Развод. Уходи навсегда (СИ)

Похоже, Ярослав совсем недавно сюда переехал.
У окна одной из гулко пустующих комнат я остановилась и залюбовалась видом. Двор, залитый заходящим солнцем и девчушка лет шести в ярко-жёлтом плащике, прыгающая на одной ножке по нарисованным на асфальте классикам.
– Ты похожа на любопытную кошку, осматривающую новые апартаменты – посмеиваясь, сказал Ярослав, подавая мне чашку кофе с молоком.
– Недавно сюда переехал? – улыбнулась, забирая свой напиток.
– Да, я купил эту квартиру для нас, недалеко от Данилкиной будущей школы, – ответил Яр.
– Так уверен, что он в неё поступит?
– Даже не представляешь, как я уверен! Он талантливый мальчик и отличный пацан! Без сомнений. – Сто лет мечтал сделать это! – он встал позади меня и, запустив ладони в мои волосы, чуть помассировал кожу головы, пропускал пряди сквозь пальцы.
Затем обнял со спины и, положив свою голову мне на макушку, проговорил:
– Ну, что, поехали?
– Куда?
– В ЗАГС, конечно!
– Разве он ещё работает?
– Успеваем! До шести уложимся!
– Так торопишься?
– Да. Так надёжнее, – усмехнулся Ярослав.
– Давай сегодня не будем торопиться? Данилка один дома. Нужно возвращаться в реальный мир. – я потёрлась макушкой о плечо моего любимого и прикрыла на секунду глаза.
Хорошо!
– Я так испугался, когда узнал, что ты села к нему в машину! – тихо проговорил Яр.
– Да, это я сглупила. Сама не понимаю, зачем? Как-то… Он прикрикнул, и я на автомате послушалась… Чтобы ему было удобнее? Я ненавижу это чувство в себе! От этого так остро отреагировала, когда услышала твой крик.
– Я понял. Но я не то… Я постараюсь не повышать голос.
Автомобиль Ярослава мы обнаружили брошенным чуть ли не посреди дороги в переулке рядом с домом. Дружно улыбнулись, вспоминая, как торопились вдвоём и поехали мимо Успенской церкви по Казачьему переулку до Ордынки. Промелькнула мимо классическая московская усадьба, притаившись среди деревьев, ещё намного, и мы на Пятницкой, огибая имперский монументальный дом. Ещё несколько минут, и мы у неказистого подъезда, затерявшегося среди подобных, в Озерковском переулке. Я любовалась Ярославом, легко и уверенно управляющим автомобилем и, посмеиваясь, не возмущалась.
Хочется человеку именно сейчас подать документы, так пусть. Если для него важно сегодня, пусть так и будет.
Мы успели. Под чуть удивлённые взгляды сотрудниц Ярослав влетел в кабинет, как целеустремлённый Винни Пух, держа меня, словно Пятачка, крепко за руку, и решительно велел принять у нас бумаги…
– А ты в курсе, что можно было подать заявление через ГосУслуги или на сайте Загса? – спросила я, улыбаясь, довольного и расслабленного Ярослава, перед тем как сесть в автомобиль.
– Женщина! Я женюсь в первый раз и страшно волнуюсь! – счастливо рассмеялся Яр и, схватив меня в охапку, крутанул вокруг себя.
На следующий день я прямо с утра позвонила Аркадию Владимировичу.
К моему счастью, все документы на раздел имущества Владислав успел подписать! Теперь, если он не подаст заявление, чтобы оспаривать договорённости, наше дело завершено.
Всё!
Больше меня не связывает с бывшим мужем почти ничего!
Я свободна!
Аркадий Владимирович попросил о встрече, чтобы подробно всё рассказать. Но в общих чертах, как и предполагалось, за мной числилась квартира на Новокузнецкой полностью, часть акций, половина бизнеса и денежная компенсация за дачу, за помещения, что Влад скупал для каких-то целей и ещё за много всякого, я не очень слушала. Зачем мне?
Больше не хочу ничего знать о делах бывшего!
На работе после вчерашнего форс-мажора мне было некогда голову поднять, не то что обсудить что-либо. Но сообщить Игнатьеву о грядущем родстве, наверное, стоит.
В обед я заглянула в кабинет к начальству.
– Вероника! Я так рад! – Игорь Александрович при моём появлении встал из-за стола и, шагнув навстречу, по-отечески обнял. – Добро пожаловать в семью! Ждём вас в эти выходные у себя! Сонечка готовится вовсю ещё со вчерашнего вечера, поэтому отказа не принимаем!
Немного ошарашенная его радушием я, соглашаясь сразу на всё, отползла на улицу и позвонила Маринке с известием, что я теперь невеста, а она моя подружка-свидетельница.
 
