И вырастут крылья (СИ)
Воронцова перекосило при упоминании Зарецкого.
– Даш, неужели ты не понимаешь?..
– Понимаю. И уже дала понять Феде, что ничего, кроме дружбы, я ему предложить не могу.
– По-моему, он тебя не понял.
– Всё он понял, только вы, мужчины, прёте к своей цели напролом. Что вам мнение других?
Артём закатил глаза.
– Даша, так было испокон веков! Если на женщину претендовали несколько мужчин, они выясняли это между собой.
– И плохо! – не сдавалась я. – Женщина тоже должна иметь право голоса! – и не утерпела. – До чего вы там довыяснялись? Все целы?
– Дашенька, мы же интеллигентные люди!
Попробуй ещё сообрази: то ли он шутит, то ли серьёзно говорит! Фёдор тоже не признался, что произошло между ними.
– Так… перетёрли то-сё! – мужчина неопределённо пожал плечами.
Я недоверчиво глянула на него, но маг, извинившись, заторопился.
– Ты не обижайся, журавлик, но мне пора бежать: работы много.
Вот так, в общем-то, мы и помирились.
За прошедшие после Йолля дни всё окончательно успокоилось, утряслось. Мы с Тёмой встречались, разговаривали, Линочка постепенно привыкала к Воронцову. Уже не вздрагивала и не сжималась при его появлении. Она по-прежнему избегала прикосновений, но иногда могла посмотреть на нашего инспектора, только не глаза в глаза.
В послепраздничных днях есть своя особая прелесть. В них нет того азарта ожидания и нетерпения, нет суматохи и беготни, которой наполнен период накануне. Можно перевести дух и неспешно, даже вдумчиво наслаждаться последними мгновениями уходящего торжества. Вот и мы отдыхали. Артём теперь всё чаще звал нас с Линой в Паг-Авит. Втроём гуляли по столичным улочкам, пили горячий чай и какао с маршмеллоу в уютных кафе, ходили в кинотеатры на детские мультфильмы. Пока Лина увлечённо следила за героями, мы с Тёмой держались за руки, шептались и украдкой целовались.
Всё чаще Воронцов порывался завести нас с дочкой в магазины, а мне как-то было не по себе. Я понимала, что ему не в тягость, но одно дело купить подарок на праздник или необходимую вещь, а просто так… Нет, я не хотела. Но однажды, гуляя по торговому центру (мы зашли, чтобы погреться), мужчина всё-таки затащил в какой-то магазинчик и купил нам с дочкой парные майки с прикольными рисунками. Пока Тёма расплачивался, я вышла вслед за Линой.
– Можно мне пирожное с ягодкой? – дочка показала на витрину кондитерской. – Пожалуйста!
– Хорошо. Но съедим дома.
Малышка кивнула и тут же спросила:
– А для Деви?
– Мы купим всем, – пообещала я. – Устроим им вкусный сюрприз.
Линнель успокоилась, а я обернулась на Тёму, чтобы не потерять друг друга в толпе. И растерялась: его не было. Я вернулась в магазин одежды и заозиралась по сторонам. Увидела вдалеке мужчину в похожем пуховике, но, когда он повернулся, поняла, что ошиблась. Неужели мы с Воронцовым разминулись? Я вышла в коридор, заглянула в соседний бутик, потом в следующий…
– Кого потеряла?
Я пискнула от испуга, но тут же успокоилась, узнав голос и объятия.
– Тёма!
– Я, – мужчина безмятежно улыбался.
– Ты где был?
– Здесь, – он кивнул на тот самый магазин.
– Но я заглядывала сюда, тебя не было!
– А меня к другой кассе позвали, – пояснил мужчина. – На первой что-то с кассовым аппаратом случилось.
Я успокоилась и повела Тёму в кондитерскую. Маг с азартом выбирал сладости, расспрашивая продавца и советуясь с ним. А я замерла, когда Лина в ответ на вопрос Тёмы покачала головкой и указала на другое пирожное, которое ей понравилось. Это был шаг вперёд в их общении.
