Планета ловушек (СИ)
Александра Хохлова
Планета ловушек
После двухнедельного пребывания на безымянной планете из экипажа звездолета «Пушкин» в живых осталось только два человека. Остальные пропали без вести, бесследно исчезли при попытках прорваться через враждебную территорию к кораблю третьей погибшей здесь научной экспедиции.
— Дима, будь внимательным и осторожным, — напутствовал молодого коллегу, помощник капитана Плутарх Аристархович. — Иди кратчайшей дорогой к центру, а там сориентируешься по ситуации. Я тебя уже инструктировал, какие районы лучше обходить стороной. Береги аптечку! Очки часто не надевай, а то мозги потекут. И самое главное, запомни, ни на что не соглашайся и никому не верь!
— Хорошо! Я вас не подведу!
— Эх, если бы ОНИ не отжали у нас вездеход… Если бы мы сразу скачали и прочли отчеты предыдущих экспедиций… — посетовал напоследок Плутарх Аристархович Каминский, тщательно задраивая люк за ушедшим в город вторым пилотом Дмитрием Устюжиным.
Забегая немного вперед, скажем, что на самом деле никакого города на этой планете сроду не было, зато водилась разнообразная хищная флора и фауна с неординарными гипнотическими способностями в создании ловушек урбанистического типа.
Выйдя из корабля, Дима поправил на поясе пистолеты, рацию и аптечку, надел специальные очки и огляделся по сторонам. Космодром ремонтной мастерской, которая, якобы, приняла сигнал «Пушкина» с просьбой о помощи, предстал ему во всей красе огромного болота, которое потихоньку засасывало корабль. Пилот снял очки… и опять увидел космодром, ангары, электрокары… стоянку такси… Разболелась голова и Дима, помня, что очками можно пользоваться только непродолжительное время, убрал их в карман и зашагал прочь.
— Эй, шеф! До города подвезти? Недорого!
За Устюжиным медленно ехало вынырнувшее из пустоты такси. Водитель такси, мужчина средних лет, бросал на ляжки пилота плотоядные взгляды.
— Проезжай, упырь! — грубо приказал ему Дима.
— Что, даже очечки свои не натянешь, чтобы посмотреть, кто я такой? — засмеялся таксист.
— А чего на тебя смотреть? Ты, жлоб членистоногий, еще в отчетах первой экспедиции описан!
— Ну, как знаешь… Хочешь пешком идти — иди. Не я, так другие тебя съедят, дольше мучаться будешь… А я бы тебе только ножки твои распрекрасные откусил, и все… Лежал бы сейчас, спокойно умирал от кровопоте…
Дима несколько раз выстрелил ему по колесам. Такси ловко отпрыгнуло в сторону.
— Достал!
— Патроны экономь, мазила! — посоветовал пилоту таксист. — А то и до центра не доберешься!
* * *Дойдя до частного сектора, Дима Устюжин заметил стоящий на обочине вездеход с «Пушкина». Вокруг него суетились гаишники и обсуждали размер штрафа за превышение скорости и поцарапанный асфальт.
Пилот упал на землю и быстро пополз в тень заборов.
— Вы что-то обронили?
Перед Дмитрием нарисовалось воздушное создание с лучистым взглядом и ореолом золотых волос, прижимающее к себе какие-то яркие журналы.
— Нет… ничего я не ронял…
— Вы гаишников, наверное, боитесь?
— Ничего я не боюсь!
Дима вскочил на ноги, смущенно отряхивая скафандр от песка.
— Пойдемте! — ласково сказала «златовласка», беря пилота под руку.
— Куда?..
— А вон… на лавочку присядем.
— Зачем?..
— Смешной, какой… Каталог смотреть.
От слова «каталог» у пилота затряслись поджилки. Он попытался вырвать свою руку у «златовласки», но та держала ее с противоестественной силой сухопутного двухстворчатого моллюска, которым на самом деле и являлась.
— Вы… Я знаю, кто вы! — запинаясь, пролепетал Устюжин. — Вы представитель «Эйвон»!
— Мы встречались? — прищурилась «златовласка».
— Вы погубили вторую экспедицию… и нашего капитана…
— Вторая, говоришь… Это в которой одни женщины были?
— Да!
Кинув виновато-вороватый взгляд на гаишников, «златовласка» внезапно подхватила пилота на руки и попыталась затащить его в ближайший двор. Понимая, что жизнь его висит на волоске и ему нечего терять, Дмитрий вцепился, что есть силы, в доски забора и заорал так, что стекла в домах зазвенели.
