Второй шанс (ЛП)

Я подняла руки и положила их на его челюсть. Он склонил голову, и я, едва слышно, ответила: — Тогда давай сделаем эти семь минут незабываемыми.
Он не мог знать, что завтра всё забудется, но поцеловал меня так, словно у нас оставалось всего семь минут до конца света. Я чувствовала, как его пальцы скользнули под свитер, касаясь моей спины. Это был Ник Старк, его уверенные, умелые руки, и в тот момент моё сердце безоговорочно принадлежало ему.
Его сердце колотилось под моими пальцами, наши тела прижимались друг к другу. А потом, в мгновение ока, всё изменилось. Наш поцелуй не стал медленнее, но внезапно стал глубже. А может, это только мне показалось, потому что я прекрасно понимала, что этот момент исчезнет с наступлением утра, но всё обострилось, каждое движение стало осмысленным и пронизанным эмоциями.
Ник всё ещё целовал меня, на этот раз короткими, нежными прикосновениями губ. Но при этом его глаза были уже открыты. Когда мы посмотрели друг на друга, и его пристального голубого взгляда у меня закружилась голова. Руки по-прежнему покоились на моей спине, но кончики пальцев нежно скользили по позвоночнику. Он чуть отстранился, шепнув моё имя, едва касаясь моих губ, и тут…
— Черт.
Он отступил на шаг, опустив руки. Мне потребовалась секунда, чтобы услышать писк и осознать происходящее.
Наши семь минут истекли.
День Без Последствий закончился.
Он потёр лицо, словно пытаясь сообразить, посмотрел на меня с растерянным видом и сдавленно произнёс: — Чёрт. Я не хочу этого, Хорнби.
— Что? — я сглотнула и мотнула головой. — А, да. Я поняла. Ничего страшного.
— Эмили! — голос моей бабушки раздался со двора. — Ты тут? Ключи в двери, а на подъездной дорожке грузовик. Если не ответишь, я вызову полицию…
— Я здесь, бабушка! — крикнула я. Мы с Ником отступили друг от друга ещё дальше и поправили одежду. — Слушай, Ник…
— Пошли, пока твоя бабушка не вызвала полицию, — перебил он.
Схватив меня за руку, он потащил к переднему двору. Я шла за ним, до сих пор обдумывая произошедшее, и когда мы вышли на крыльцо, бабушка встретила нас грозным взглядом.
— Бабуля, это Ник Старк, — сказала я, надеясь, что мои губы не опухли от поцелуев. — Ник, знакомься, это моя бабушка Макс.
— Приятно познакомиться, — произнёс он.
— Пожалуйста, убирайся с моего крыльца, — ответила она.
Он кивнул и улыбнулся, словно оценив её прямоту, прежде чем направиться к своему грузовику и уехать. Я просто стояла там, наблюдая, в то время как мой разум проигрывал все малейшие детали этого невероятного дня.
— Я убью тебя утром, дорогая, — сказала бабушка, открывая дверь и заходя внутрь. — Но сначала мне нужно поспать.
Я осталась на крыльце, желая, чтобы ночь никогда не заканчивалась.
— Я люблю тебя, спокойной ночи, бабушка.
— И тебе спокойной ночи, маленькая хулиганка.
Лишь зайдя внутрь и стянув обувь, я поняла, что всё ещё в куртке Ника.
Признание № 17
В шестом классе у меня был период, когда я шестнадцать дней подряд ходила в одной и той же футболке, проверяя, заметит ли кто-нибудь. Но никто не обратил внимания, и я сдалась.
— Вставай, Эмили!
Громовой голос отца вырвал меня из сна. Сердце бешено колотилось, я прищурилась от яркого света и попыталась разглядеть его. Он стоял рядом с кроватью, руки в боки, лицо пылало гневом. Я пробормотала: — Который час?
— Отличный вопрос, Эм, — его голос прогремел. — Пятнадцать минут второго ночи.
— Что? — я села, откинула волосы с лица и взяла очки с тумбочки. — Что случилось?
— Что случилось? — его лицо покраснело ещё больше, а голос стал ещё громче. — А то, что моя дочь вчера не вернулась домой! А то, что ты игнорировала мои сообщения и гуляла неизвестно где. Мы обзвонили всех твоих друзей и уже собирались звонить в полицию, потому что думали, что ты, возможно, мертва!
Минутку. Пятнадцать минут второго?
— Сегодня уже не День Святого Валентина?
