Измена. Вторая жена мужа (СИ)
Измена. Вторая жена мужа
Глава 1. «Подарок» на годовщину
- Думаешь, он оценит твои старания? – облокачивается бедром о столешницу сестра мужа и берет из вазы яблоко и смачно откусывает.
- Он в последнее время очень много работает и не отдыхает совсем…
Договорить я не успеваю, потому что в прихожей слышен вскрик.
Испуганно выбегаю первой из кухни и иду на звук. По дороге кое-как впопыхах вытираю мокрые руки о край передника.
- Привет, - шепчу одними губами. Меня словно пригвоздило к месту. - Что случилось? Что-то с родителями?
Муж пришел в такую рань и придерживает нежно за локоть мою сестру. А та со вселенской болью на лице снимает сандалии.
Ужасные мысли лезут в голову.
Что такое серьезное стряслось?
Она только вчера вечером звонила и интересовалась как у меня дела. Я удивилась ее внезапному порыву - обычно она таким поступком не отличалась. И я ей вдохновенно по секрету поделилась, что готовлюсь встретить в обед мужа с торжественным сюрпризом. Ведь у нас третья годовщина свадьбы.
И вот она теперь стоит напротив меня, под руку с моим мужем. Лицо страдальческое и свободной рукой придерживает выпуклый живот.
Так, стоп! Зара беременна? От кого? Она ведь не замужем… Или я чего-то не знаю?
Но ничего такого ни она ни ее родители не говорили…
- Эльнара, иди помоги. Заре нужна помощь, - говорит муж раздраженно. Начинает злиться? А с каких пор он заботиться о моей сестре?
Не могу и шага ступить. Почему-то тело не слушается.
- Тебе же сказали помочь. Так чего встала как истукан? – раздается позади привычный знакомый женский голос. - Принеси мягкую подушку для жены Селима. Не видишь, ей плохо, - свекровь задевает меня плечом, когда проходит рядом и с сочувствующим видом берет Зару под другую руку.
Жена моего мужа… С каких пор?
Меня будто по голове кувалдой ударили. Мир начинает плыть перед глазами.
Прикусываю щеку изнутри, отчего в глазах немного проясняется, а на языке чувствуется металлический привкус.
- Это такая шутка сейчас была, да? - спрашиваю онемевшими губами, глядя на свекровь. И жду, что это всего лишь розыгрыш, чтобы подколоть меня. И вот они сейчас будут хохотать надо мной и скажут - «Вот дурочка, а ты поверила!». А я буду смеяться с ними и мы отметим нашу годовщину.
Но никто не спешит опровергнуть ими сказанное.
Воздуха не хватает. Еще немного и я задохнусь. Какая еще жена? А я кто?
Смотрю умоляющими глазами на мужа.
- Я же сказал, что надо помочь, а не задавать вопросов, - отрезает холодно Селим, бросает сквозь зубы, сдерживая гнев.
И это меня добивает.
Помочь? Двигаться никак не получается. Тело одеревенело и словно приколото к полу.
А муж все с тем же суровым выражением лица, как всегда. Это обычное его состояние – сосредоточен и неразговорчив. И как фарфоровую вазу придерживает «жену» одной рукой, а второй приобнимет за плечи.
Когда-то я влюбилась в его хладнокровие и серьезность. А сейчас…
А сейчас даже не понимаю, что чувствовать.
Кажется, что я внезапно попала внутрь какой-то игры. Все вокруг знают, что происходит и куда идти. А я одна не понимаю. Вот и стою изваянием, держась за стену рядом.
Они втроем проходят мимо.
Замечаю зловещее удовольствие в глазах свекрови. Она более чем довольна.
Ведь давно мечтала о внуке. Которого я не могла подарить ей…
Взгляд цепляется за самодовольную ухмылку на лице сестры. Она мелькнула на миг, но я отчетливо ее видела. Зара более чем довольна.
В те минуты, когда мы созванивались, она говорила, что завидует мне. И тут же с чувством добавляла, что только по-хорошему.
А я ей верила. И от всего сердца желала ей встретить свою настоящую любовь. И построить свою счастливую семью.
И как видно, строит. Не покладая рук. И не только…
- Поторапливайся уже, Эльнара, - доносится недовольный голос свекрови из гостиной. – Так трудно принести подушку что ли?
