Вопреки (СИ)

Они замерли, некоторое время не двигаясь. Дыша друг другом, возвращаясь в реальность, к мыслям.
— Это было больше, чем слишком приятно.
Он расслабленно вздохнул, совсем отпуская ее.
Марина не отодвинулась, предпочитая чувствовать его рядом.
— Спасибо тебе, — сказала она, ощущая смешанное чувство благодарности. — Спасибо, что не бросил.
— Похоже, судьба моя, — пробормотал Арвил, поглаживая ее, чуть покачивая и погружая в сон.
  
Часть 10
 
Магическая почта не приносила хороших новостей. Еще пять дней назад пришло тайное послание отца. Он был в бешенстве от решения старшего сына отправиться по воде, призывая как можно быстрее вернуться в столицу. Несмотря на то, что приготовления к войне закончены, и первые бои у Тиффуитских предгорий со стороны земель Аравилата приносили победы, король желал быстрее увидеть подле себя главного наследника.
Арвил вздохнул воздух полной грудью, в Аравилате ему было бы легче следить за дворцовыми интригами. Отец до сих пор скрывал место проведения ритуала Единства. В любом случае, ему по традиции предшествовал собор пяти народов. И до того, как они прибудут в столицу, и Арвил окажется занятым по самую макушку.
Галеон вошел в гавань Аравилата ближе к утру, когда большая часть его обитателей мирно спала. Через час к нему подъехала черная карета без опознавательных гербов, и на борт поднялся человек. Его встретили и сопроводили в кабинет принца.
Арвил ждал Ювала. Они не виделись больше месяца, и им было, что рассказать друг другу.
— Ты не представляешь, как все плохо, — начал говорить Ювал, оказавшись в кабинете, как только они закрыли двери. — Измеры и моры ведут очень грамотные бои. Их стратегии великолепны, не говоря о вооружении и выучке. Даже магия не помогает.
Арвил расстелил небольшую карту Овинги на столе.
— Покажи расположение сил.
— Вот здесь, — Ювал провел черту посередине материка, — стеной стоят наши войска и армия народов огня. Вот тут скопление врагов, — он провел черту у начала границ Северных земель магов огня. — Практически вся их территория подчинена измерам. Они ее используют, как сырьевую и перевалочную базу. Народы леса рассредоточены по своей территории, предпочитают вести партизанскую войну, надо сказать эффективную. Но на север они не сунутся, там нет лесов.
— А береговые линии? — спросил Арвил, боясь, что измеры предпочтут суше водные пространства. Ведь именно магия воды была вымирающей. И хотя воды на Овинге было много, магов воды практически не осталось. Некому было защищать берега до ритуала.
— Там ничего, — Ювал поднял на него взгляд. — По дороге на нас напал их корабль из металла, превосходящий нас раз в пятьдесят по мощности.
Арвил молча кивал.
— Ты разобрался, кто она такая?
— Принцесса. Только младшая. Полагаю, королева не проходила ритуал отречения.
— Есть еще?
— Были, но с ними разбирался отец.
***
Когда Марина утром вышла на палубу, жизнь на пристани уже вовсю крутилась.
Город находился не в глубине страны, а на ее восточной границе, на берегу океана. И первое, что бросалось в глаза при приближении, его величие и размеры. Огромный, простирающийся вдоль океанского берега на многие километры.
Аравилат походил на среднеевропейский город, хотя некоторые нотки схожести с Бултамом в виде купольных закругленных крыш и кое-где встречающихся минаретной формы башен в нем тоже угадывались.
Причалив, они не покинули корабль, дожидаясь указания Арвила, который утром прислал к апартаментам Марины двух конвоиров и странный приказ одеться тепло и по-мужски. Через два часа после полудня, к кораблю подъехала карета, и оттуда вышли двое мужчин. Они поднялись на борт.
Марина надела черные штаны, рубашку и жакет с мехом. Наверх плащ до пола с капюшоном, скрывающим лицо.
— Все готово? — спросил у Мары присланный слуга.
Спустились в тамбур, через который поднимались в самый первый раз. Трап уже был переброшен от корабля к причалу. У входа ждали лорд Страквир и Ювал.
 
