Легион павших. VI - VII Акт (СИ)

— Хорошо. Если ты считаешь, что стоит попробовать, так и поступим.
Его ответ всу же пустил трещину по маске невозмутимости на лице Кары, и сквозь нее проглянула злость.
— Ты это серьезно? — она смотрела на Къярта, как на окончательно свихнувшегося безумца. — Вот так, без лишних вопросов, ты берешь и соглашаешься неизвестно на что? Не думаешь, что он с тем же успехом может завести тебя в ловушку?
— Кара, прошу, не нужно этого, — почти взмолился тот.
Его взгляд метался между Карой и Райзом. Каждый раз, когда Къярт смотрел на него, в его глазах читалось чувство вины, будто это он сделал что-то, из-за чего Кара так себя вела. Серая взвесь, от которой Райз успел отвыкнуть, витала в воздухе, и от ее присутствия ломило пальцы даже мертвого тела.
— Доверять ему — ошибка. Твоя ошибка, Къярт, — отчеканила Кара. — Но платить за нее придется всем нам.
Вынеся приговор, она ушла.
Глядя ей вслед, Райз искренне жалел, что его душа не высвобождает энергию духа. Он бы с радостью продемонстрировал Химере, что думает о происходящем. Хотя к чему это показушничество? В конце концов, Райз сам сделал выбор. Вернее, собирался сделать. Время принять окончательное решение еще есть. Но чтобы он ни решил в итоге, к обоим вариантам вела одна дорога.
Ее начало лежало в Месцере, городе, чьи жители сбежали в Эсшенские горы — единственное место, которое дарило призрачную надежду на спасение. Но Месцер опустел ненадолго. В дома набились те, кому посчастливилось покинуть восток, а еще всякий сброд, не утруждающий себя честной работой и не жалующийся на избыток ума. Его нехватку они заполняли разорением того, что не было разорено, и погромом того, что не было разгромлено. И если первое еще как-то отражало их веру в то, что будущее для них настанет — раз они так к нему запасались, — то лишенное какого-либо смысла битье витрин и окон говорило о том, что участники трезво оценивали свои шансы дожить до старости и просто наслаждались сегодняшним днем.
Даже без присутствия рыцарей Орды, Месцер не подходил под определение «безопасный город», но Райз все равно хотел отправиться туда без Химеры.
— Он, как бы так сказать помягче, приметный слишком. А Уи-Шаа скорее всего не станет создавать купол на большой площади. Чтобы подобраться к нему, нам лучше не привлекать лишнего внимания.
— Но они же и так знают, что мы там будем, — возразил Къярт.
Пока он рисовал исцеляющую печать на боку Клыка, рана на котором выглядела совсем плохо, Райз придирчивым взглядом осматривал морду грива. Чтобы поставить новые протезы придется не только заморочиться с их изготовлением, но и придумать, как их закрепить на раздробленных костях.
— Ты знаешь, что им это известно, только потому что я тебе об этом рассказал. Не забывай: ты должен делать вид, что искренне веришь в то, что это внезапное нападение.
— Но Химера не позволит мне отойти от него, — Къярт украдкой взглянул на пялящегося на него исполина.
— Химера больше здесь не командует, — Райз зло усмехнулся. — Прошел его звездный час. Он же хочет, чтобы Орда сгинула раз и навсегда? Эй, хочешь ты или нет? — он повысил голос.
Химера не шелохнулся, а вот Къярт нервно дернулся. Такая панибратская манера общения пугала его возможными последствиями. А Райз не боялся: Химера попросту не мог испортить его жизнь еще больше.
— Видишь. Молчание — знак согласия. Так что будет паинькой. Со щитом вопрос понятен. Остается решить, как заполучить Кальдеора. Убить его несложно, но нужно забрать тело, и просто так его не отдадут. Но отбиваться рыцари будут только для вида. Паладинов, которые могли бы навести шороху, и заодно выкрасть Кальдеора, хватило бы с головой. Но их не осталось, верно?
— Один паладин у мышонка есть.
Аелитт сидела рядом с Къяртом и играла с хвостом Клыка. Грив от такого избытка внимания тихо рычал и временами пытался как бы ненароком уползти на брюхе.
— Или госпожа Раяда отказывается принимать участие в твоем плане? — она стрельнула глазами в сторону Кары.
Та стояла поодаль — близко и в то же время недостижимо для пытающегося улизнуть к ней Клыка: все еще занятый печатью Къярт не пускал.
 
— Аелитт, — с легким укором произнес он.