Они уже ушли?
А я так и осталась стоять в оцепенении и непонимании происходящего..
Словно на автомате шагаю в гостиную и беру с кресла одну из подушек и подаю ее, чтобы подложили под спину Зары, которой со всей аккуратностью помогают удобно усесться на диване.
- Ой, - вздрагивает та со вселенской болью на лице и тут же добавляет. – Можно мне воды?
- Ты что не слышала? – тычет меня локтем свекровь, от которой не отодвинулась вовремя. – Тебе же сказали, чтобы принесла воды.
Ошарашенно смотрю на женщину, которую называла последние годы мамой, и обида захлестывает меня.
Слезы предательски подступают к глазам, но не даю им волю. Только не сейчас.
Как всегда, беру волю в кулак, подхожу к столу неподалеку и убираю белоснежную ажурную салфетку с графина. Беру чистый прозрачный бокал тут же с подноса и наполняю водой.
Это стоит мне неимоверных усилий, потому что только замечаю, что пальцы дрожат.
Все теми же дрожащими пальцами отношу бокал и отдаю свекрови.
- Ты чего мне отдаешь? – кривится в презрительной гримасе лицо свекрови. – Сестре твоей нужна. Прояви уважение. Она все-таки носит наследника от моего сына.
Смотрю на маму мужа и стою оглушенная ее словами.
Моя сестра и муж… и у них будет ребенок? Ребенок… которого я не могу родить уже третий год.
- Я возьму, - выхватывает из моих рук бокал так называемая сестра.
Только у нее ничего не получается. Потому что мои пальцы не разжимаются. Я бы и хотела, только мои руки не слушаются меня.
- Отпусти, Элька, - нервно улыбается Зара и снова пытается выдернуть бокал с водой из моей хватки.
- Отдай, - стальным голосом требует муж.
Вздрагиваю от его интонации, оборачиваюсь на него и одновременно разжимаю пальцы.
- Отойди от нее, Эльнара, - взгляд мужа требовательный и холодный.
Он так всегда смотрит когда что-то надо сделать. Без лишних слов.
Поворачиваюсь к нему и наклоняю голову чуть к плечу. И смотрю на того, кому безоговорочно верила с самого начала. Я всецело принадлежала ему последние три года. Всегда закрывала глаза на его холодность и отстраненность.
Проявляла «мудрость» и не разрешала себе лишних слов, движений, громкого смеха даже. Потому что «молодой невестке так делать неприлично».
Получается, что пока я под «чутким» руководством свекрови училась уже как третий год быть «примерной женой» мой муженек тоже не терял время даром. Заделывать ребеночка на стороне. И не с кем-нибудь, а с той, кого я назвала «сестра».
Наши матери-то сестры, почему бы и нам не звать друг друга сестрами.
Все это осознание проносится в сознании в считанные секунды, а боль и горечь навсегда выжигают в моем сердце клеймо «предатели».
Делаю шаг навстречу Селиму.
- С праздником, любимый муж…
Выделяю голосом последние слова и, оказывается, голос у меня тверд. Пытаюсь улыбнуться.
Только вот осознание того, что мои надежды не просо рухнули, а их облили кислотой и кримировали в моем сочащемся от горя сердце, отдается ощущением ломоты во всем теле. Словно через мясорубку всю меня пропустили.
- Знаешь, лучшего подарка я бы не смогла тебе придумать подарить, - и все же в конце дрогнул мой осипший голос.
- Не придумывай, Эльнара, - надвигается Селим на меня, глаза мечут молнии.
- Конечно, не могла подарить, - ту же торжествующе отзывается свекровь за моей спиной, отчего я хмыкаю, все еще не отводя взгляда от Селима. - Вся округа уже чуть ли не пустила слух, что мой сын бесплоден…
- Мама, - предостерегающе рычит Селим.
Только вот женщину было не остановить. И она с гордостью продолжил:
- А теперь я всех смогу заткнуть, когда родится мой внук. И будет он доказательством того, что мой сын еще как может стать отцом…
Взгляд от уже бывшего для меня мужа не отвожу. Хотя с каждым произнесенным словом его матери черная точка предательства в груди начинает расширяться. А вот лицо Селима непроницаемо. Он скрыл свои эмоции за маской холодности и отстраненности.