— Держись, мужик!
Услышав крики пилота, гаишники спешили ему на «помощь».
— Ты что здесь делаешь, убогая? — спросили они у «златовласки». — Твоя территория — это центральные улицы, а перекресток «Трудовой» и «Заводской» — наш! Отпусти человечка и отдай нам!
— С каких это делов? Он ведь не на машине! — не согласилась с ними «Эйвон».
— Да нам по барабану, на машине он или нет! Мы как с тобой договаривались? Бабы — твои, мужики — наши!
— В вездеходе и женщины были! Что же вы меня не позвали?
— Не было в нем женщин. Не сочиняй! Совсем обнаглела! Схавала вторую экспедицию с Земли почти в одно рыло, а теперь нам еще предъявляет!
— А вы не обнаглели? Вы же никого мимо своего поста не пропускаете! В общем, так, вы мне одну женщину должны — я у вас одного мужчину забираю!
— Мужик, да скажи ей, что не было в вездеходе женщин!
Их, действительно, там не было, но, пытаясь выиграть время, Дмитрий решил подыграть «златовласке».
— Была женщина… — тяжело дыша, сказал он.
Из отчетов погибших экспедиций, которые его заставлял читать Плутарх Аристархович, Дима помнил, что гаишники — это, на самом деле, плотоядные растения — лианы. Они не могут далеко «отходить» от перекрестка и если «златовласке» удастся увести его от них подальше, то… все… он пропал. Оставаться с «гайцами» — тоже не вариант, съедят, как и ребят из вездехода. Единственный выход — попробовать стравить всю эту «живность» между собой.
Представитель «Эйвон» аккуратно положила Устюжина на землю и придавила ногой.
— Подержи-ка журнальчики, — попросила она, засовывая каталоги ему за пазуху.
Встав в бойцовскую позу, «златовласка» принялась крутить в воздухе, как нунчаками, своей сумочкой.
— Ээ… чего у тебя там? — с опаской, спросили гаишники.
— Пробники, мальчики… пробники…
«Мальчики» приуныли. Видя, что гаишники уже готовы сдаться без боя, Дмитрий с тоской завертел головой и… заметил переходившую через перекресток цыганскую семью. Из тех же экспедиционных отчетов Устюжин знал о непримиримой вражде между представителями «Эйвон» и цыганами.
— Сюда! Скорей! — хрипло закричал он.
Дважды звать цыган не пришлось, и вскоре, на глазах у Димы Устюжина завязалась прямо-таки, «дарвиновская борьба», которую, впрочем, он досматривать не стал, а садами и огородами успешно сбежал с поля битвы.
* * *Улица все не кончалась и не кончалась…
Дмитрий быстро понял, что ходит по кругу: пивная, «чебуречная», сигаретный ларек… интернет-кафе, компьютерный клуб, бутик… пивная, «чебуречная», сигаретный ларек…
Притворившись, что собирается купить сигареты, Устюжин резко шагнул назад и нырнул в подворотню.
— Опа! Какие люди!
Пилота со всех сторон угрожающе обступила гопота в синих спортивных костюмах.
— Покурить есть? Нету?.. А если найдем?
«Кто же вы такие?» — Дмитрий надел защитные очки и… никого не увидел. Потом догадался посмотреть вниз. У его ног копошились худые длинноносые ежи.
«Точно! Ежи! Как я мог о них забыть? В записях врача первой экспедиции есть пункт о том, что ни в коем случае нельзя есть на этой планете чебуреки, так как их делают из ежей, не вынимая из них иголки, что естественно приводит к летальному исходу».
Пнув нескольких ежей, Дима расчистил себе дорогу и пошел вперед. Вслед понесся поток матерной ругани. Устюжин хотел им ответить, но… решил не обогащать «ежиный» лексикон. Много чести! И времени нет! Тем более, что стал звонить мобильник…
Дмитрий поднес трубку к уху.
— Я слушаю.
Приятный женский голос сообщил ему о выгодных условиях нового пакета оплаты услуг мобильной связи… поздравил с выигрышем в какой-то лотерее… предложил оформить кредит на покупку трехкомнатной квартиры… купить желтую подводную лодку в рассрочку… Устюжин почти уже на все согласился, но вовремя вспомнил, что никакого мобильника у него — нет, а есть только рация!