Муж в наказание-2. Свобода любой ценой (СИ)

— Карменсита, дорогая моя пышка, — Эмир раскачивает тучную женщину из стороны в сторону, крепко сжимая её в руках. — Я как предчувствовал, что ты уже здесь!
— А где же мне ещё быть? — хмурит она свои густые брови. — Карты никогда меня ещё не подводили! Я знала, что на сей раз ты точно явишься!
— Как же мы давно не виделись с тобой!
— Больше года уже, — говорит она, обиженно надувая накрашенные морщинистые губы.
— Кармен порядка четырех лет была моей бессменной домоправительницей, — радостно он обращается ко мне, с теплотой глядя на "пышку".
— И единственной женщиной, вхожей в твой дом и в твое черствое почерневшее сердце! — нарочито строго выставляет она на него указательный палец. — Без меня этот неугомонный мучачо сдох бы давно! Уж поверьте мне, Диана.
— Это уж точно.
Больно уж ревностно я реагирую на эту сцену воссоединения, но, с другой стороны, мне приятно наблюдать за живыми эмоциями, которые трудно было бы сыграть. Довольно редко я вижу Эмира таким жизнерадостным и сияющим.
Думая, что Эмир обожал Марию Элмас, я ошибалась. Карменсита — вот та самая женщина, которую он по-настоящему боготворит.
Напрасно я думала, что здесь мы будем жить втроём. Похоже, мне ещё придётся побороться за внимание Эмира, — вслух смеюсь я своим дурацким умозаключениям.
Словно прочитав мои мысли, Эмир загребает меня к себе, выводит с террасы и нежно нашептывает на ухо.
— Отомри уже. Эта женщина мне как мать. Ты сама будешь без ума от Кармен и от её умопомрачительной выпечки.
— Вне всяких сомнений, — нервно прыскаю со смеху, провожая спину быстро удаляющейся Кармен.
— Только будь аккуратней, когда она предложит тебе разложить карты Таро, — предостерегает Эмир, а в глазах его мольба, что наводит на подозрения. — Не нужно тебе увлекаться оккультизмом, даже если Кармен будет настаивать. Договорились?
— Л-ладно, — буркнув, я вся покрываюсь иголками.
Всё-таки предчувствие меня не обмануло насчёт этой женщины.
— Ой, а это что за чудо такое? — слышу я тягучий голосок Кармен, уже доносящийся из детской, и тут же порываюсь внутрь, вижу как она склонилась над кроваткой. — Эмир, неужто свершилось? Неужели я буду ещё и нянькой?
Язык так и чесался ляпнуть: а что, карты вам разве не подсказали, что Эмир за какой-то год стал многодетным отцом? 
Я сумела удержать язык за зубами, но только из уважения к Эмиру и почтенному возрасту Кармен. Он любит эту женщину, как можно любить родную мать, но это вовсе не означает, что и мне нужно проникнуться к ней тёплыми чувствами.
Посмотрим, как дальше дела обстоят, а пока останусь при своём мнении: я до трясучки побаиваюсь эту гадалку, чур меня...
И на метр не подпущу её к своему сыну.
— Да, дорогая. Но только если ты не будешь против. На твоих хрупких плечах и так весь дом будет лежать. Мне не хотелось бы перетруждать тебя.
Я против! Разве на эту тему не нужно было посоветоваться со мной? — кричит моё нутро.
— Сынок, что ты такое говоришь? Как я могу быть против? Своих детей бог не дал, так хоть ваших понянчу! А я всё думала-гадала, какого чёрта здесь делает детская? Так теперь понятно, — сияет она как натертый пятачок, аж глаза слепит. — Эмир стал совсем большим мальчиком и обзавелся семьей! Боже, какое счастье!
Не нравится мне, что она обращается с ним как с маленьким, да и Эмиру, судя по всему, неловко от такого сюсюканья, но он мужественно терпит, скорее всего, тоже из уважения.
— Так и когда я смогу приступить уже к своим обязанностям? — жадно она смотрит на Марка, потирая свои ладони, словно желает полакомиться моим сыном.
Ох, ну и разыгралась же моя фантазия...
Эмир находит меня глазами. Пока Кармен меня не видит, я активно мотаю головой из стороны в сторону и беззвучно кричу ему: НЕТ! Всем своим видом я показываю ему, что пока не готова доверять своего ребёнка женщине с ведьмовскими наклонностями. К великому счастью, Эмир понимает меня с полувзгляда.
