Живописец смерти (СИ)
Глава 41
Мэрилин Хэммингз не было на месте, когда Миллер и Рос приехали в офис коронера. У Миллера отлегло от сердца. Он не хотел вспоминать о том, что сделал.
Том Александер встретил их в коридоре. Он выглядел уставшим, под глазами мешки.
— Много работы, — сказал он Миллеру. — Двойная смена вчера и позавчера. Матери нездоровится, а девушка… — Он криво улыбнулся.
— Значит, у вас есть эти отпечатки? — спросил Рос.
— Конечно, есть, — ответил Александер. — Я проверил их по нашей базе, но это ничего не дало. Сейчас я проверяю их по другой базе, которую мы используем для отбора потенциальных сотрудников, но сомневаюсь, что это даст результат. Большая часть населения в таких базах отсутствует.
— Что было, когда к вам поступили тела? — спросил Миллер.
Они как раз подошли к небольшому кабинету в конце коридора, и Александер распахнул перед ними дверь.
— Стандартная процедура. Когда они поступили к нам, мы первым делом занялись локализацией телесных жидкостей. Вы догадываетесь, что имеется в виду, потому я не буду пояснять. Как только труп обработан с точки зрения загрязнения, мы проводим предварительный анализ возможных причин смерти — раны на голове, огнестрельные ранения, следы утопления, всякое такое. Это идет в предварительный отчет. Относительно явная причина смерти не обязательно становится официальной причиной смерти, но мы составляем предварительный отчет на основании того, что видим, когда тело попадает к нам. Потом мы занимаемся идентификацией. Если труп обнаружили по месту жительства, есть много разных вещей, которые помогают при идентификации. Имя и адрес на чеках, номер социального страхования жертвы, водительские права, паспорт и прочее. Если все сходится, дальше мы не копаем. Мы снимаем отпечатки пальцев, потому что так положено по протоколу, но не действуем, руководствуясь предположением, что жертва не тот человек, за которого себя выдает. Мы предполагаем, что перед нами именно тот человек, за которого он себя выдает, и мы ищем тому подтверждение, а не опровержение. Поэтому не было необходимости снимать отпечатки пальцев с первых трех. Они поступили с именами и адресами, их личность была подтверждена многими документами. Этого нам достаточно. Мы обращаемся с ними просто как с трупами. Если возникают вопросы по идентификации, этим занимается полиция еще до того, как тело попадает к нам.
— Так в какой базе их сейчас проверяют? — спросил Миллер.
— В базе данных трудоустройства штата. Она связана с системой распознавания отпечатков пальцев, с записями отдела транспортных средств, учебно-методического совета штата и другими. Мы используем эту базу, чтобы отсеивать людей, которые претендуют на должности в государственных организациях. Я просто решил попробовать еще и ее на всякий случай. Когда автоматическая система распознавания отпечатков пальцев не дала результатов, я подумал, что это не помешает.
— Маргарет Мозли была государственным служащим, — сказал Рос. — Она работала в библиотеке, верно?
— Тогда она должна быть в этой базе, — сказал Миллер. — Две другие вряд ли там найдутся. Энн Райнер работала секретарем в юридической фирме, а Ли была флористом.
— Проверка, должно быть, уже закончилась, — сказал Александер. — Схожу посмотрю, что там.
Он протиснулся мимо Миллера и вышел из кабинета.
— Похоже, еще один тупик, — сказал Рос. — Я хочу разработать Маккалоу. Меня мучает эта история с пенсией, которая ему так и не поступила.
— Ты помнишь имя парня, о котором вспоминал Ласситер? — спросил Миллер. — Того, с которым он знаком. Янг?
— Да, Билл Янг. Ласситер сказал, что у него есть номер его телефона.
— Мы ему позвоним.
Миллер начал говорить что-то еще, но замолк на полуслове, повернувшись к Александеру, который вернулся в кабинет.
— Готовы к фейерверку? — спросил Александер.
— Что-то обнаружилось? — спросил Рос.
— Все трое имеют закрытые досье.
— То есть? Но почему?
