Точка Бифуркации III (СИ)
— Значит на территории школы мне нечего бояться?
—…
—…
— Не значит. — после небольшой паузы всё-таки ответил Сергей Константинович. — По нашим разведданым, по твою душу уже работает один наёмный убийца. А они, — кивком головы указывая на так и стоявших молча силовиков, бросил он. — тебя от него должны защищать.
Новость, конечно, была занимательная. Что ж, тем оперативнее значит мне нужно начинать действовать.
— Вы думаете он сможет пробраться сюда?
— Школа прекрасно охраняется, но не является абсолютно неприступной крепостью. Всё возможно.
— Прекрасно. — поморщился я.
Впрочем, граф явно перестраховывался, а возможно и специально нагонял мне лишней жути. Уж кто-кто, а я исследовал внешние границы школьной территории с Кали постоянно. И каких-либо «дыр в обороне», мне за три года найти не удалось. Более того, после той истории с компотом, школьную службу безопасности тут так дрючили, что в этом плане к ним не подкопаться — мышь не проскочит. Ну… мышь обычная, а кого на меня натравили пока не ясно.
— Значит так. — решил подытожить Сергей Константинович. — В школе не беспределить — это фундаментальное правило. Попробуй жить спокойно, может понравится.
— А что будет с теми четырьмя, что устроили на меня покушение в зале? — вспоминая ублюдков, с которыми мне ещё не удалось поквитаться, спросил я.
— Сомневаешься в способностях и фантазии Тимофея Степановича?
Что-что, а этого у нашего директора было не отнять. Его наказания только с виду могли казаться простыми и безобидными. Но когда он брал какого-то провинившегося ученика в оборот, тому примерно через недельку уже хотелось просто выть на луну.
* * *— Ваше Сиятельство, разрешите?
— Да.
— Кх-кх… а вам не кажется, что иногда этот мелкий стервец разговаривает и ведёт себя уж совсем не под стать своему возрасту?
— Да что ты говоришь? — будучи не в самом хорошем настроении огрызнулся граф. — Очень удивительно Глеб, что ты это заметил только сейчас, спустя столько времени. — вздохнул Белорецкий немного смягчившись под конец, и хлопнул по плечу подающего большие надежды бойца.
* * *Леонид Самсонович поправил стопки документов и бумаг на большом столе, а затем, выключив с пульта экран висевшего на стене напротив телевизора, демонстрирующего какие-то графики, поднялся на ноги и подошёл к окну.
— Да уж… не самый лучший у вас выдался конец учебного года. — через плечо оглядывая троицу стоявших перед ним на ковре людей, констатировал хозяин кабинета и вновь устремил свой взор на зелёную лужайку за стеклом. — Один проиграл простолюдину перед самым выпуском из школы, другой вообще мальчишке на три года младше. Ну а ты что расскажешь, дочь?
— Мне похвастаться тоже нечем. — скромно опустив глаза в пол, честно призналась Анна.
— Что, ни отравить не смогла, ни подружиться? — слегка съязвил граф.
— С ним… очень трудно.
В комнате повисла звенящая тишина. Звук старинных тикающих часов, работающего кондиционера и пожалуй всё. Затянувшуюся паузу нарушил сам глава рода.
— Ну… ругать никого не буду. Сами всё знаете, чай не глупые. — едва заметно поморщившись произнёс он и добавил. — Ставлю задачу провести работу над ошибками. Записи боёв, я надеюсь сделали?
— Да, отец.
— Мне тоже сбросьте — погляжу. Потом обстоятельно поговорим.
— Да, отец. — вторили молодые парни.
— Всё, свободны. — кивнув своим мыслям бросил мужчина, а затем поспешно добавил. — Дочь, останься.
Евгений и Александр практически синхронно кивнули и по военному развернувшись назад на левой пятке, направились в сторону дверей.
Развернувшись к девушке, граф внимательно её оглядел цепким взглядом, после чего, сохраняя на лице полное отсутствие каких-либо эмоций, вновь занял своё кресло.
— Расскажи мне про пацана. — указывая дочери на кресло напротив себя, произнёс глава рода, открывая ящик в столе.