— Но я ведь не сказала ей ничего грубого, мышонок, — фурия непонимающе изогнула брови и сникла под его пристальным взглядом.
— Кара с нами не пойдет, — категорично сказал Райз. — Шикти будет изображать сопротивление, и все прекрасно знают, чем для паладинов заканчиваются ее удары.
— Тогда пускай Бенджи возьмет похищение этого Кальдеора на себя, — буркнула Аелитт.
Взгляды всех присутствующих устремились к парню.
— Что? Я? — на его губах появилась дурацкая улыбка. — Нет, Аелитт, что ты такое говоришь, я же не могу.
Фурия враз лишилась своей ребячливости, и ее лицо заострилось.
— Не можешь? Что значит «не можешь»? Хочешь сказать, что я сделала мышонку совершенно бесполезный подарок?
— Чавой? Я не бесполезный, просто ты переоцениваешь мои умения, — Бенджи нервно рассмеялся и посмотрел на Райза в ожидании поддержки.
Тот сжалился:
— Мертвецов может поднять и Осмельд. Но умертвия не совсем то, что нужно.
— Бенджи! — голос Аелитт требовательно прозвенел.
— Да понял я, понял.
Бенджи завозился, подтянул к себе раздутую до треска дорожную сумку. Многовато пожитков будет. Райз ни разу не видел, чтобы Бенджи сам их носил. Рядом всегда появлялась фурия и забирала его скарб.
— Вот, — он достал из сумки горсть маленьких кристаллов. Все разных цветов и форм. — Можно использовать их. Это, конечно, не паладины, но будет покрепче скелетов.
— Какой же ты бестолковый, Бенджи! — в сердцах воскликнула Аелитт.
— Я не бестолковый. Я скромный.
— Бенджи, заканчивай уже валять дурака, — попросил Райз.
Парень охотно закивал и спрятал кристаллы обратно в сумку.
— Это сердечники для големов, — он расплылся в самодовольной улыбке. — С собранной энергией и прописанными моделями поведения. Полностью готовы к использованию.
— Големы?
— Из него не вышло бы толкового некроманта, как ни старайся, — пожаловалась Аелитт. — Но у него хорошее образование и есть немножечко мозгов в голове.
— Самую чуточку, — издеваясь, вставил Бенджи.
— И я решила научить его создавать големов. Пришлось поискать книжки всякие, затем помогать в работе с кристаллами, собирать в них энергию, — Аелитт загибала один палец за другим. — Столько пришлось делать самой, что теперь думаю, какая от него вообще польза.
— Я очаровательный.
— Ты бестолковый.
Бенджи показал фурии язык, вытянул из кармана сумки кристалл, хорошенько размахнулся и забросил его на открытое место.
Кристалл блеснул в воздухе, как плотва на мелководье, упал на прогретую солнцем землю, полежал так несколько секунд, а затем начал проваливаться вглубь, будто весил не несколько грамм, а как минимум десяток килограмм. Не прошло и минуты, когда земля вокруг зашевелилась, словно в ней копались кроты, собралась комьями, уплотнилась. Один ком, второй, шар, перемычка — элемент за элементом кристалл обрастал землей, пока вокруг него не сформировалось подобие снеговика ростом по пояс.
Когда голем обрел законченный вид, Бенджи тихо свистнул, и «снеговик», переваливаясь с ноги на ногу, поспешил к нему. Поравнявшись с Клыком, он наступил ему на хвост, и тот, рыкнув, вырвал второй из рук Аелитт и ударил. Земляная голова разлетелась во все стороны, но это не помешало голему добраться до Бенджи.
— Круто, да? — воодушевленно спросил тот.
— Бестолковый мальчишка, — Аелитт была недовольна.
Райз хмыкнул. Услышав о големах, он заинтересовался, и то, что продемонстрировал Бенджи, беспорно было занятной магией, но не годилось для операции по захвату Кальдеора.
Так думал не только Райз: Кара тактично молчала, а Къярт делал вид, что всецело поглощен рисованием печати.
— Ой, ну что вы в самом деле, — с обидой протянул Бенджи и ткнул голема пальцами в грудь. Как только он извлек кристалл, голем рассыпался бесформенной кучей земли. — Я, что, совсем дурак вот так на ровном месте расходовать действительно стоящую вещь? Вы знаете, как сложно сделать хотя бы одного? С каждым кристаллом приходится работать по отдельности. Еще и материал, так сказать, не лучшего качества. Чтобы все заработало, как должно, я часами поправлял печати. Это вообще не сердечники, а осколки не пойми чего — ни один не соотвествует стандартам.