— Знаешь, а давай ты лучше приготовишь нам ужин?! Мы с Дианой сегодня ждём кое-кого. Как-никак у нас новоселье.
 
— С превеликим удовольствием накормлю вас! — радостно хлопает она в ладоши, выражая полную боевую готовность. Кармен направляется к выходу, равняется со мной и до руки дотрагивается. — Не передать словами, как я рада видеть Эмира счастливым. Если он полон счастья, счастлива и я. Добро пожаловать в нашу семью, сеньорита Диана.
— С-спасибо, Кар-р-мен, — удаётся мне вымолвить прежде, чем она выходит из комнаты, существенно снизив мое душевное напряжение.
Эмир мягкой поступью обходит меня, становится за моей спиной. Он принимается массировать мои плечи, словно знал, что мне это сейчас просто необходимо. Я откидываю голову ему на плечо, обмякаю, моментально вычеркнув из памяти последние пять минут.
— Набрать тебе ванну? — говорит он, обдавая шею своим дыханием. — Тебе нужно расслабиться.
— Нет, я в норме, — отвечаю уже заплетающимся языком.
— Не лги мне. Я же чувствую, что с тобой что-то не так. Даже находясь в нашем доме, тебе приходится принимать защитную стойку.
— Просто я переживаю за Марка. Он ведь совсем ещё кроха.
— Ангел мой, здесь нет врагов. Нет здесь тех людей, кто мог бы желать нам зла. В этом доме все свои. Да, немного со странностями, но ты привыкнешь к ним со временем. В конце концов, покажи мне того, в ком странностей нет. В нашем окружении таких людей просто не существует. Диана, мы с тобой ведь тоже немного чокнутые. Прошлое оставило свой отпечаток, сделав нас чудаками. Это своего рода защитная маска, без которой нам было бы гораздо сложней проходить через весь этот путь.
— Наверное, ты прав. Мне нужно время, чтобы свыкнуться. Как оказалось, к хорошему не сразу привыкаешь. Особенно если учесть, что на хорошее уже и не рассчитывал.
— Кстати, о хорошем: тебе ванну с лавандой, с эфирными маслами или просто пены будет достаточно, м? — игриво уходит он от темы и оставляет щекочущий поцелуй под мочкой уха.
— А можно со всем сразу? — едва ли не стону я от предвкушения, чувствуя как коленки слабеют. — Гулять так гулять!
— Конечно. Тебе можно всё и даже больше.
— А ты чем займёшься?
— Багаж разберу, да спущусь в гараж, проверю что за сюрприз подготовил для нас Гарнер.
Точно. Ещё ведь Гарнер придёт к нам на ужин.
Набрав мне ванну, Эмир оставляет меня наедине со своими мыслями. В пору было бы поразмышлять над словами Эмира и о его выдвинутой теории сумасшествия, но мне совершенно не хочется засорять свою голову глупыми предрассудками, в отличии от теории материнства.
Эмир ни на шаг не подпустил бы к себе Кармен, будь она непроверенным человеком. К себе не подпустил бы, а уж к своему сыну и подавно. Я излишне накручиваю себя, пытаясь стать идеальной матерью для Марка. Я боюсь, что он полюбит эту женщину так же, как когда-то полюбил Эмир, если та будет уделять ему слишком много времени. Стоит только представить это, как во мне просыпается необоснованная ревность.
Возможно, я из той категории мамочек, которые с самого рождения душат своих сыновей гиперопекой, навязывают им свою любовь, напрочь забывая, что они растят мужчину, а не мальчика. С этим нужно что-то решать. Необходимо срочно пересмотреть свои принципы, ведь материнство — это не профессия, не должность, на которую меня наняли, и уж точно не сражение за титул "мать Вселенной". Мать — это призвание, которое никто и никогда не сможет лишить меня.
Если Карменсита желает отнять у меня всю работу по дому, а вдобавок ко всему прочему стать ещё и нянькой — она будет ею. В таком случае у меня появится достаточно времени, чтобы определиться с выбором своей дальнейшей профессии.
Чем-то же мне нужно будет себя занимать, когда Марк немного подрастет. Ну не могу же я сутками напролёт торчать дома без дела? Хватит с меня заточений. Осталось выяснить, как Эмир отнесется к моему желанию реализовать себя не только как мать и женщина, но и как личность.