***А в доме Тандекаров происходило что-то странное. Не плохое, но непонятное. Калина, обычно спокойная, ласковая, редко повышающая голос, теперь постоянно нервничала, психовала, особенно когда Виджей отсутствовал. Человек, незнакомый с кошкой, и не заметил бы этого, но я видела и тоже волновалась. Тем более по королевству уже давно гуляли самые разные слухи: и о ведьмах, и об отступниках, и об оборотнях-людоедах. Весь мир как будто притаился, ожидая беды. В последние дни лайдир часто отсутствовал дома. Наверное, кошка переживала за любимого мужчину. Калина и Виджей очень берегли друг друга и, глядя на них, я завидовала белой завистью и мечтала о таком же понимании и любви. Но сейчас тревожилась, не зная как помочь нервничающей женщине.
Разъяснила всё Тося. Когда Калина в очередной раз сорвалась с места и побежала к себе, старая оборотница обняла меня за плечи и усадила обратно за стол.
- Не трогай. У Калина скоро течка, ей только альфа сейчас и поможет.
Мне всё стало понятно! У оборотниц два раза в год наступал эструс – лучшее время для зачатия детёныша. В эти дни они превращались в настоящих нимфоманок, постоянно нуждаясь в сексе. Хорошо, если у женщины был парень или муж, как у Калины. Для них этот период становился настоящим медовым месяцем. А вот одиноким не позавидуешь. Я слышала, многие оборотницы покупали наши зелья, подавляющие сексуальное влечение, и терпели, а некоторые нанимали проститутов. Ну как по мне – это совсем фу! Хотя не мне судить: я не представляю в полной мере, что такое течка. Может быть, её действительно невозможно выдержать!..
Но в нашем случае всё складывалось прекрасно. У Калины был любящий муж, и он, несмотря на занятость, старался чаще бывать дома. Тандекар отлично понимал, как нужен жене в этот период. Я всё чаще заставала их обнимающимися. Кошечка что-то мурчала альфе, как будто жаловалась или просила о чём-то, а тигр бережно обнимал её в ответ, потираясь щекой о мягкие, рыжеватые волосы. Вроде безобидно на первый взгляд, но воздух вокруг них был насквозь пропитан чувственностью, сладким ожиданием и обещанием. И, чтобы не попасть в неловкую ситуацию, я старалась громко топать или голосом обозначить своё появление.
А через пару дней нас с Тосей, Милой и девочками вообще отправили в Иринг.
– Ух ты! – я восхищённо оглядывала городскую квартиру Тандекаров. – Сколько здесь комнат?
– Шесть.
Мила со знающим видом показала мне, что где находится, и ушла к Деви. А мы с Линнель стали обживаться на новом месте. Большая часть моей жизни прошла в городе, и сейчас мне казалось, что я вернулась домой. Долго прислушивалась к шуму за окном и гулу транспорта. Смотрела на тысячи огней, светлячками подмигивающими мне.
Вскоре по квартире поплыли ароматные запахи, и я переместилась на кухню, расспрашивая Тосю о здешней жизни. Угадайте, кто был нашим соседом? Фёдор Зарецкий. Я недоверчиво глянула на кошку. Но подошедшая Мила подтвердила её слова:
– Да, он давно живёт здесь, уже лет пять. Лука Станев приходил к альфе просить за мага, а тут как раз прежние соседи съезжали. Вот Федя эту квартиру и купил. И все довольны. Мы от Луки знаем, что за человек живёт рядом, а у Феди – хорошее жильё и работа недалеко. Да и сосед он тихий.
– А когда ж тут шуметь, когда он в лечебнице своей сутками пропадает? – вмешалась Тосенька, колдуя у плиты. – Отощал весь, осунулся!
Похоже, Зарецкого сейчас начнут активно подкармливать. Ох уж эти бабушки!..
Мы собирались провести в городе дней десять, и я настроилась на приятное времяпрепровождение. Напланировала походов по магазинам и салонам красоты (зарплату я особо не тратила, так что сумма скопилась приличная), хотела сводить девочек в детский театр, а ещё пригласить в гости Ирку. Ну и, само собой, ждала свиданий с Тёмой. Одним словом, планы были грандиозные. Я не собиралась скучать.
Хотя уже на следующий день, поняла, что ошиблась, и весело будет не всегда. Артём, узнав о нашем соседе, впал в настоящее бешенство. Никогда его таким не видела. Нет, маг не кричал, не ругался, но глаза налились кровью и опасно хрустнули кулаки. Я невольно попятилась. Воронцов заметил это и опомнился. Схватил меня за руку и привлёк к себе.
– Ты что? Боишься меня?.. Даша, я никогда тебя даже пальцем не трону!
– Ты бы сейчас себя видел! – обняла себя руками и настороженно поглядывала на него.