Путешествие будет опасным [Смерть гражданина. Устранители. Путешествие будет опасным]

— Расстегните, — приказала она, и, когда я повиновался, сняла бюстгальтер и резким движением отшвырнула его в сторону. Глубоко вздохнув, она повернулась ко мне лицом.
— Бог мой, как приятно снова дышать полной грудью! И есть! Пробовали вы когда-нибудь пережевывать мясо ртом, полным нержавеющей стали? Там в пакете есть лифчик, дайте его сюда. Надеюсь, следующая девчонка, которую мне придется изображать, окажется не такой плоскогрудой. Дэйв…
— Да?
— Вам нравится?
— Что?
— То, что видите, глупый! — Она засмеялась. — Я хочу сказать, что мы с вами могли бы неплохо провести время, но сначала надо избавиться от милой мамочки. Я имею в виду — когда мы будем уверены, что она не замышляет никаких штучек. Я звонила Гастону Мьюру и сказала, что у него в лодке будут два пассажира. Только два.
Сейчас было не время изображать изумление, демонстрировать высокие принципы или интересоваться, где закончится предполагаемая лодочная прогулка. Я пожал плечами.
— Очень мило. Лишь бы, куколка, пассажиры оказались те, что следует. Вы не пробуйте каких-нибудь штучек. Я родился не вчера.
Наоми одобрительно улыбнулась.
— Какой недоверчивый и осторожный мужчина! Не беспокойтесь, милый. Мы отлично проведем время. Нас ждет миллион удовольствий. Передайте мне рубашку, пожалуйста. 
Я подал ей темную, с рисунком рубашку и такого же цвета узкие, в обтяжку брюки. Девушка всунула ноги в сандалии, и мы пошли к машине. Дженни ждала нас со скучающим и презрительным взглядом на симпатичной веснушчатой физиономии, делая вид, что даже не заметила сцену стриптиза, исполненного перед ее и моим носом.
Через четырнадцать часов мы уже были в Ивернессе. По пути нас никто не остановил, мы даже не видели ни одного полицейского. Неужели Мак добился, чтобы нас оставили в покое?
  
Глава 21
 
Это оказалось так же просто, как бывает просто получить почту до востребования. Сначала, конечно, нам пришлось ждать несколько часов, пока откроется почтовая контора, но после этого испытания все прошло без сучка, без задоринки. Перед нами даже не было никого в очереди. Дженни подошла к окошку, назвала клерку вымышленное имя и повернулась к нам, держа в руках большой пакет, перевязанный крепкой веревкой. Мы склонились над ней, я и Наоми, и эскортировали ее к машине. Наоми схватила пакет и забралась на заднее сиденье.
— Я видела телефонную будку на главной улице возле заправочной станции, — сказала она прерывистым голосом, — поезжайте туда, а я посмотрю, что приготовила тут для нас дорогая мамочка. Черт! Она так опутала свои бумаги веревкой, точно боялась, что они выпрыгнут из пакета и удерут. Дайте ваш ножик, Дэйв.
— Идите к черту, куколка, — возразил я, ведя машину, — Вам нужен мой нож, попробуйте его взять. Но сначала позовите на помощь семерых великанов из соседнего леса. Вы держитесь за ваш игрушечный пистолет, а я за мой ножик.
Наоми нетерпеливо фыркнула.
— Хорошо, тогда вы откройте пакет.
Я остановил машину рядом с телефонной будкой, взял пакет, перерезал веревку и развернул его. Наоми выхватила пакет из моих рук и вытащила из него стопку бумаги. Увидев на верхнем листе большой красный штамп, она с удовлетворением вздохнула. Со своего места мне удалось прочитать бросающееся в глаза слово «СЕКРЕТНО», но и я испытал не меньшее облегчение.
Джени спокойно сказала:
— Полиция.
Я поднял глаза. Действительно, по главной улице в нашу сторону шествовал представитель закона. Не местного происхождения, а в форме Королевской конной полиции и даже в бриджах для верховой езды. Лошади, правда, с ним не было. Его спокойный вид свидетельствовал о том, что он не занят поисками убийц, тем более не видит их перед собой. Я услышал, как за моей спиной Наоми торопливо запихивала бумаги в пакет.
— Чего вы ждете? — выдохнула она. — Поехали!
— Не будьте дурой, — посоветовал я, — Может быть, еще плюнуть в него, когда будем проезжать мимо? Чтобы он уж точно обратил на нас внимание? Человек просто ищет, где поесть. Ступайте звоните.
 
