Ни сегодня, ни завтра, никогда! (СИ)
«Вот же ты гад неблагодарный», — фыркнул демон, покачав головой, и они засмеялись, шагнув в арку портала.
Верммут собирал войска, когда во дворе распахнулся проход, и из него показались король с демоном. Они оба уставились на ровные армейские ряды и остановились.
— Что тут происходит?
— Глава! — эльф был в ярости. — Где ты был?! Почему ушел…
Лациф вмиг выпрямился и сверкнул глазами. Эрик на пол дороги остановился и резко пал на колени.
— Прошу меня простить, король. Я беспокоился о вас.
— Еще раз, что происходит? — у Лацифа ноги дрожали, но показывать свою слабость он не собирался.
Гаут выругался и обратился лавовым троном позади короля:
«Должен будешь, гад».
Лациф сделал шаг назад и гордо сел, взглянув на тревожно склонившегося эльфа и вытянувшуюся в струнку армию.
— Весь онлайн сейчас же отправляется в Старый город зачистить остатки Темных. Верммут, Мирга, возьмите оружие с кровью Кролуса. Оно хранится у Досса. И всех, абсолютно всех, кого найдете, убить! Не жалеть никого! Темных на тот свет! Это конец, ребята! Теперь или мы, или они! Если увидите Сияющего, не нападать, сразу же доложить мне! — он взмахнул рукой и открылось три портала, ведущих на площадь Старого города. — Те Темные, кто успел переместиться, недалеко ушли. Все проверить, облазить каждый угол! На тех землях должен остаться только снег!
Брут лежал на кровати в спальне, принадлежащей Галишу, прямо рядом со своим аватаром, и когда он пришел в себя и открыл глаза его передернуло от неожиданного соседства.
— Вот черт! — вскочил эльф с кровати и тут же упал на пол. — Ох, — ноги подвели, и Брут с трудом подполз обратно. Он медленно встал, опираясь на дужку и осмотрелся. — Я дома, — облегченно выдохнул Темный.
— Очнулся, — в комнате появился Лациф. — Что-нибудь помнишь?
— Нет, — покачал тот головой, — только то, что он воткнул мне в бочину какой-то странный клинок, а потом все. Дурман и пелена. Я как будто под наркотой был.
— Клинок?
— Да, зигзагом такой, — исполнил в воздухе Брут.
— Разберемся. А тебе пора домой. И чем быстрее, тем лучше.
— А может я на прощание поговорю с Тери? — он глянул на себя в зеркало. — Все же, теперь, этот аватар я удалю.
— Не стоит, — покачал головой Лациф. — Иди домой, там родители и сестра тебя уже заждались, да и бедный Кевин с ума сходит.
— Кевин?
— У тебя там Дардион в палате.
— Правда? — Брут улыбнулся. — Значит увижу нашего историка.
— Увидишь.
— Ну, тогда я пошел, — Галиш снова лег на кровать и закрыл глаза.
— Давай, Бредли. Удачи.
«Выход из сеанса?»
«Подтвердить».
Глаза открываться не хотели. Веки казались неимоверно тяжелыми и совершенно не поддавались желанию осмотреться. Бредли попытался пошевелить рукой и несколько пальцев подчинились. Он втянул в себя воздух поглубже и закашлял.
— Галиш? Парень? — услышал сквозь пелену тумана незнакомый голос. — Эй, Гал?
Медленно открыл глаза и уставился на мутное пятно перед собой, что постепенно превращалось в молодого и пухлого розовощекого мужчину. Несколько секунд молчания и взаимных погляделок, а затем Галиш заржал как конь, но тут же снова закашлялся.
— Дард, это ты? Ахаха! Вот это подстава! Наша грудастая красавица это ты, толстячок! Ахаха, — хохотал вперемешку с одышкой Бредли.
А Кевин сердито что-то ворча, торопливо снимал с него шлем и прятал в переносной блок:
— Как вытащили тебя?
— Не помню подробностей, — все еще с издевательской ухмылкой пробормотал Бредли. — Глава не дал и слова сказать, сразу отправил в реал.
— Вот и хорошо. А мне пора, пока твои родители не пришли.
«Состояние стабильное. Никаких отклонений или прогресса не наблюдалось. Ночь прошла спокойно…» — услышали они разговор коридоре, и Кевин напряженно застыл, а Бредли, успокаивая, слабо стукнул его по руке.
— Не парься, я все разрулю.
