Измены (СИ)

Я много раз думала о разводе, много раз прокручивала в голове, как это будет. Почему-то развод мне всегда виделся облегчением от всех проблем, которые у нас с Юрой были. Но из-за маленьких детей я не могла на это пойти. А сейчас уже и дети взрослые, и я сама изменилась, стала сильнее, черствее. Вот только почему-то развод не приносит мне долгожданного облегчения, а еще больше загоняет в безысходность.
  
Глава 18. Работа везде
 
POV Анна
15 лет назад
Первый рабочий день после декрета оказывается для меня настоящим открытием. Николай Васильевич уволился с должности начальника отдела пресс-службы и его место заняла стерва Антонина Павловна. Она и тогда-то не особо меня жаловала, а сейчас, когда стала моим прямым руководителем, и подавно.
Но я настолько сильно соскучилась по работе, что рада даже ее придиркам. Андрей уже ходит в подготовительную группу детского сада, Василиса пошла в ясли. Мы вернулись к услугам вечерней няни, чтобы она забирала детей из садика, кормила их и сидела с ними до моего или Юриного возвращения домой.
Но на работе за время моего декрета столько поменялось, что приходить домой вовремя никак не получается. Я приползаю каждый день не раньше 9 вечера, когда Юра уже давно вернулся со стройки. Василиса к моему возвращению обычно уже спит, Андрей тоже готовится ко сну, и в какой-то момент я понимаю, что вижу детей только по утрам, когда отвожу их в садик.
— Ань, может, ты решишь как-то вопрос с работой? — Я стою на балконе и смотрю в августовскую темноту, когда Юра подходит ко мне сзади и обнимает за плечи.
— Пока не могу, к сожалению. Антонина Павловна наваливает на меня с каждым днем все больше и больше. Но и объективно сейчас трех человек нет, все поувольнялись, а новых никак не могут найти. Завтра я снова очень поздно вернусь. Председатель правления будет давать интервью в 8 вечера.
— Почему так поздно?
Я хмыкаю.
— Это еще рано. Я посмотрела его график, он работает каждый день с 7 утра до 12 ночи.
Юра целует мою шею.
— Нам с детьми тебя не хватает. — Тихо шепчет. — Мне тебя не хватает.
Я прикрываю глаза, когда его ладонь ложится мне на грудь. Я так устаю на работе, что, упав на кровать, тут же вырубаюсь. Когда у нас с Юрой последний раз был секс? Наверное, несколько недель назад. А все потому что в будние я пропадаю на работе, а на выходных меня выматывают дети. У спокойной в младенчестве Василисы теперь будто вырос маленький моторчик. А еще ей все время любопытно то пальцы в розетку засунуть, то с ножом поиграть. В общем, глаз да глаз за ней нужен.
— Пойдем в кровать? — Я поворачиваюсь к мужу и целую его.
Между ног разливается приятное тепло, когда его рука накрывает мою ягодицу. Мы перемещаемся в спальню, включаем приглушенный свет и опускаемся на кровать. Юра снимает с меня майку и лифчик, целует грудь, слегка покусывает соски. Я зажмуриваюсь от удовольствия.
Но вдруг в мозгу очень некстати простреливает мысль: газовый департамент так и не прислал мне актуальные цифры по добыче за первое полугодие. А мне нужно отправить помощнице председателя правления тезисы к его интервью до часа дня. Конечно, департамент по добыче газа может прислать мне цифры завтра утром, вот только мне все равно тревожно, что я так и не добьюсь от них информации. А Антонина Павловна обвинит, конечно, меня.
Юра снимает с меня шорты, затем стаскивает с себя штаны. Он просовывает руку мне в трусики и гладит пальцами клитор. Я издаю приглушенный стон, но скорее не потому что мне приятно, а потому что Юра ждет от меня какой-то реакции.
Черт, и что делать? Бросаю взгляд на настенные часы: половина одиннадцатого. Может, позвонить сейчас секретарше директора этого департамента? У меня где-то был ее телефон.
Юра снимает и с меня, и с себя остатки одежды, кладет мою руку на свой член и впивается мне в губы страстным поцелуем. Я целую его в ответ, мы переплетаем языки, моя рука отработанными до автоматизма движениями скользит по его члену.
 
