Раб ведьмы (СИ)
Для деревни это было и хорошо, и плохо. С одной стороны, мясо лишним не бывает. С другой длинноухие хитрецы умудрялись пролазить в огороды. Да и при большом скоплении пушистых велика вероятность привлечь хищников к деревне. Шкурки Марика сдавала мастеру кожевенных дел, а взамен брала кожаные шнурки на обереги.
По не многу ведьма к рабу стала привыкать. Разговор о прошлом она больше никогда не заводила, и подруге своей запретила спрашивать, помня о том, как болезненно такие вопросы воспринял Ирвин в прошлый раз. В итоге он сам все рассказал, в один из вечеров, когда на улице шел проливной дождь. Они сидели в сенях. Марика собирала браслеты-обереги на шнурочках, а Ирвин выпиливал заготовки для будущих оберегов. Разговор, начавшийся с того, кто чем увлекался плавно перетек к прошлой жизни Ирвина.
— Барин мужик хороший был, с понятиями. Вот только не повезло ему в жизни. При родах единственного сына жена умерла. Другую в дом так и не привел. Так и жил вдвоем с сыном. Я к ним попал с рынка, первые годы в рабстве помотало меня, многое видел. Да характер у меня… в общем не приживался. А с барином как-то быстро общий язык нашли. Пять лет у них служил. Пока сын не женился. Жену себе выбрал высокородную, да капризную до жути. Вот эта девица на меня и запала. Как-то ночью залезла ко мне в постель, там ее муженек то и застукал. Убить меня грозился. Орал на весь двор. Барин-то быстро все понял и от греха по дальше меня продал. За что я ему и благодарен.
Ведьмочка слушала раба и краснела. Подруга ее конечно не двусмысленно намекала на подобное, но то подруга, у дочки старосты ветер в голове давно поселился. Но что бы вот так…
— А ты… — спросить хотелось о многом, вот только стыдно было.
— А что я, хозяйка? Я раб. Разве может раб хозяев ослушаться? Вот только не по мне такие… кхм… приказы. Мерзко это все.
Больше на эту тему не заговаривали. Хотя узнать о нем по больше очень хотелось. По ночам, ворочаясь в кровати, ведьмочка думала о своем рабе. Он ведь был рожден на воле. Тогда как он рабом стал? Неужели продали родители? Или это было наказание? Что же такого он мог натворить? И эта фраза про характер… Нет, с этим Марика согласится не могла. Характер у Ирвина был спокойный, рассудительный. Не верилось девушке, что могло быть иначе.
В общем и целом, жить рядом с сильным мужчиной ведьмочка привыкала. Хорошо было, когда был рядом кто-то, кто мог помочь, поддержать, высказать свое мнение, ради кого хотелось подниматься с постели и готовить завтраки и печь пироги к его приходу с работы.
Ирвину такая размеренная жизнь тоже была по душе. Вот только к концу месяца в дом к ведьме заявилась стража.
— Ведьма Марика? — спросил стражник, взглянув на девушку.
— Да, это я. Что-то случилось?
— Ошибочка тут обнаружилась. Раб Ирвин у вас ведь служит?
— Да, — кивнула девушка, мельком глянув в сторону двора. Что-то нехорошее колыхнулось в груди.
— По показаниям свидетелей, этого раба в лотерею выиграла другая девушка. Люди говорят не было вас на рынке в тот день.
Марика молчала. Стражник вздохнул. Предполагалось, что он допросит девушку и заберет у нее раба, вот только о ведьмочке стражник слышал от своей сестры, что жила в этой деревне. Да и взглянув на юную совсем девушку страж замялся, ну как такую допрашивать? А потому он решил зайти с другой стороны.
— Слухи ходят, госпожа Марика, что раба вам подарили, а это противоречит закону. Ежели так, то мы его заберем. Вам ничего не грозит, не извольте беспокоится.
Девушка застыла. Вот так просто. Одно ее слово и его заберут. А она переживала, как зиму с ним жить в одном доме. Ведь лишних комнат в доме не было. Одно ее слово, и она снова станет обычной ведьмой. И никаких больше забот. Девушка подняла глаза на Ирвина и вздрогнула. Взгляд парня, чистый, светлый был полон надежды. И тут она подумал о нем. А каково это ему, снова вернутся на невольничий рынок? И еще неизвестно кто его купит. Вдруг кто из зазнавшейся знати. Или же такая же обезумевшая леди, как жена сына барина. А если он попадет на рудники? За Ирвина вдруг стало страшно.