Конный полицейский без лошади завернул в ресторан в квартале от нас. Наоми глубоко вздохнула, выскользнула из машины, зашла в будку и, не выпуская пакета из рук, принялась набирать номер. Когда она увлеклась разговором, я взглянул на сидевшую рядом Дженни.
— О’кей, ирландочка. Что все это значило? Тот таинственный разговор, который вы вели, пока она покупала одежду?
Дженни покачала головой.
— Не важно, — сказала она. — Все в порядке. Кому она, по-вашему, звонит? 
— Полагаю, что джентльмену по имени Гастон Мьюр. Но не спрашивайте меня, о чем они беседуют. Я могу оказаться не прав, а мне не хотелось бы по ошибке оклеветать невинную девушку.
Дженни внимательно посмотрела на меня, но ничего не сказала. В этот момент вернулась Наоми, и я наклонился вперед, чтобы пропустить ее на заднее сиденье.
— Едем к морю, — приказала она.. — Я скажу, где повернуть.
— Но мы же готовились к рандеву во Фрэнч Арбор? — возразил я.
Девушка не была хорошей актрисой, так как слишком правдиво посмотрела мне в глаза.
— Планы изменились, — сообщила она. — Я дозвонилась до Гастона и сказала ему, что бумаги у нас. Сейчас он не может освободиться, так как занят лодкой, но хочет днем с нами встретиться, чтобы обо всем договориться. Но мы же пока должны отправиться в одно место, подальше от посторонних глаз. Он посоветовал мне куда.
— О’кей, — согласился я и пустил машину вперед.
Когда мы выехали из города, океан оказался слева.
Согласно карте, впрочем, мы любовались сейчас заливом Святого Лаврентия, а океан находился дальше на северо-восток. Но и здесь соленой воды вполне хватало, чтобы произвести впечатление на парня из штата Нью-Мексико.
Дженни глубоко вздохнула.
— Как прекрасно! — сказала она, — Но немного страшно. Всегда думала, а что там, в глубине?
— Рыбы, — откликнулся я, — и кости мертвецов.
— Следите, куда едете, — прервала нас Наоми, — Здесь не поворачивайте. Еще пару миль прямо по дороге.
Мы проехали мимо заброшенных угольных копей, бетон сменился гравием, потом просто грязью и пылью, и закончили путешествие возле еще одного рудника прямо в лесу. Обычный небольшой рудник, и эксперт, наверное, с первого взгляда смог бы сказать, какую он выдавал продукцию. Но мне все рудники кажутся одинаковыми, что бы из них не извлекали — золото, серебро, медь или железо. Одни и те же ямы, ржавые рельсовые пути, когда-то и для кого-то имевшие смысл, те же живописные подъемники и лифты и те же обветшавшие хижины. 
По крайней мере, все они вызывали у меня одну и ту же мысль: какое отличное место, чтобы спрятать труп. Очевидно, та же мысль пришла в голову и другим людям — или я был очень несправедлив к Наоми и ее невидимому другу.
У меня не оставалось особых сомнений относительно того, зачем нас с Дженни сюда привезли, но я мало что мог сделать в связи с этим. Бумаги по-прежнему предстояло доставить, куда следует (куда, кстати), а у меня ощущалась нехватка почтовых голубей. Ганс мертв, Дженни больше не котируется. Оставалась только Наоми. Наоми и Гастон Мьюр, фигура пока что неизвестная. Чувство самосохранения у меня не слабее, чем у других, но нас все-таки нанимают на работу не только для того, чтобы мы просто старались уцелеть, — последнее рассматривается как второстепенная, хотя и разумная задача.
Главная моя цель — доставить документы на лодку Мьюра. Но достигнуть желаемого я мог лишь при условии, что Наоми и ее сообщник будут целы, невредимы и ничего не заподозрят. И единственный путь к этому заключался в том, чтобы сидеть, где укажут, и по мере возможности помочь им застигнуть меня врасплох.
Это заняло немало времени. Думаю, они помимо прочего ждали, не вздремну ли я от скуки, и я хотел пойти им навстречу, но передумал, решив, что в этом случае я, так сказать, «выпаду из образа». Дженни, впрочем, устроилась поудобнее в машине и заснула.