Маришка визжала так, что было слышно прохожим, спешащим мимо Девичьего сквера.
В общем, вечером мы с Ярославом и Данечкой были в гостях у подруги. Муж Маришки под комментарии Яра проигрывал в шахматы Данилке, а мы с подругой задержались на кухне.
– Ну как? – раздираемая любопытством спросила Марина.
– Не скажу! – улыбнулась я и, видя непонимание, наползающее на лицо подруги, объяснила, – счастье любит тишину. Я не хочу ни с кем делиться. Извини. Слишком личное.
– А со Славиком ты мне всё рассказывала – немного удивлённо и чуть обиженно проговорила подруга, и добавила, подумав, – но я понимаю тебя.
– А, кстати, я слышал, что Ирина Андреевна укатила в Израиль искать счастья. С новым мужиком. И там застряла. А дом, заработанный на благополучии Владислава и его семьи, недавно сгорел при пожаре. И говорят, что она не успела его застраховать, так торопилась свалить из страны. Или пожадничала, – сказал Валентин, входя на кухню, и, взяв нас с Маришкой под руки, продолжил. – За стол, девочки! Ника! Твой сын обыграл меня! Требую сатисфакции!
  
Пятьдесят четвертая глава
 
Мама с Валерием Сергеевичем вернулись из санатория помолодевшие и отдохнувшие. И окрылённые тысячью и одной идеей, как им реорганизовать свою жизнь и обустроить их гостиничку.
Вот неугомонные!
Они хотят организовать детскую зону и зону барбекю. И обязательно в обозримом будущем сделать так, чтобы завтраки были включены в стоимость номера. В общем, планов – громадьё! И воплощать их нужно незамедлительно!
Валерий Сергеевич собирался в Анапу прямо немедленно. Там Катерина чудит. Закрутила роман с постояльцем и подняла цену. И заодно, выгнала свою подружку-помощницу. Толком ничего не объясняет по телефону, и поэтому нужно торопиться. Эта балбеска способна на многие глупости.
Мама, как обычно, полностью поддерживала своего мужа и готова была ринуться в бой вместе с ним. Но я упросила её всё-таки помочь мне с Данилкой. Хотя бы до конца учебного года. И конечно же, помочь подготовиться к свадьбе.
Итак, проговорив практически полночи и взяв клятвенное обещание с Валерия Сергеевича нанять маме нормальную помощницу, а в сезон ещё и повара, мы разошлись по кроватям. Чтобы в половине одиннадцатого усадить мужа мамы в вагон.
Мы с мамочкой стояли на перроне Казанского вокзала, и махали вслед уходящему поезду, а я вспоминала, как нежно расставались только что мои родные. Как держал этот суровый и сдержанный мужик мою маму за руку, внимательно молча вглядываясь в её глаза. Как она аккуратно и как-то трогательно поправляла ему другой рукой воротник сорочки и что-то тихо говорила, поглаживая плечо. А старый вояка хмурился и глядел на неё так, что я отвернулась, будто застала что-то очень личное.
Зачем я лезу в их отношения? Ведь не имею права же…
Я вздохнула, отводя взгляд. И, улыбнувшись, решила для себя: я просто не могла иначе.
Может быть, я влезла так бесцеремонно, чтобы напомнить им о важном? Чтобы они не забывали за суетой дней, зачем живут вместе.
Поживём – увидим.
Мне звонила бывшая свекровь с жалобами и с просьбой не бросать её Владика. И помочь ей в его реабилитации. Владислава определили в какую-то клинику и ему нужны положительные эмоции. Поэтому, по мнению Ираиды Александровны, я должна помочь!
Я не поняла? У них там идиотия передаётся воздушно-капельным путём? Как ветрянка?
Ма взялась за моё хозяйство с полной отдачей. Обязательные завтраки и ежедневно разнообразные супы, режим для Даники и для меня отбой не позднее половины одиннадцатого.
Так что я несколько раз оставалась у Ярослава. Мы обживали понемногу его квартиру. Очень понемногу. Купили один диван в гостиную.