— Сынок? — в палату вошли его мать и сестра вместе с доктором. — Боже, ты очнулся! — кинулась женщина и обняла его. — Я так рада! Я так переживала! Что с тобой случилось? Врачи сказали это могло произойти из-за твоей игры! — тут же возмущенно вскрикнула она. — Я говорила тебе….
— Мама, — Бредли вяло отмахнулся, — если собралась поучать меня, лучше иди домой.
Она обиженно поджала губы, но промолчала:
— Я очень рада, что с тобой все в порядке.
— И я, братан, — сестра села на край кровати и чмокнула Бреда в лоб. — Все норм?
— Да, — кивнул тот.
— Отлично. А ты? — она посмотрела на оцепеневшего в углу Кевина. — Ты ведь его друг, верно?
— Да, мам, сеструх, знакомьтесь, это Кевин — мой бро из Кливленда. Мы с ним постоянно общаемся в Цивитасе, можно сказать, родня.
Тот качнул одеревеневшей от страха рукой:
— Здравствуйте.
Доктор, что мерила Бредли давление, недовольно на него посмотрела:
— Почему вы здесь без разрешения?
— Меня не хотели пускать.
Галиш снова засмеялся:
— Я б тебя такого красивого тоже бы не пустил!
— Эй! — тот сердито скрестил руки на груди.
— Да ладно, чего ты, я же от всей души! — и парень опять захохотал сквозь пересохшее горло.
Кевина медленно отпускали и чувство страха, и переживание за жизнь этого идиота. Вот он живой и здоровый, и со своим бессердечным чувством юмора. Он улыбнулся.
— Не буду мешать вам. Рад, что с тобой все хорошо. Я тогда пойду. Увидимся позже.
— Ну что ты, оставайся, — сестра Бредли ухватила его за руку. — Правда же мама? Все-таки из Кливленда приехал.
— Ам, ну конечно, — женщина на секунду растерялась, но быстро взяла себя в руки. — Вы можете остаться у нас, пока Бредли не выпишут. У нас есть гостевой домик…
— О нет, нет, — замахал руками Кевин. — Поверьте все нормально. Я понимаю, что вам сейчас совсем не до меня.
Сестра Бредли внимательно посмотрела на него:
— А какой у тебя ник в Цивитасе?
— Он Дардион, — и парень снова прыснул. — Он там за девицу играет!
— Если захочешь поиграть в пати, дай знать. Я собираюсь создать нового персонажа, поэтому Дардион уже будет не актуальна, — ответил Кевин, сверля сердитым взглядом шутника на больничной койке.
Бредли перестал хохотать и внимательно уставился на него:
— Мам, можно мне воды?
Женщина глянула на доктора, что уже осмотрела пациента. Та одобрительно кивнула, и они вдвоем вышли из палаты. Бредли покосился на сестру, которая осталась неподвижна, и снова обратился к Кевину:
— Нового?
— Да.
— ПМЖ меняешь?
— Точно.
— Когда?
— Когда глава позволит.
— Ты уверен?
— Как никогда.
Они оба замолчали, обдумывая сказанное и услышанное.
— Мужиком или….
— Мужиком, мужиком.
Бредли улыбнулся:
— Знаешь, чувак, ты можешь создать себе любого перса. И кто это будет неважно. Ты все равно ты. Но, если твой аватар будет посимпатичнее, это тебе жизнь упростит, — не стерпел Бредли и все же подключил сарказм.
Кевин хмыкнул и покачал головой:
— Ладно, Гал, я пошел.
— Чувак?
— Что? — обернулся он.
— Спасибо.
Кев радостно улыбнулся:
— Думаю, ты бы тоже ко мне пришел.
— Даже не сомневайся, — они серьезно посмотрели друг на друга, и тут Бредли снова захохотал. — Но вот бы я поржал, когда тебя увидел!
Кевин выдохнул, одарив Галиша испепеляющим взглядом, и попрощавшись с его сестрой, вышел из палаты.
РИЯ стоял посреди белоснежного зала дворца лунной богини и смотрел на черные тучи, что бежали под ногами. Столь холодное и благородное окружение не было похоже ни на темную крипту Микар, ни на ослепительно яркую ротонду Лукасы. Скорее, на дворец семнадцатых веков, что строили во Франции и Наварре. Величественный и грациозный, невероятно огромный и богатый в своем роскошном лоске минимализма. Все здесь было белоснежным или серебряным. Все мерцало мириадами алмазных переливов и наполняло душу холодом и гордыней.
— Ничего не вышло? — Тенебра изящно проплыла мимо рыцаря в золотых доспехах и заняла место на высоком троне в виде телота, распахнувшего свои крылья.