— Я люблю тебя, — выдыхает мне в губы.
— И я тебя.
Ну вот как я могла уйти с работы и забыть про эти важные цифры? Это будет интервью федеральному телеканалу, его выпустят в эфир в прайм-тайм! Председатель правления должен получить все тезисы к нему, как можно раньше, чтобы успеть подготовиться. А у него и без того завтра несколько важных совещаний.
Я и не заметила, как Юра спустился к низу моего живота. Вдруг пришла в себя, когда почувствовала его язык на своем клиторе. Прогоняю из головы мысли о работе и сосредотачиваюсь на своих ощущениях сейчас. Я расслабляюсь, внизу живота снова становится тепло, пальцы Юры проникают внутрь. Я издаю тихий стон. Как же хорошо.
Юра тянется к тумбочке за презервативом. Вдруг без его дыхания между ног я чувствую холод, и на мгновение прихожу в себя от той неги, в которой только что тонула.
Ладно, может быть, еще не все так страшно. Наверно, они там в своем департаменте по добыче газа слишком замотались. У них же сейчас новое месторождение открывается. Надо будет им сразу в 9 утра позвонить, как приду на работу. За пару часов, думаю, они соберут мне все нужные цифры, и я успею к 13:00 отправить тезисы.
Юра раздвигает мои ноги и входит резким рывком. Сначала двигается медленно, потом наращивает темп. Он сжимает пальцами мои соски, потом опускается к ним лицом и целуем. Я снова прикрываю глаза, отдаваясь приятным ощущениям. Ох, как же мне этого не хватало в последние недели. Гребанная работа заполонила всю мою жизнь.
Мы стонем в унисон, пока Юра резко не выходит из меня и не переворачивает на живот. Я не успеваю опомниться, как он тут же входит в меня сзади. Не очень люблю эту позу, в ней мои ощущения зависят от угла трения. Вот, кажется, сейчас Юра не под совсем подходящим для меня углом двигается, и я почти ничего не чувствую. Но судя по тому, как он стонет, ему все нравится. Ладно, не буду его прерывать. На всякий случай, чтобы не обидеть Юру, издаю несколько стонов вместе с ним.
А вдруг департамент по добыче газа не пришлет мне цифры завтра с утра? У них вообще-то на это три дня было. Они прекрасно знают, что у председателя правления завтра важное интервью, тезисы ему нужны до часа дня и ни минутой позднее. Я запросила у них цифры еще три дня назад!
Сволочи! Нет, я не буду их покрывать. Так и скажу, что за три дня они мне ничего не прислали. Пускай сами отдуваются.
Юра на мгновение выходит из меня, но уже через несколько секунд снова входит. Ооо, и вот теперь тот угол, который мне нужен. Прикусываю зубами подушку, чтобы заглушить громкий стон, рвущийся из глубины. Как же хорошо… С каждым Юриным толчком ощущения становятся все ярче и ярче, нарастают сильнее и сильнее. Его горячее дыхание обжигает затылок. Он входит в меня до конца, дышать уже тяжело. Отрываю лицо от подушки, поворачиваю его в сторону и делаю глубокий вдох.
Глаза непроизвольно падают на часы. Уже ровно 11. А может, все-таки позвонить сейчас секретарше директора департамента? Время не такое уж и позднее. А то ведь сучка Антонина Павловна обязательно предъявит претензию, почему я вчера не напомнила, чтобы прислали цифры.
Да, совершенно точно надо сейчас звонить и требовать, чтобы завтра с утра все было.
— Юр, давай кончать?
— Уже? — Удивляется.
— Да, я хочу.
— Ну ладно, — соглашается, но без особого энтузиазма.
Он выходит из меня, откидывает на плечо мои волосы и целует спину. Спускается губами до середины, потом медленно снова поднимается наверх. Явно не спешит. Ну да, куда ему спешить. Ему же не нужно сейчас никому звонить.
Юра наконец-то снова входит в меня и начинает медленно двигаться. Я усилием воли выбрасываю из головы все лишние мысли и полностью сосредотачиваюсь на ощущениях. Немножко не тот угол, но ничего страшного. Юра слегка приподнимает меня и запускает ладонь мне между ног, стимулирует пальцами клитор, и я зажмуриваюсь от удовольствия.