помрачнело, словно она что-то вспомнила. Резким шагом девушка направилась прямо в хижину и грубо открыла дверь. Охотник непонимающе последовал за ней. Теперь ей не избежать вопросов, и скорее он позволит матери монстров разорвать его на куски, чем отступит.
В комнате было темно, и Гермиона несколькими взмахами руки зажгла свечи. Она старательно делала вид, что не замечает Малфоя, который сел на кровать и скрестил руки.
— Говори.
Отрывистая фраза разрезала тишину. Сейчас. Он хотел получить все ответы прямо сейчас и ни секундой позже.
— Ты не слышала? — Драко встал и в два шага приблизился к ведьме. — Я устал ждать. Ты должна ответить на мои вопросы.
— Тогда спрашивай, — она ответила с нескрываемой злостью.
— Мы встречались раньше. Расскажи об этом. Расскажи, дракон тебя раздери, все с самого начала.
— Это не вопрос, а ты, очевидно, не самый умный охотник!
— Ты — моя имани? — Малфой схватил её за плечи, чувствуя, как накатывает безудержный гнев.
— Да…
— Получается, что и Удел.
— Нет, Драко. Здесь ты ошибаешься, — она попыталась отдернуться, но крепкие руки держали с невероятной силой. — Я покажу тебе, дождись полной луны.
— Я не готов так долго ждать!
— Придется, мне ведь пришлось… Четырнадцать лет! Докажи мне, что ты стоишь каждого адского дня, когда мне было тяжело, страшно и больно. Ты обещал быть рядом, но забыл и просто исчез из моей жизни! Не смей требовать от меня ответов сию же секунду, чертов дроу! Возьми, что тебе нужно, и убирайся!
— Так тому и быть, — он перекинул ведьму через плечо и направился к двери.
Гермиона зачаровала проход, и замок засветился колдовским узором. Теперь не выйти и не войти. Драко толкнул массивное дерево ногой, но магия не дала петлям даже скрипнуть. Он повалил ведьму на постель и навис сверху.
— Отпусти меня, — прошипела она сквозь зубы.
— Ты сказала брать, что нужно, и уходить, а потом заколдовала дверь. Пора бы определиться в своих желаниях.
— Ты ведь должен убить меня, забыл?
— Живи сегодня, чтобы воевать завтра, — он обжигал её шею горячим дыханием.
Гермиона приоткрыла рот, чтобы набрать побольше воздуха и возразить. Малфой не дал ей даже шанса, впившись ядовитым поцелуем прямо в красные губы. Смерть вперемешку с уничтожающей страстью слились воедино, вырывая лёгкие из грудной клетки с ужасающим треском.
Горькое отчаяние разливалось по венам и разбавляло кипящую кровь. В ней крылся самый тёмный секрет и самое светлое будущее.
Сердце стучало так быстро, что шум бил набатом в ушах. Драко расстегивал пояс на её платье, желая поскорее почувствовать подушечками пальцев золотистую кожу. Сжечь своими ледяными прикосновениями и заставить девушку стонать так громко, чтобы по стеклам пошла трещина.
Одним острым когтем она разрезала ткань, едва не поцарапав торс мужчины. Всё катилось в адскую бездну, и Малфой летел туда быстрее молнии. По щекам расползлись узоры, Первозданная завладевала его сознанием. Он почти не контролировал себя, разрывая проклятое платье.
 
Остатки одежды клочьями расползлись по комнате, словно опавшие листья с крон деревьев. Драко прикусил возбужденный сосок, заставляя ведьму выгибаться навстречу грубой ласке. Его рука сжала с такой силой её ягодицы, что метка загорелась тупой болью. На коже мгновенно появились красные подтеки и несколько ссадин. Ни капли нежности, ни крохи сдержанности.
Гермиона прижималась всё теснее, глаза светились ярким оранжевым пламенем. Она схватилась за светлые волосы и резко оттянула голову Малфоя в сторону, чтобы оставить свой след на шее. Укус был болезненным, но не причинил ему никакого вреда. Внизу живота крошилось жесткое напряжение, а тело жаждало почувствовать внутри каждый дюйм его возбужденного члена.
Драко заломил её руки наверх и посмотрел затуманенным взглядом на безупречные линии красивого лица. В комнате будто высосали весь воздух. Лёгкие полыхали как от пожара, а желание войти в неё одним движением до упора застилало глаза. Чертова ведьма. Проклятая и дурманящая. И должна гореть дьявольским огнем, который пожирал мужчину, выжигая на костях чёрные пятна.
С ней не так, как с другими. Не нужно переживать о слишком сильно сжимающих кожу пальцах или резких рывках. С ней падали все барьеры, разбиваясь о её стонущий рот.
Малфой погрузил в неё два пальца, чувствуя, как плотные мышцы влагалища тут же начали пульсировать. Гермиона заерзала, насаживаясь ещё сильнее и глубже. Он ускорился, наслаждаясь каждым протяжным вздохом и двигающимися в такт бёдрами.
По костяшкам стекала смазка. Во имя матери монстров, Драко отказывался контролировать свои желания и перевернул ведьму, поставив её перед собой на колени. Она прогнулась в спине и раздвинула ноги. Мужчина провел рукой по члену, оголяя головку, и резко вошел на всю длину, Грейнджер словно была создана для него, принимая каждый дюйм с такой легкостью и страстью, что он едва не кончил сразу.
С ней Малфой мог быть собой: безжалостным убийцей и опасным дроу. С ней можно было не скрывать Первозданную, проклятые узоры по всему лицу и почти чёрные глаза.
Гермиона поймала ритм и двигала навстречу бёдрами, позволяя его члену проникать в её податливое тело до самого конца. Бешеные рваные рывки сводили Драко с ума. Ему хотелось большего. Он должен видеть её проклятые оранжевые радужки и вздымающуюся грудь.
Малфой перевернул девушку на спину и согнул тонкие ноги. Грейнджер мгновенно подтянула их к груди, позволив ему, стоя на коленях и упираясь ладонями в её бедра, войти максимально глубоко.
Она была полностью в его власти и растворялась в ней до последнего вздоха. Девушка застонала от накатывающего удовольствия, которое разрывало внутренности на части. Драко не был нежным и внимательным, вбиваясь яростными толчками. На золотистой коже оставались следы, кричащие, что ведьма принадлежала ему и только ему. Он терял с ней голову. И чувствовал, что огромная волна скоро снесёт их двоих и потопит в оглушительном пике.
Охотник ощущал, как её мышцы сжимаются вокруг члена, обтягивая еще более плотным кольцом. Гермиона была почти на грани, и это только приблизило разрядку. Она — его имани. Часть души и тела. С ней весь мир и Первозданная магия становились единым целым, и Драко почти касался равновесия. Чертова ведьма. Проклятая Грейнджер.
Мужчина ускорился и поддался обжигающему пламени. Ощущение, как она кончает, уничтожило его, и он растворился в оглушающем оргазме.
Отпустив мертвую хватку, Малфой почувствовал, как Гермиона обвивает его ногами, и практически упал на неё, прижимаясь к тяжело вздымающейся груди. Они связаны и теперь проведут вечность рядом друг с другом.
Впервые в жизни Драко испытывал благодарность за тёмное бессмертие, представляя, как будет брать свою женщину каждую ночь, наслаждаясь протяжными стонами. Он вышел из неё и упал рядом на постель. Девушка повернулась на бок и закинула на его торс ногу, не открывая глаз.