Мороз и шелк (СИ)
- Детка, все хорошо, - Азизи укусил его за подбородок, - Ты научишься, я уверен.
Азизи порочно ухмыльнулся и ловко сдернул с Мороза брюки - тот еле успел выпутаться из штанин. Пальцы Колдуна осторожно обхватили его член.
- Просто войди в меня, - пожал плечами Азизи, томно смотря на Мороза из-под ресниц, - Ты не можешь сделать мне ничего плохого! Ты восхитителен с ног до головы!
- Но я хочу, чтобы тебе было хорошо! Очень! Боюсь причинить боль! - смутился Мороз, опуская голову.
- Мне будет хорошо, - уверенно ответил Азизи, - Потому что со мной - ты. Отпусти себя! Прошу! Делай со мной, что хочешь!
И Мороз отпустил себя. Вся его боль, страсть, любовь и жажда тепла обрушились на него с головой, и он набросился на Азизи, словно волк на ягненка. Вцепился в Колдуна как вампир в свою невинную жертву! Сначала Мороз покрыл все тело Азизи поцелуями, уделяя внимание, в первую очередь, восхитительному прессу и изящным коленям. Хотя… О чем он? Абсолютно каждый кусочек смуглой кожи хотелось облизывать и лелеять. И даже чужой член казался Морозу восхитительным на вкус. Он покрыл поцелуями достоинство Азизи, плавно спускаясь ниже, пока не уткнулся носом в складочки межу ягодиц Колдуна.
Если бы ему сказали, что он будет таким заниматься… Мороз ничего бы не изменил. Ведь, когда любишь, хочешь своего человека целиком и полностью.
Язык Мороза скользнул в тугое отверстие.
- Ты с ума сошел! - прошипел сквозь зубы Азизи, - Кто там говорил, что у него опыта нет?!
Но вскоре ему стало не до разговоров. Язык Мороза начал двигаться в нем, и Азизи принялся почти жалобно стонать.
Да, этого Мороз и добивался. Он хотел довести Колдуна до полного и сокрушительного безумия.
И когда к языку присоединились пальцы Мороза, Азизи буквально сошел с ума.
- Мороз, пожалуйста! - взмолился Азизи, - Пожалуйста! Не мучай меня! Ты же знаешь, как я люблю тебя! Я не могу больше!
Ну, кто такой Мороз, чтобы спорить со своей парой?
Мороз аккуратно, нежно толкнулся в Колдуна, прикрывая глаза от наслаждения.
В Азизи было так узко, так тесно, так сногсшибательно, что хотелось кончить в этот же миг.
Но опозориться перед Колдуном Мороз не желал, поэтому терпел, как мог. Азизи зажмурился, тяжело дыша. Между его бровей залегла морщинка. Мороз нежно сжал ее губами, а затем принялся покрывать ласковыми поцелуями кожу на лице Азизи.
И только, когда Колдун перестал хмуриться, Мороз начал двигаться. Ничего более восхитительного, чем быть в Азизи, Мороз не испытывал. Его будто трясло с ног до головы. Он полыхал от страсти.
Но Мороз погорячился. Как только Азизи принялся отвечать ему - подаваться навстречу, ему стало совсем невыносимо. Перед глазами все поплыло.
Мороз мог только толкаться в Азизи, упираясь локтями в матрас, и вгрызаться в его шею зубами, тут же зализывая укусы. А еще он дышал Колдуном… Казалось, все легкие были забиты прекрасным цветочным дурманом. И это восторгало и убивало одновременно. Потому что без этого аромата жить теперь было невозможно…
Но даже на пике наслаждения Мороз не забывал думать о комфорте других. Он обхватил ладонью чужое достоинство и начал осторожно поглаживать его. Вверх, вниз… Вверх, вниз… В такт своим толчкам. И в этот миг показалось, что они слились в одно целое… Будто по отдельности никогда и не существовали.