— Ваше высочество, — поклонились они.
Полукругом через каждые полметра стояли королевские гвардейцы, поверх одежды которых были натянуты доспехи, в руках у них были ружья.
Из-за их спин, выглядывали. За время с момента захода корабля в порт, здесь собралась огромная пестрая толпа зевак, сбежавшихся поглазеть на Знародную. Среди простого люда встречались богато одетые мужчины и дамы с сопровождением. Они пялились на нее, тыча пальцами. Кто-то из толпы пронзительно-истошно заорал «Отродье!» И толпа, как по приказу, словно сорвалась с цепи, волной подавшись вперед, давя на спины охраны, выкрикивая:
— Убейте ее! Она принесла нам несчастья! Сдохни, как твоя мать!
Марина побледнела, остановившись, как вкопанная, смотря на них. Лорд Страквир схватил ее за локоть и потащил к карете.
— Не останавливайтесь, ваше высочество.
В их сторону полетели первые камни, палки и гнилые овощи. Нырнув внутрь, она с ужасом слушала и смотрела на разъяренных людей, не понимая, чем вызвана эта злоба.
— Говоришь, будут биться за меня? — ошарашено выговорила она Арвилу, боясь выглянуть в окно.
Она все еще оставалась болезненно бледной, слабой, не успевшей восстановится в такой короткий срок.
— По всей стране идут военные приготовления. Измеры объявили о намерении войны. Народ во всем винит вас, — сообщил Ювал.
Карета тронулась, она откинулась в мягкое сидение, разглядывая Арвила. После ночи у него заметно отросла щетина, и он немного осунулся. На лицо легла печать усталости, под глазами синеватые круги. Вид у него был отстраненным, казалось, он не замечал ее. Во всяком случае, старался изо всех сил.
Ехали они на большой скорости, через весь город.
— Я думала, мы едем в королевский дворец, — заметила она, видя, что мужчины как-то странно напряжены. Никто из них не улыбался, не разговаривал и не смотрел друг на друга.
— Мы едем в таверну, — проронил Арвил сквозь сжатые зубы, отказываясь смотреть в ее сторону. В конце концов, приказ отца обсуждению подлежать не мог.
Как будто не было прошлой бессонной ночи, не было между ними решительно ничего.
— Зачем?
Ей никто не ответил. Карета свернула на один из узких переулков, затем еще несколько раз и остановилась.
Таверна оказалась глинобитным зданием, по размерам больше похожим на гараж с тяжелыми деревянными воротами и металлическими кольцами вместо ручек, на одном из которых висел потушенный фонарь. Справа от двери виднелся деревянный щит, на котором было написано название таверны — «Эрватах». Такое же название было у их тюрьмы. Марина с беспокойством посмотрела на мужчин.
Лорд Страквир толкнул массивную дверь, отворяя ее.
Убранство зала несло убожеством. Запах бил в нос кислым пивом и чем-то затхлым. Шедший последним, плотно затворил дверь.
В помещении царил полумрак, кое-где прорезаемый солнечными лучами, пробивающимися сквозь небольшие, цокольного типа, окна. Всего за двумя столиками сидели несколько солдат, делающих вид, что они пьют.
За невысокой стойкой, с бочками, склонился неопрятный маленького роста, пузатый человек.
— Мы закрыты, — недружелюбно прокаркал он, но, узнав входящего лорда Страквира, тут же низко поклонился, чуть не достав лбом до щербатой поверхности стойки.
Они прошли через зал в дальний угол, где за маленьким коридором и лестницей, ведущей наверх, располагались еще две комнаты с нормальными окнами.
В комнате стояло два стола со скамьями, расположенные буквой «Т», на столах расставлены глиняные кружки и оловянные тарелки. Под потолком висела люстра с несколькими свечами. В другой комнате находилась кухня с несколькими печами, столами для разделки и приготовления еды. Окно в ней закрыли белой тряпкой. Массивная дверь с мощным засовом вела на улицу.