«Нет, я перетерплю. Один год. Потом освобожу его. Ирвин лучшей жизни заслуживает».
Девушка улыбнулась своим мыслям и повернув голову на стражника невинным голосом произнесла.
— Да, я действительно не была в тот день на рынке. И раба не выбирала. Там была моя подруга Элика Фильштер. Вот только Ирвина мне не дарили. Это я попросила купить мне раба. Эли действовала от моего имени.
— То есть факт о дарении вы отрицаете?
— Да, отрицаю. Раба купила Элика от моего имени.
— Выиграла в лотерею.
— Да какая разница, — усмехнулась девушка. — Мне было не принципиально. А подруга повеселилась.
Стражник прищурился.
— А чего же, вы сами не изволили на рынок прийти?
— Я? — Марика посмотрела на стражника как на неразумное дитя, — я ведьма. Вы хоть представить себе можете ведьму на невольничьем рынке?
— Я и раба у ведьмы представить не могу, — проворчал стражник.
— Поймите, я ведьма. Такие как я семьи не заводят и замуж не выходят. А мне мужик в хозяйстве нужен. Домик мне от старушки достался, совсем уже разваливается. Не могу же я селян вечно о помощи просить. Вот и решилась. А что такого? Закон не запрещает.
— Не запрещает, — эхом повторил стражник и огляделся. Собственно, поверить словам ведьмы было легко, домик и правда был старым. Стражник вздохнул и громко спросил для протокола, — госпожа Марика, вы подтверждаете факт приобретения раба Ирвина по своей воли?
— Да, подтверждаю. — уверенно произнесла Марика и посмотрела на Ирвина, — это мой раб.
— Хорошо, госпожа. Мы оформим ваш официальный ответ. Вопросов больше не имеем, прошу прощения за беспокойство.
Стражник вышел за ворота, махнул головой еще двум, пришедшим с ним служивым, и удалился.
Ирвин подошел к хозяйке.
— Не жалеешь? — спросила она, не глядя на него, — я могла тебя вернуть. И не служил бы ты больше у ведьмы.
— Спасибо, — выдохнул парень и крепко обнял девушку.
Такого она не ожидала. Сердце бешено заколотилось и стало так горячо. Ирвин отпустил ее, также резко, как и обнял и ушел во двор, а ведьмочка осталась стоять ошарашено, смотря куда-то в сторону улицы.
Глава 8
Ближе к концу лета Ирвин отремонтировал сарай. И даже несколько улучшил его конструкцию, подготовив больше мест для сушки трав. Правда ночевать в сарай ведьмочка его больше не пустила. Из остатков досок раб сколотил небольшой топчан и поставил его в сенях. Лето утекало как песок сквозь пальцы. Все чаще затягивали дожди, а по ночам уже было зябко.
Эта ночь выдалась теплой. Ни ветерка, ни облачка на небе. Ирвин лежал в саду под раскидистой яблоней и смотрел в небо. Там, прячась за густой зеленью, на него смотрели звезды. И ничего в них не менялось, сколько бы лет не минуло.
Когда-то давно, будучи еще совсем ребенком он так же лежал под яблоней в родительском саду и смотрел на звезды, а они на него. С тех пор прошло много лет, а они ни капли не изменились, все так же молча взирали на него. Он думал о том, как сильно изменился он сам, как изменились его желания, его жизнь. Тот мальчик из далекого прошлого мечтал о подвигах и путешествиях, наверно, как и все мальчишки. Этот, уже взрослый, молодой мужчина тихо радовался своей простой жизни.
Он все еще был рабом, но не чувствовал этого. На мгновенья забывая о всех условностях своей жизни он просто был счастлив. Маленький домик, хозяйство, и рядом прекрасная женщина. Умная, красивая, домовитая. Разве можно мечтать о большем? Если только о детях, но об этом Ирвин запрещал себе даже думать. По крайней мере сейчас, оставаясь по сути ее рабом. А еще он все же скучал по родным. «Эх, матушка, знала бы ты как я сейчас живу, непременно порадовалась бы за меня. Тебе бы Марика пришлась по душе, хоть и ведьма», — думал он, глядя в ночное небо.
Скрипнула входная дверь и парень оглянулся. Из дома вышла Марика. Одета девушка была необычно, длинное до самых щиколоток белое платье свободного кроя, подол которого был расшит цветастым узором, девушке удивительно шло. Простые широкие рукава и скромный вырез платья, стянутый веревочкой создавали образ непорочной девы. Волосы крупной волной рассыпались по плечам, украшений на девушке тоже не было.