Азизи надолго не хватило - он застонал и излился в руку супруга. Почувствовав его дрожь, Мороз не вытерпел и последовал за ним. Он и так держался из последних сил.
Они лежали в обнимку так тесно, что непонятно было, где чьи ноги и руки. Со стороны выглядело, что их спаяли навечно.
- В следующий раз сверху буду я! - спустя несколько долгих мгновений надул губы Азизи в притворной обиде, - Ты безумно хорош, разумеется! Демоны, почему ты, вообще, так хорош?! Ты идеальный! Мой. Но… Я тоже женихом побыть хочу!
Мороз фыркнул. Азизи был таким ребенком.
И это он был самым идеальным, самым прекрасным существом на свете!
- Мы сделаем все, что ты захочешь, - внимательно посмотрел на Азизи Мороз - глаза Колдуна даже во тьме горели жидким пламенем, - Только не покидай меня, пожалуйста! Я знаю, Поляния тебе не мила, но прошу, дай ей шанс. Я сделаю тебя самым счастливым человеком на земле, обещаю!
Азизи погладил Мороза по щеке кончикам пальцев и нежно чмокнул его в нос.
- Я никогда не покину тебя, - прошептал Колдун, уверенно и искренне смотря в глаза Мороза, - Обещаю. Иначе зачем мы давали клятву? Я не оставлю тебя даже после смерти, ясно?
Их губы потянулись друг к другу в едином душевном порыве, чтобы переродиться в долгий, ласковый поцелуй. Но моменту не суждено было сбыться.
На площади внезапно что-то грохнуло.
Гнусавым голосом снаружи бодро проорали:
- Шла к Кощею баба Ежка,
Чтоб потрахаться немножко,
Обломал ее Кощей:
Я теперь, Ягуся, гей!*
Мороз спрятал свое покрасневшее лицо в ладонях. Почему стыдно было ему, хотя делал не он?
- Совсем охуели, суки! Ну, сейчас я им покажу! - Азизи попытался встать с кровати, но Мороз его не пустил.
- Останься! Я не могу надышаться тобой! - молило все тело Мороза.
И Азизи остался.
Тем более, пьяные голоса за окном стали отдаляться… И постепенно заглохли совсем.
Глаза Азизи и Мороза встретились.
- Знаешь, мне начинает нравиться Поляния, - вскинул брови Колдун, - Люди здесь очень забавные. Даже слишком.
Вторя его словам, на улице кто-то с диким грохотом шлепнулся, а потом раздалось многозначительное:
- Ай, бляяяяять!
В следующую секунду Мороз и Азизи хохотали до слез, не выпуская друг друга из рук…
* Народные частушки
========== Эпилог. Демон Полянии ==========
Комментарий к Эпилог. Демон Полянии
Отставить панику! Все будет! Вас ждет еще бонус после эпилога!
All of the mistakes I made, I made, I made, I made
Все ошибки, которые я совершил,
Whatever the price I paid, I paid, I paid, I paid
Я заплатил за них.
Shout out to the old me and everything you showed me
Передаю привет тому, кем я был раньше, я благодарен ему за то, что он мне показал.
Had to fuck it up before I let you get to know me
Мне пришлось накосячить, прежде чем позволить тебе узнать себя…
5 Seconds of Summer - Old me
Он прижимал к своей груди иссушенное тело и плакал…
- Ты ненавидишь меня, да? Хочешь убить? Ты ненавидишь? Поэтому пришел? - захлебываясь слезами, бормотал он.
Умирающий человек больше не мог держаться за его худые детские плечи и лишь пытался положить свою голову ему на колени, желая увеличить площадь их соприкосновений. Потому что знал - больше ему не удастся дотронуться до него.
Человек погибал в страшных муках. Его лицо почернело, кожа обвисла, будто истлела, обнажая кости, по ней пошли сине-зеленые кляксы, словно он покрывался плесенью… Только глаза на черепе горели красным пламенем.