Пожиратель Чудовищ. Часть 2 (СИ)
Сколько прошло времени, я не знал и не хотел знать. Казалось, если бы некий магический голос прошептал мне на ухо что-нибудь вроде: «Двадцать семь часов…», — то моим мышцы в ту же секунду отказали бы и я просто рухнул на груду камня. А через минуту был бы переварен желудочным соком подземного червя.
Единственным, что помогало мне держаться, была энергия монстров. Та, что осталась от матери Руби, и новая, полученная из мяса дракка. Каждый раз, когда я чувствовал, что всё, баста, это — мой предел, она растекалась по телу вязкой густой патокой, обволакивавшей мышцы будто бы тонким слоем лечебной мази и давала возможность продержаться ещё час, ещё полчаса, ещё пятнадцать минут…
Мир вокруг пропал, я будто погрузился в транс. Исчезли мысли о Палеме, Фирсторне, Кантарике, Пятёрке Великих, оставшихся в форпосте Шиито, Исме и Лой, о Рахире, лежавшей у меня на спине без особых признаков жизни, о Руби, крепко державшейся за мои волосы, о том, кто я такой и что вообще делаю. Остались лишь движущиеся на меня стены «затворов» и непонятно откуда взявшаяся уверенность в том, что я должен преодолевать их одну за другой.
И когда в один момент нового «затвора» перед лицом не появилось, я, на чистых рефлексах двигаясь вперёд, просто врезался лбом в жёсткую пластину челюсти червя, сомкнувшего свою широченную пасть. Осознание произошедшего пришло лишь спустя секунд двадцать.
Червь остановился. Эта мысль вспыхнула у меня в голове подобно яркой лампочке на долю мгновения и сразу сознание погрузилось в полнейшую черноту.
* * *Очнулся я от того, что Руби своим шершавым язычком вылизывала мне щёку. Попытавшись отогнать лисичку, я на автомате поднял руку к лицу и тут же застонал от той боли, что пронзила всё тело от этого движения.
Очень знакомая боль перетруждённых мышц раскрылась для меня целой палитрой новых захватывающих ощущений. Я не был настолько добрым, чтобы не желать того же врагам. Но это определённо было одно из худших состояний, в которых я когда-либо находился. Даже с учётом всех болей, что мне уже довелось испытать в этом мире.
К счастью, регенерация исправно работала и спустя минут тридцать мыслей о том, что я развалюсь на тысячу маленьких Тимов, если пошевелю хотя бы одним мускулом, боль начала постепенно отступать.
Ещё где-то через час мои пальцы уже слушались меня достаточно, чтобы я смог развязать ремни, которыми примотал к себе Рахиру. Мы с воительницей всё это время лежали будто бы в обнимку и только теперь, распустив узлы, я смог откатиться в сторону по усыпанному камнями «полу».
Осторожно, чтобы не тревожить больше необходимого всё ещё агонизирующие мышцы, я перевернулся на живот и подполз к её ногам. Надо было проверить бинты.
На то, чтобы аккуратно размотать хаотично намотанную ткань, у меня ушло минут десять. Голень воительницы выглядела, мягко говоря, не очень. Раздробленные кости превратили окружающую плоть в кашу и за долгие часы, прошедшие с обвала пещеры воронов, всё это успело воспалиться, загноиться и начать потихоньку отмирать.
Девушка до сих пор не умерла от сепсиса и отравления собственной гниющей кровью скорее всего только потому, что её организм в принципе был в десятки раз сильнее обычного человеческого.
Тем не менее, регенеративных способностей организма одарённой пятой ступени оказалось даже близко недостаточно, чтобы справиться с такой жуткой травмой. И я совершенно не мог ручаться за то, что её тело, становящееся слабее с каждым часом, сможет и дальше выдерживать поток разного говна, что тёк в него из сломанной ноги.
С учётом того, что было абсолютно неизвестно, когда мы сможем вернуться в форпост, выход оставался только один. Ампутация.
Ещё, как вариант, я мог попытаться напоить Рахиру своей кровью, как сделал это с Исмой. Регенерация человека-поглотителя была куда выше, чем просто у человека, так что был шанс, что в этом случае её организм сможет исцелиться сам.