— С виду ничем не примечательный мальчишка. — начала отвечать девчонка, на что её отец вновь моментально поморщился. Впрочем, взгляд его был направлен в бумаги, которые он только что вытащил из стола. — Но на самом деле, он очень необычный.
— В чём это выражается на твой взгляд? — всё также не отводя взгляда от папки и листая какие-то документы, бросил мужчина.
— Как разговаривает, как держится, как ведёт себя, как бьётся… да во всём.
— Общие слова. Конкретика, примеры.
— Грамотная поставленная речь. Он уверен в себе и ну… — на этих словах Анна стыдливо посмотрела в сторону. — он не робеет при мне, как абсолютное большинство парней, и уж тем более не краснеет и не отводит взгляд. — поймав себя на том, что сейчас делает прямо противоположное, девушка нахмурилась, но на отца смотреть всё равно не стала.
Как производить на мальчиков впечатление, как с ними заигрывать, кокетничать и флиртовать, Анну уже пару лет обучала личный психолог-педагог. И уроки эти не проходили даром — не встречала ещё Орлова мальчишек в школе, кто бы мог противостоять её чарам. Правда, справедливости ради, учитывая их возраст и неопытность, особо стараться никогда и не приходилось. Поэтому любая помощь в учёбе, какие-то мелкие услуги и куча рыцарей-защитников, которые ей при таких братьях были вовсе не нужны, у девушки были всегда в наличии. А тут прям стена…
— Может ещё не созрел? — между делом бросил граф, мельком взглянув на дочь оценивая её реакцию. Уцепится за соломинку, чтобы самооправдаться или всё-таки скажет как есть?
— Возраст, конечно, у него ещё маловат… Но думаю, не в этом дело. Не могу объяснить…
— Хорошо, продолжай дальше.
— Как он бьётся тебе расскажут братья, я лишь скажу, что он мог бы и Саше вполне себе конкуренцию составить. А уж когда подрастёт…
— Ты лучше мне объясни, как так вышло, что к белому другу прогулялась ты, а не он? — мягко перебил дочь мужчина.
Слушать любительское, подкреплённое лишь одними эмоциями мнение девчонки, он откровенно не желал — воина из неё не готовили, как из братьев, пусть она и владела клинком.
Услышанное заставило сердце девушки биться чаще. Она о своём позоре, что неудивительно, никому не рассказывала и сейчас отчаянно не понимала, откуда эта информация дошла до отца.
Выдохнув и тщательно контролируя голос, Анна внимательно подбирая слова, начала свой рассказ.
— Считается, что Алексей так и не смог открыть в себе предрасположенность к какой-либо стихии. Но я думаю, это ложь. Скорее всего, он всё-таки чувствует и может управлять водой, как мы. Иначе мне трудно объяснить, как он определил то, что состав жидкости в бутылках у него и его друзей изменился.
— Для этого должен быть крайне высокий уровень владения… — вслух задумался Леонид Самсонович. — Намного выше, чем у тебя.
К сожалению, это было правдой, потому как иначе, Анна бы смогла заметить неладное и ни за что не стала бы пить из той злополучной бутылки. А учитывая то, что владеет она даром на довольно высоком уровне, это было очередным поводом уважать Обломова.
— Когда я провернула всё в первый раз и никакого эффекта не последовало, я было решила, что он просто утолил жажду из чужой бутылки. Может у друзей попросил — у простолюдинов это норма. В общем, следующий раз, я поднапряглась и испортила воду всем.
— Насколько я знаю, он дружен с Алиной Белорецкой и она также сидела рядом с ним. — нахмурился граф, внимательно уставившись на дочь.
— Естественно, её воду я трогать не стала, папа. — быстро поняла о чём хочет спросить отец Анна. — В общем, если в первый раз Лёша просто не стал пить отраву, то во второй, он каким-то образом испортил воду в ответ мне.
— Каким-то образом?
— Я-я долго размышляла… но ничего путного в голову не пришло. — повинилась Анна, опустив голову. — Не знаю как он это сделал.
— Что было дальше?
На этих словах девушка подняла полные непонимания глаза на родителя и застыла в недоумении.
— Ну… бой он свой выиграл, я потом чуть позже в уборную побежала…