Легион павших. VI - VII Акт (СИ)

Смекнув, что в присутствии Къярта фурия ничего ему не сделает, Бенджи без всякого стеснения бросал в ее огород камни, а Аелитт только и могла злобно шипеть.
— Так, все, хватит разводить бардак, — сказал Райз, и Клык поддержал идею коротким рыком. — Аелитт, ты видела нормальных големов, а не эту детскую самодеятельность?
— Эй! — уязвленно вскинулся Бенджи.
— Конечно видела. У него целая сумка таких: здоровых, крепких, некоторые даже умнее, чем он. Я хотела, чтобы он показал мышонку такого, а не «детскую самодеятельность», как ты выразился. Они не сравнятся в прочности с броней паладинов, но и от одного удара не рассыпятся.
Если это будет не удар Стирающей Явь. Но ее силе нечего противопоставить.
План был прост: разбросать кристаллы по Месцеру — в кустах, в канализационных люках, там, где их не сразу растащат любители легкой наживы, — и готовиться к появлению рыцарей. Энергия в кристаллах была конечна, и големы не могли ждать своего часа сутками. Чтобы пробудить их, Бенджи должен был находиться поблизости, тогда как остальные должны были держаться от города в стороне.
Как Райз и ожидал, Кара идею восприняла в штыки. Он знал, что его объяснения ничего не изменят, но оставить все, как есть, не мог.
— Кара, тебе нельзя идти. После того, как мы захватим Кальдеора, действовать придется быстро. Если ты потратишь броню в Месцере, в последней битве останешься беззащитна.
Кара не спорила: обдала Райза ледяным взглядом и не сказала ни слова.
Надев маску невозмутимости, тот подмигнул Къярту:
— Но это не значит, что я потащу тебя туда без подготовки. Рядом не будет Химеры, а значит, нам нужно опасаться любого чиха. Поэтому придется нанести новые печати переноса урона. На этих троих, — он кивнул в сторону охотников, которых еще до начала обсуждения попросил сесть поближе.
Предложение Къярту сходу не понравилось, и он вознамерился возразить, но не успел.
— Мы так не договаривались, — мрачно изрек Осмельд. — Ты обещал, что не тронешь их.
А он изменился с их последней встречи: не заматерел, но обрел хоть какую-то схожесть с мужчиной.
— Райз, — Бенджи робко подал голос, — если нужно, Къярт может поставить печать на меня.
— Отличная идея, Бенджи!
Парень весь сжался, когда Райз, не жалея силы, похлопал его по спине.
— Давай угробим единственного, кто может управлять големами, в прекрасном и благородном акте самопожертвования, — воодушевленно произнес он и зыркнул на фурию. — Аелитт, чтоб тебя. Ты должна была присматривать за Бенджи, а ты что? Сколько раз ты била его по голове?
— Не била я, — фыркнула она. — Он изначально был бестолковым.
— Может, вы уже закончите с оскорблениями, а? — Бенджи насупился. — Я, между прочим, хотел поступить, как настоящий герой, а вы...
Аелитт покосилась на него и демонстративно взмахнула руками:
— Ладно. Может, и задела пару раз локтем. Я думала, станет лучше.
— Ошиблась, — Райз цокнул языком и вернул себе серьезность. — Печати поставим на всех, кто может предложить только свою жизнь. Поэтому Бенджи и Осмельд отпадают. Къярт, не будем с этим затягивать. Здесь нечего обсуждать.
— Ты их не тронешь, — повысив голос, твердо произнес Осмельд.
Райз вздохнул и едва качнул головой.
Клык, перестав прикидываться больным и немощным, сорвался с места и под испуганный крик Вильмы повалил Осмельда на землю, сжал его шею обрубками челюстей. Хаук с Подом вскочили на ноги да так и замерли, боясь сделать лишнее движение: стоило Хауку потянутся к ножу на поясе, и Клык предупреждающе зарычал.
— Не люблю детей. Особенно тупых, — Райз посмотрел на сверлящего его взглядом Пода. — Это ваше воспитание, так что нечего на меня так смотреть. Эй, смельчак Инаэора. Мы договаривались с тобой, что я не трогаю твое семейство, да? Не буду подавать молодежи дурной пример, поэтому никаких нарушенных обещаний. Но насчет твоей глупой шкурки договоренностей не было. Кто-нибудь хочет купить жизнь единственного наследника великого рода Инаэор? Цена: три зеркальные печати за одного дурачка. Есть желающие?