Вот только даже Исма, в момент превращения находившаяся в отличном состоянии, едва не умерла в процессе. Тело Рахиры было куда крепче, чем у простой благословлённой, но и крови поглотителя ей для превращения нужно было пропорционально больше. Вероятность того, что она не выдержит превращения была слишком большой.
Взяв один из кожаных ремней, я перетянул ногу Рахиры под коленом, после чего использовал её латную перчатку, скатанную в трубочку, чтобы как можно туже затянуть жгут. А затем, пошире раскрыв рот, вонзил ещё сильнее заострившиеся клыки воительнице в голень над местом перелома.
Тело Рахиры выгнулось дугой, боль прошла даже сквозь барьер отключки. Но иных средств у меня не было, да и это был самый быстрый способ. Перекусив большую берцовую кость за один присест, вторым укусом я расправился с малой берцовой, а третьим окончательно разделил ногу воительницы с отравлявшим её бесполезным куском.
По-хорошему теперь стоило как-то прижечь рану, чтобы избежать новой кровопотери, но огонь получить тут было неоткуда. Рюкзак Рахиры с разным полезным скарбом я снял и выбросил в желудочную кислоту червя, чтобы не мешался. Так что оставалось лишь ещё раз затянуть жгут, очистить «срез» от осколков костей и потуже замотать культю в тряпки.
Оставалось только надеяться, что организму Рахиры хватит сил теперь, когда его больше не отравляла мёртвая гниющая плоть. Остаток ноги воительницы я, немного подумав, доел. Гниль меня вообще не смущала, а просто выбрасывать было как-то жалко.
Следующий вопрос на повестке дня: что делать дальше?
Червь остановился в почти горизонтальном положении, лишь чуть-чуть забрав кверху, что было, на самом деле, оптимальным вариантом. Я мог не волноваться о желудочном соке, но при этом относительно свободно перемещаться по его телу.
Однако, прежде чем куда-то идти, мне всё-таки стоило ещё восстановиться. В первый раз, когда я попытался встать на ноги, мои коленки задрожали так, будто мне было минимум лет двести и я, не простояв и секунды, рухнул обратно на камни.
Так что я отполз к круглой стенке пищевода и сел, прислонившись к ней спиной. Спать хотелось дико, но делать этого было ни в коем случае нельзя. Никто не знал, когда червь вновь решит куда-то двинуться, и я, как бы мне этого ни хотелось, должен был быть к этому готов.
И хотя в сидячем положении в сон клонило не многим меньше, это всё-таки было чуть лучше, чем дожидаться восстановления своего тела лёжа. Осмотрел себя с ног до головы на всякий случай.
Никаких травм не заметил, но изменения всё-таки были. Я, кажется, стал ещё немного выше, вернулась часть усохших после перестройки мышц, стали заметно длиннее пальцы на ногах, клыки во рту стали ещё длиннее и острее, стал более подвижным и гибким язык, а на локтях, плечах, коленях, бёдрах, груди и висках волосы срослись в нечто наподобие чешуи.
Энергия дракка, похоже, начала себя проявлять. И не удивительно, с учётом того, что её во мне осталось совсем немного. Странно, вообще-то. Неужели с увеличением силы тренировки будут брать всё больше и больше энергии монстров? Не хотелось бы, но, к сожалению, сделать с этим ничего было нельзя.
Прошёл час, потом ещё один. Мышцы всё ещё болели просто дико, но уже не настолько, чтобы я не смог встать и пройтись. Аккуратно, никуда не торопясь и никому ничего не доказывая, сделал небольшую разминочку. Это было полезно, хотя перед глазами то и дело вспыхивали фейерверки боли.
«Затворы» червь расслабил все кроме одного — самого последнего перед желудком, так что места для неторопливых прогулок по его пищеводу у меня было достаточно. Ещё минут через сорок меня хватило на то, чтобы разжать стенки этого «затвора» и заглянуть твари в желудок.
Неожиданно, там было почти пусто. От камней осталась какая-то мелкая крошка, и желудочного сока было совсем чуть-чуть, на самом донышке. Так что сейчас по огромному, длиной более сорока метров, желудку червя можно было относительно спокойно пройтись.
Что я и сделал, растянув «затвор» и спрыгнув на «дно» желудка. И тут, осмотревшись повнимательнее, нашёл то, что раньше ускользнуло от меня. Потенциальную возможность для побега.