Антология советского детектива-37. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

- Это неправда! - выкрикнул кто-то из окружения Шестопала. 
- Я отвечаю за свои слова, что и вам советую, - сердито парировал Олег. 
Он покосился на Закалюка и ему показалось, что тот доволен таким поворотом обсуждения. А вот Шестопал был уже багровым - то, о чем говорил Олег, он не мог опровергнуть, и это бесило заместителя генерального. И Олег не стал щадить его. 
- А на улицу людей выбрасывают те руководители, которые мыслят по принципу: чем хуже, тем лучше, если это вообще можно назвать мышлением. 
- Кого вы имеете в виду? - снова вскочила с места Мирослава, обжигая вице-президента компании негодующим взглядом. 
- Очевидно меня, - усмехнулся Закалюк. 
- Не берите на себя лишнее, Леонид Максимович, - сам не зная почему, возразил Олег. - Работников филиала уволили в ваше отсутствие при активном участии отдела кадров объединения. Так я понял из выступлений местной прессы. 
Он обращался к Закалюку, но боковым зрением не выпускал из виду Мирославу. При упоминании о местной прессе девушка вспыхнула, порываясь что-то сказать, но, видимо, не нашла нужных слов. Ей на выручку поспешил Шестопал. 
- Реконструкцию филиала затеял бывший генеральный директор Матвеев, что и повлекло увольнения, - поднявшись с места и подкрепляя свои слова рубящими взмахами руки, нарочито громко забасил он. - Матвеев пошел на поводу у компании и, в угоду вам, пытался ускорить события. Он знал, что не останется генеральным и уже готовил себе теплое местечко в торгашеской структуре, подобно вашей. 
- Андрей Федотович, вы не о том говорите! - попытался урезонить его Закалюк. 
Но Шестопала уже нельзя было остановить. 
- Я говорю о том, что думает большинство присутствующих. Матвеев напортачил с перепрофилированием потому, что хотел угодить и нашим, и вашим. Хуже того, во имя своих личных интересов, он еще в прошлом году ввел в заблуждение главк и отказался от госзаказа. 
- Вы плохо информированы, Андрей Федотович, - счел нужным вмешаться Олег. - Госзаказ на "оборонку" был уменьшен объединению по инициативе вашего Главка. Иначе мы не стали бы вступать с вами в договорные отношения, тратиться на проектные, подготовительные работы. А нынче вам вообще отказано в госзаказе. Леонид Максимович, так решился вопрос в Киеве? 
Олег повернулся к сидящему рядом Закалюку. Тот неопределенно улыбнулся, а затем развел руками. 
- Не совсем так. Окончательное решение еще не принято. 
- В таком случае мы напрасно теряем время! - вспылил Олег. 
Он захлопнул папку, решительно поднялся, сделал знак своим помощниками и вместе с ними покинул загудевший, как растревоженный улей, зал. 
В приемную генерального зашел только за тем, чтобы взять свой "кейс" и плащ Елены Аполлинарьевны. Заодно позвонил администратору гостиничного ресторана, заказал обед на три персоны. 
У заводской проходной его догнал Роман. 
- Олег Николаевич, можно вас на минутку? - Отведя его в сторону, Роман добавил полушепотом: - Леонид просит тебя вернуться. Ему неприятно, что так получилось. 
- Да пошел он...! - взорвался Олег. Но тут же осекся, услышав за спиной чье-то предостерегающее похмыкивание. Оглянулся и, к немалому удивлению, встретился взглядом с остановившейся неподалеку Мирославой. Девушка укоризненно покачала головой, но глаза ее смотрели нестрого. Олегу даже показалось, что в них мелькнули веселые светлячки. Изменил тон на более сдержанный, но сказал твердо: 
- Мы проголодались и едем обедать. Потом я займусь личными делами, есть у меня такие дела в этом городе. Но к шести часам буду у себя в гостиничном номере, где имеется телефон, на звонки которого я, как правило, отвечаю. 
Он говорил это Роману, но краем глаза не выпускал из вида Мирославу, которая делала вид, что ищет что-то в своей сумочке, хотя, несомненно, прислушивалась к их разговору. Поймал себя на том, что все сказанное предназначается и ей, быть может, в первую очередь - ей... 
За обедом обсуждали начавшиеся переговоры и события в конференц-зале. Олег высказал мнение, что Закалюк ведет тройную игру: лавируя между "оборонцами" и "конверсаторами", он одновременно подыгрывает какой-то коммерческой структуре, скорее всего матвеевскому "Атланту". Но при этом не хочет окончательно порывать с компанией. Винницкий согласился с ним, добавив, что закулисная возня идет, в основном, вокруг филиала, и деньги за оборудование, судя по всему, перечислил Матвеев со своих валютных счетов. 
 