 
Вильма сжала руку Пода, посмотрела умоляюще — сперва на него, затем на Хаука.
— Мы согласны, — сообщил Под.
— Клык, — позвал Райз.
Грив выпустил обслюнявленную, с красными пятнами от зубов шею Осмельда и с довольным видом уселся рядом с хозяином, задрав морду к небу и внаглую требуя похвалы.
— Ты же понимаешь, что это необходимо, — почесывая горло зверя, Райз обратился к Къярту.
Спустя полтора часа печати были нанесены, а Осмельд забился в дальний угол, откуда сверлил Райза ненавидящим взглядом.
— Расслабься, парень. Это всего лишь страховка для Къярта и для меня. Теперь ты ведь не будешь безрассудно подставляться? — он усмехнулся и ткнул напарника локтем.
— Не буду подставляться.
На этом обсуждения закончились. Оставалось добраться до Месцера, подготовить все к визиту рыцарей и ждать. Пока все шло четко по расписанию.
Время. Время утекало сквозь пальцы, как вода из крана с открученным на полную вентилем: быстро, мощно, разбрасывая во все стороны брызги, которые зависали возле Кары серебристой росой. Конечно, Къярта тоже волновало предстоящее, но он был рад, и в его взгляде горела надежда и вера. Райз не хотел этого видеть, поэтому смотрел на то, как Кара куталась в серебро. Уж лучше бы она злилась. Лучше бы ненавидела его, как в Афраксе, когда ее подчинил себе неконтролируемый гнев.
Райз подошел к ней незадолго до того, как пришла пора отправляться в Месцер. Чтобы не привлекать лишнее внимание, Химера залег в небольшом озере, и оттуда торчала одна только голова, «серпы» и руки. Кара сидела в его ладони и смотрела на расходящиеся по воде круги: только вылупившиеся мальки подплыли к самой поверхности и клевали ртами исполинье тело, приняв его за гигантскую краюху хлеба.
— Кара, ты не против немного пройтись? — приблизившись, спросил Райз.
— Зачем? — она подняла на него равнодушный, подернутый стальной крошкой, взгляд.
— Просто поговорить.
— Говори здесь.
— Не при нем, — Райз взглядом указал на Химеру.
Он не собирался говорить ничего такого, что нельзя было слышать другим. Тем более, Ц-Цузу наверняка следовал за ним по пятам, следил за каждым действием, слушал каждое слово. Но сейчас присутствие крикуна раздражало Райза куда меньше, чем присутствие Химеры. Признаться, ему даже немного не хватало общества несносного рыцаря.
Кара сжалилась, спрыгнула на землю и пошла следом.
— Я знаю, что натворил много неприемлемого для тебя, — произнес он, гадая, зачем вообще все это затеял. Окончательно тронулся головой? — Но я делал только то, что было необходимо.
Никакие разговоры, никакие оправдания ничего не исправили бы. Наверное, Райз делал это не столько для себя, сколько для Кары. Если он в итоге решится — все, что у нее останется, это их разногласия, которые будет нечем перекрыть. Но нужно ли это делать? Или лучше, напротив, разломать все окончательно? Чтобы после было меньше причин для печали.
— Я понимаю и не спорю с этим, — спокойно ответила Кара. — Да, было неприятно осознать, что ты испепелил столицу моей родины вместе со всеми жителями, — она вложила в голос всю беззаботность, на которую была способна — будто говорила о разбитом сервизе или о затоптанных грядках. — Но ты бы не сделал это без весомого повода, так ведь?
Одеревеневшие мышцы слушались плохо, и кивок получился дерганым.
— Вот. Я это понимаю, — подытожила Кара.
— Но почему тогда ты...
— Потому что ты врешь, Райз. Мне, Къярту, всем вокруг. Врешь с того самого момента, как вернулся.
— Кара, я не...
— Не нужно, хватит, — остановившись, категорично сказала она. — Хотя бы сейчас не лги.
От ее неприкрыто тоскливого взгляда заломило кости. Да что, Проклятый побери, происходит с его печатью? Къярт разучился заботиться о мертвых телах?
Райз слишком долго собирался с мыслями, и Кара сказала за него сама: