Мой наполовину (СИ)

– Не хочу заново. Мы можем просто продолжить.
– Почему не заново?
– Потому что тебе придется заново меня в себя влюблять, заново покорять. Я не смогу долго притворяться, что не хочу твоих поцелуев и объятий.
– Окей, я понял, – он улыбнулся и быстрым поцелуем скрасил момент моей неловкости.
Я была откровенной впервые. Я флиртовала. Но я была честна.
Наконец, мы сели за стол и, держась за руки, не сводили глаз друг с друга.
– Как Гордей?
– Растет. Ползает.
– Соскучился по нему.
– Уверена, он по тебе тоже, – Олег прикоснулся губами к моей руке. – А как твоя семья? Как Сергей? Мы столкнулись с Жанной и с твоим сыном на входе.
– Нормально. Каждый понял и поддержал.
– Они хорошие люди, – грустно улыбнулась. – А твой сын – настоящий красавец, знаешь. И такой высокий. Ему точно тринадцать?
– Уже четырнадцать. Как видишь, он весь в меня.
Кивнула ему.
– Ты ведь уже знаешь, что сделала моя мать?
– Знаю. Адвокат с этим разбирается. Он всех найдет, кто в этом замешан.
– Маму посадят?
– Ее вряд ли, а вот следователя, который «вел» дело и те, кто еще в структурах замешаны – да.
– Не верю до сих пор, что она это провернула.
– Там и семья не простая.
– Она знала, что делает. Заявила, что я это все подстроила и она подыграла.
– Охренеть, – он вздохнул и замер. – Серьезно?
– Да. Мы виделись с ней еще тогда, когда все произошло. Я все высказала и убежала. Не хочу иметь с ней ничего общего. Мать Герды носит на руках меня и Гордея, а она… Это не укладывается в голове.
– Успокойся, – он взял мое лицо в свои ладони и улыбнувшись потянулся через стол, чтобы оставить крошечный поцелуй.
– Саш, – спустя паузу и несколько минут нейтральных тем он вдруг сменил тон, и я напряглась. – У меня к тебе большая просьба и я прошу отнестись к ней серьезно, не воспринимать в штыки.
– Хорошо. Говори, – сжала его ладони своими.
– Я хочу, чтобы ты переехала обратно в мою квартиру. Твоя подруга щедра, и я рад, что она у тебя есть. Но я бы хотел, чтобы ты имела свой дом. Потому что, кажется, слишком сильно тебя люблю, чтобы отпустить.
– Олег… – мой шок перебили жестом, и я умолкла.
– Я понимаю, и ты, возможно, не уверена во мне и в нас, но поверь, я выйду отсюда и сделаю все, чтобы у нас было хорошо. Просто попробуй Саш.
– Молчи же… – прижимаю пальцы к его губам и улыбаюсь. – Я хочу встретить Новый год с семьей Герды и потом…
– Черт, – он склоняет голову к столу, и я не лишаю себя удовольствия погладить его по чуть отросшим, кудрявым волосам. – Спасибо.
– Тебе спасибо. Скажи, а когда будет суд?
– После новогодних выходных пройдет первый и думаю, их будет немало. Родители этого… Кхм… они требуют, чтобы меня посадили.
– Погоди, то есть, имеется вероятность, что тебя не посадят?
– Ну скорее всего, по статье сто девятой будут судить. Адвокат будет ходатайствовать об условном сроке. А там, как решит суд.
Олег поднял свои глаза, и я почувствовала необходимость сказать:
– Я буду рядом каждый раз, когда буду нужна, когда смогу. И буду верить в тебя.
– Спасибо, – скрепил наши руки в один замок и прижался горячими губами.
Неожиданно время подошло к концу, и мы попросили еще минуту. Это все, что было у нас, чтобы обнять друг друга и подарить надежду, веру… а еще сказать о любви.
– У нас не было нормальной возможности, поэтому сейчас, пусть и не очень романтично все вокруг, хочу признаться тебе, Саша. Что люблю тебя.
– По-моему, место не столь важно. Главное – это мы с тобой. И Олег, – остановила его надвигающееся надо мной лицо. – Я тебя тоже люблю.
– Хорошо, – шепнул в ответ и наконец-то поцеловал. – Хочу, чтобы ты помнила мои поцелуи, до следующего нашего свидания.
– Ни за что не забуду и не смогла бы этого сделать.
– И отвечай на мои звонки. Они будут редкими, к сожалению, но…
– Ни за что не пропущу, клянусь.
Его объятия вдруг стали еще крепче.
– Не могу поверить, что должен тебя отпустить.
– Я бы не хотела уходить.
Дверь снова открылась и нам пришлось отойти друг от друга. Олег остался в комнате, а я последний раз на него взглянув ушла.
 
Но в сердце осталась надежда и любовь. Самое главное, что я могла с собой унести и оставить с ним не меньше. Веря в него и в нас.
Мне оставалось сидеть и ждать нового звонка, нового свидания, чтобы прийти и снова рассказать, как сильно я по нему скучаю и жду его дома, куда как и обещала, переехала после Нового года.
Глава 31
До первого суда оставалось два дня.
Больше встреч с Олегом не было. Но, к моей радости, удалось поговорить два раза. Ровно по пять минут.
Боже. Пять несчастных минут, которые сводили с ума тем, что стрелка двигалась слишком быстро.
Я даже ставила на громкую, чтобы он мог поздороваться с Гордеем.
Последний разговор состоялся четыре дня назад. И на вопрос приду ли я на суд, мой ответ был быстрым и твердым.
Мне показалось, что он выдохнул. И я знаю, это не потому, что он думал, будто я отвечу «Нет». потому что он хотел меня видеть не меньше, чем я его.
Вернувшись с прогулки, с сыном, я закрыла дверь и раздела нас обоих.
Его щечки зарумянились и стали красными, но он выглядел таким счастливым, пока не стал плакать оттого, что я снимала с него атрибуты зимнего ассортимента. То ли хотел снова гулять, то ли оттого, что это не удавалось быстро сделать. Все эти кнопки, завязки.
– Ну что ты, сынуль. Сейчас избавимся от всего и пойдем поедим.
Сейчас у нас непростое время. Зубы.
Он довольно спокойно это переносит, но момент «за секунду до…» плачет и сует кулачки в рот.
Прошла на кухню и вытащила из холодильника прорезыватель, чтобы он немного его погрыз. Это тот самый, что дарил Олег. А в холодильнике, потому что часто мазать гелем нельзя. Вот и охлаждаю. Усаживаю его в стул, и он затихает, активно двигая челюстями.
В дверь внезапно звонят и я без понятия кто там, может быть, ступаю. Заглянув в глазок, у меня замерло сердце.
Быстрей открываю и сталкиваюсь с сыном Олега.
– Здравствуйте.
– Привет.
Мой голос тихий и шокированный. Я даже не могу сдвинуться, чтобы он прошел внутрь.
– Я Сергей.
– Да. То есть… Я знаю и… Прости, – отмираю и, прикусив язык, открываю шире дверь. – Проходи, пожалуйста.
Когда парень оказывается внутри и начинает раздеваться, я прикрываю дверь и жду его.
– Я Саша.
– Я знаю.
Его голос не был резким. И вообще, был приятным. А еще он был высоким, что казалось рядом со мной не четырнадцатилетний мальчик, а взрослый парень.
– Пройдешь? Я хотела как раз заварить чай. Только что с прогулки.
– Спасибо.
Мы прошли на кухню, и Сергей замер, глядя на моего сына.
– Это Гордей, – представила его и, мальчик прошел дальше наконец, сев рядом.
– Привет.
Сын сел ровно, потому что только заметил его. Увлеченно разгрызая свою игрушку. А потом стал ею бить по столику своему.
На лице Сергея блеснула краткая улыбка и спряталась далеко, словно и не было, но я ее поймать успела.
– Я сейчас.
Он ушел, и я осталась смотреть ему вслед, не понимая, что чувствую. Потому что не знала, для чего он пришел. Обвинять?
Может, стоит заговорить первой и сказать, что мне жаль? Что я не хотела?
Что же мне делать?
Паника затопила меня, и я случайно обожгла пальцы, пролив на них кипяток.
Зашипев от внезапной боли, я сунула руку под холодную струю воды и услышала, что позади появился Сергей.
– Вы обожглись?
– Ага. Сейчас все пройдет, – обернулась на него. – И, может, нам лучше на «ты»?
Хотела улыбнуться, но увидела, что он нахмурился.
– Папа может не одобрить.
– Ну, я сама тебя прошу об этом, так что не думаю, что он будет против.
– Ладно. А я могу…?
В его глазах застыл вопрос и когда он поднял руку, я увидела в ней резиновую машинку в упаковке для моего сына.