Он фыркнул. — Ты не слышала, что я сказал? Пятнадцать минут второго ночи! Собирайся и пошли. Немедленно!
 
— Томас, тебе нужно успокоиться… — попыталась вмешаться бабушка.
— Нет, не нужно, мама. Она не пришла домой прошлой ночью, и я с ума сходил от беспокойства. — Папа буквально выплюнул эти слова в адрес бабушки, его голос был громче, чем я когда-либо слышала. — Я должен был знать, что она будет здесь.
Или в шкафу подвала — под ногами в твоём доме — с Ником Старком.
— Уж спасибо за разъяснение, — проворчала бабушка, скрестив руки на груди. — Я полагала, ты знал, что она здесь. Бедняжка постоянно приходит сюда, потому что ты и Бет попросту не замечаете её.
— Избавь меня от нравоучений. — Папа снова повернулся ко мне. — Собирайся и одевайся, немедленно.
Я выскочила из кровати, схватила вещи и пулей метнулась в ванную. Закрыв дверь, я осторожно достала телефон из сумки.
— Где моя машина? — донеслось через дверь из коридора. — На улице, где её могут поцарапать, я так понимаю?
— Н-не совсем, — промямлила я, положив телефон. Выйдя из ванной, я с тоской оглядела комнату, желая хоть как-то смягчить ситуацию. Нервно закусив губу, я посмотрела на бабушку и сказала: — Меня остановили за превышение скорости, и машину конфисковали. У меня есть информация о том, как её вернуть…
— Машину конфисковали? — ладно, вот теперь его голос достиг небывалой громкости. Он схватился за голову и уставился на меня так, будто я только что призналась в убийстве. — На сколько ты превысила скорость?
Я сглотнула. — Эм…
— Иди переоденься, Эмили. — Бабушка встала между мной и отцом, смотря на меня широко распахнутыми глазами. — Сейчас же.
Я закрыла дверь и выдохнула, слушая, как бабушка спорит с моим отцом и уводит его вниз по лестнице. Я трясущимися руками включила телефон и ждала подтверждения даты в календаре. Сегодня… эм… точно пятнадцатое? Сердце колотилось в горле, когда экран загорелся, и я увидела домашнюю страницу.
Чёрт подери. Сегодня было 15 февраля.
Я быстро переоделась из пижамных штанов, которые всегда оставляла у бабушки, и натянула кожаные штаны со вчерашнего дня. Реальность обрушилась на меня, вызвав тотальную панику. Вспышки событий вчерашнего дня стремительно заполнили мой разум:
— угнала «Порше»;
— высказалась Лалли, Лорен и Николь;
— рассталась с Джошем по интеркому;
— уволилась с работы;
— отметила вышеупомянутых людей в посте со своей татуировкой в соцсетях…
Меня сейчас стошнит.
Затем я посмотрела на свою руку. О нет. Нет, нет, нет. Я сорвала повязку и ахнула.
На ней красовалась надпись: «Я отлично провела время, разрушая все вокруг».
Боже мой, у меня была татуировка. И в ней говорилось это.
— О боже. — Я посмотрела в зеркало и уставилась на своё собственное лицо.
Что я натворила?
Признание № 18
За последний год у меня три раза спускали шины, и всё по одной и той же причине: зазевалась и влетела на бордюр.
— Твоя мать здесь. Потрясающе.
Мы заехали на подъездную дорожку к дому отца, и меня замутило, когда я увидела машину мамы. Она стояла припаркованная наискосок у обочины, словно мама резко свернула на улицу и выскочила из машины, несясь к дому.
Внутри она стояла на кухне, скрестив руки. Как только мы вошли, её длинный указательный палец указал прямо на меня. Стиснув зубы, она произнесла: — Эмили Элизабет, собирай свои вещи из комнаты. Ты едешь со мной домой. Сейчас же!
— Ради бога, Бет, ты можешь успокоиться на минутку? — Мой отец бросил ключи на стойку и выглядел измученным. Мне стало стыдно за то, что я заставила его волноваться, особенно учитывая, что он всю дорогу в машине отказывался разговаривать со мной.
Едва мы вышли из дома бабушки, я только и успела произнести «Я», как он рявкнул: «Не разговаривай со мной сейчас, Эм».
Оставшуюся часть трёхминутной поездки я размышляла обо всём, что натворила во время ДБП. После череды Дней Святого Валентина всё казалось расплывчатым, и я не была уверена, что всё это действительно произошло.