— Как знать. Все, что я могу сказать, — это только то, что они занимали какие-то должности в государственном аппарате.
— Известно, кто закрыл их досье? — спросил Рос.
— Нет, есть только дата, когда это было сделано. Маргарет Мозли в августе девяностого года…
— Не спеши, — сказал Рос, вынул из кармана блокнот и начал записывать.
— Значит, Мозли закрыли в августе девяностого, — повторил Александер. — Энн Райнер — февраль восемьдесят восьмого. Барбара Ли — сентябрь девяносто девятого года.
— Где находится эта база данных? — спросил Миллер.
— В задней части административного офиса, — ответил Александер. — А что?
— Она связана с записями, которые вы храните здесь?
Александер кивнул.
— Можешь еще кое-что проверить для нас?
— Что именно?
— Можешь вытянуть отпечатки Кэтрин Шеридан и проверить, закрыто ли ее досье?
— Конечно, могу, — сказал Александер.
Они вышли из кабинета и по коридору направились к административному офису. Рос и Миллер наблюдали, как Александер закрыл одну программу, запустил другую, ввел имя Кэтрин Шеридан и подождал, пока загрузится ее файл. Он прогнал ее отпечатки пальцев через базу данных закрытых досье. Это заняло всего несколько мгновений.
— У нее закрытое досье, — сказал Александер. — И закрыто оно было до того, как у нас появились здесь компьютеры.
— И что это значит? — спросил Рос.
— Значит, что это было до восемьдесят шестого года.
— Это все, что можно выяснить?
— Да, — ответил Александер.
— Можешь проверить еще одного человека? — спросил Миллер.
— Запросто.
— Дэррил Кинг.
Александер нахмурился.
— Он есть в базе данных полиции. У него был привод в августе две тысячи первого года за хранение наркотиков.
Поиск занял несколько минут, но Александеру удалось отыскать Дэррила Эрика Кинга, дата рождения 14 июня 1974 года, запись об аресте от 9 августа 2001 года. И снова всплыло имя сержанта Майкла Маккалоу.
Том Александер проверил отпечатки Кинга.
— Август девяносто пятого года, — негромко сказал он.
— Повтори, — попросил Миллер.
— Досье вашего друга закрыли в августе девяносто пятого года.
Рос покачал головой.
— Так что у нас выходит? Досье всех этих людей были закрыты из-за их службы в правительственных организациях?
— По всей видимости, так, — согласился Миллер.
— Это усложняет задачу, — заметил Рос. — Это имеет еще меньше смысла, чем пропавший сержант полиции.
Внезапно Миллер изменился в лице.
— Попробуй его, — попросил он. — Попробуй Маккалоу. Возможно, это поможет нам найти его. Вернись к делу Кинга, к записи о его аресте в две тысячи первом году. Я хочу, чтобы ты проверил Маккалоу и сказал, когда было закрыто его досье.
Александер уже успел ввести имя Маккалоу. Экран мигнул, и в правом нижнем углу возник узкий прямоугольник с текстом.
— Что это? — спросил Миллер и прочел текст в прямоугольнике: «Имя не найдено. Проверьте написание».
Александер нахмурился и снова ввел имя.
Экран мигнул. Опять появилось сообщение об ошибке.
— И что это значит, черт побери? — спросил Миллер. — Опять закрытое досье из восьмидесятых?
Александер покачал головой.
— Это значит, что досье вашего человека не было закрыто. У нас есть закрытые досье из ранних восьмидесятых. Это значит, что вашего парня вообще никогда в базу не вносили.
Миллер придвинулся поближе к экрану.
— В системе могут быть ошибки?
Александер усмехнулся.
— Когда дело доходит до компьютеров, всегда возможны ошибки. Я не знаю. Я есть в системе, Хэммингз тоже, вы тоже там должны быть, но ничто не идеально, детектив.
— Можешь распечатать для меня остальных? — спросил Миллер.
— Конечно, — ответил Александер.
— Как нам выяснить дату закрытия досье Кэтрин Шеридан?
— Я не знаю, — ответил Александер. — Должны быть бумажные документы, но я никогда ничего подобного не искал.