Елена Аполлинарьевна предложила использовать требования о санкциях и возмещении убытков как рычаг давления на обязательства по Октябрьскому комплексу. Но это было сказано как бы между прочим, а в основном она расточала комплименты Олегу, назвала его маневр с рекламным фильмом гениальным, а последующую затем стихийную пресс-конференцию победной. Хотя тут же заметила, что в финале Олег Николаевич погорячился - не следовало хлопать дверьми, поскольку Закалюк уже склонялся к компромиссу и надо было не упускать момент. 
Винницкий возразил, что момент не упущен, но Олег Николаевич не должен переоценивать свой маневр с фильмом: его просмотр и последующее обсуждение стало возможным только потому, что это было на руку Закалюку. 
- Закалюка сейчас больше беспокоят выборы в парламент по Октябрьскому округу, где зарегистрирована его кандидатура, чем проблема комплекса. И в этом смысле вы, Олег Николаевич, помогли ему. 
- Чем? - удивился Олег. 
- Ваша убежденность произвела благоприятное впечатление на аудиторию, а ваш имидж привлек к вам симпатии заводской интеллигенции, афганцев, зеленых и женсовета. 
- Но почему женсовета? 
- Это вам лучше объяснит Елена Аполлинарьевна, - улыбнулся Винницкий. - А вот Шестопал, по своей природной глупости, распустил слух, что вы с Закалюком родственники и закадычные друзья. Кстати, это правда? 
- В какой-то мере. Но какая корысть от этого Закалюку? 
- Сразу видно, что вы не политик. Скажи мне, кто твой друг - и я скажу, кто ты. 
После обеда Елена Аполлинарьевна попросила Олега помочь ей обосновать убытки компании в связи со срывом сроков реконструкции, а когда Винницкий дипломатично отошел к газетному киоску, добавила игриво: 
- Заодно объясню, чем вы привлекли симпатии женсовета. 
Олег почувствовал, что краснеет - вот плоды романа с сотрудницей! Сказал, что собирается на кладбище навестить могилы родственников, другого времени не будет. Елена Аполлинарьевна смутилась, но от своего не отступила. 
- Тогда вечером. 
Она многообещающе улыбнулась и направилась к лифту. Олег хмуро посмотрел ей в след, а подошедшему Винницкому сказал: 
- Марк Абрамович, думаю, Елена Аполлинарьевна больше не понадобится нам. У нее с сегодняшнего дня горит санаторная путевка. Помогите ей приобрести билет на самолет. 
- Правильное решение, - одобрил Винницкий. - Я все устрою, не беспокойтесь. 
Олег сказал, что поедет на кладбище, вернется часа через два. Винницкий вышел с ним на улицу. 
- К нашему разговору о тяжелом металле, - казалось бы ни с того ни с сего, заговорил он о том, к чему сам же советовал не возвращаться. Рискну подбросить одну мысль, не претендуя на авторство, мне ее подсказали. 
- Кто? 
- Этот человек не тщеславен, и просил не называть его. Замечу только, что он много лет проработал прорабом в третьем цехе. Мысль заключается в том, что этого металла, в названном вами количестве, хватило бы цеху на пятилетку. Это при условии не снижения объема выпуска промышленных термоизмерителей. А в таком количестве эти приборы не требовались. 
 
- Что из этого следует? 
- Интересующий вас металл был завезен на завод не для производственных нужд, но списан на эти самые нужды. И не только на заводе, но и там, откуда его привезли. Это я к тому, что инициатива заводчан исключается. Не их это возможности, не их масштаб. 
- Но как можно было списать такое количество металла за сравнительно короткое время?