Куда ведут все карты (СИ)
— Ну как, — пожал плечами Макс, — новый шанс найти какую-то древнюю ерунду. Разве не лучше написания отчётности для университета?
— Я не панировала умирать в двадцать лет из-за работы на государство.
— Сейчас должно быть лучше. По крайней мере мы больше не соревнуемся с бандитьём, кто быстрее доберётся до цели.
Лиз с сомнением посмотрела на него и, развернув шуршащий фантик, откусила конфету. Шоколад отпечатался у неё на губах, и она медленно слизнула его, сверля внимательно наблюдающего за ней Макса взглядом.
— А ты купишь мне кофе?
— Юбку не переодевай — куплю.
— Договорились.
И довольная собой Лиз уже совсем не флиртующе забросила остаток конфеты в рот.
Агата их провожала со странной смесью восторга и недоумения. Она отдала Лиз сумочку в тон юбке: кто знает, куда их вообще занесёт после посещения госколлегии, и в голове её, конечно, все варианты были очень романтичные, но сами Лиз и Макс знали, что до романтичного будет далеко.
— Ты знаешь, куда Уильям заведёт нас в этот раз? — спросила Лиз.
— Без понятия, — мотнул головой Макс. — Он со мной так-то не делится. Сказал только привезти тебя. Почему ты вообще согласилась?
— Потому что ты попросил, — пожала плечами она. — Я должна тебе по крайней мере за то, что пошёл со мной в Твин Шливе. С ногой всё в порядке? — Макс кивнул. — Хорошо. А Уильяму я всегда успею отказать в лицо.
Она самоуверенно мотнула головой, вскидывая волосы, и Макс с улыбкой покачал головой.
— Когда закончим со всем, мы обязательно сходим на нормальное свидание, Лиззи.
— Ловлю тебя на слове.
Она довольно откинулась на пассажирском сиденье.
В коллегию Лиз явилась с картонным стаканчиком кофе в руках и на каждый косой взгляд салютовала им. Если её не запомнили за первые два визита, то за этот уже точно должны! Может, говорила она Максу, её даже внесут за это в чёрный список, тогда Уильям больше не сможет звать её сюда. Макс только смеялся: в конце концов её адрес был ему известен, так что он бы пережил. Да и Уильям наверняка тоже.
Тот, когда они вошли в кабинет, стоял у повешенной на стену карты Эмеральдских островов с картой поменьше в руках и внимательно изучал местность, сравнивая то, что было нарисовано древними чернилами, с цветным вариантом. Лиз подбежала к нему и любопытно заглянула через плечо.
— О, вау! Ещё одна карта!
— Да, — сухо сказал Уильям, снова отмечая на ней блокирующий его «чтение» амулет, — из той трубки.
Лиз заинтересованно закивала.
— Вы уже знаете, что это за место, господин инспектор? — спросила она, оглядывая удивительно чёткий графический рисунок возвышающихся над будто живыми волнами каменных обрывов. В центре одного чернела пещера, а потом хитрым образом, прямо в горе, будто та была прозрачной, рисовали маршрут, лежащий через озёра в то, что казалось тупиком. — Или вам опять нужна моя помощь?
— Знаю. Как раз на него смотрю. С тех времён, когда карта была нарисована, там почти ничего не изменилось. Это фьорды на крайнем юге. Я там был несколько месяцев назад, с них в бинокль видно берега Присала. Всё, что нас ожидает, поля да море.
— И зачем же тогда я? Карта понятная, местность известная…
— Я думаю, что этот тупик, — Уильям ткнул пальцам в карту, — не тупик, и там может понадобиться твоё умение решать такие головоломки быстро и на месте.
Лиз прижала ладонь к груди, опуская челюсть так низко, будто хотела подбородком коснуться груди.
— Вот это честь! — протянула она. — А почему я, а не какой-нибудь умный непроблемный дядечка из универа?
Уильям цыкнул.
— Потому что дядечке нужно объяснять, дядечку нужно мотивировать, а у тебя рвения полно и так, контекст ты знаешь. И давайте честно, мисс Уэлфри, мне намного выгоднее взять с собой студентку, чем именитого профессора.
Лиз пожала плечами и допила наконец давно остывший кофе.
— А мы управимся до понедельника? Мне вообще-то практику ещё проходить.
Уильям зверем посмотрел на неё и почти рыкнул:
— Управимся!
Она снова подписала для него бумагу, рассказывающую о том, что в случае смерти никто за это ответственности нести не собирается, и вздохнула, что лето — это совсем не пора для красивых юбок. Придётся возвращаться домой и переодеваться, потому что на вечер Уильям собирался брать им билеты на поезд, следующий на юг.
В этот раз они ехали втроём. Уильям — потому что это была его работа, он должен был координировать всё по приказу короля. Лиз — потому что она должна была решить ему загадку, если та будет. Ну и вероятно потому, что ему её было не жалко. Лиз не тешила себя надеждой, что инспектор Айлс испытывал к ней хоть сколько-нибудь тёплые чувства. А Макс ехал, потому что нужно было защищать их обоих и потому что для Лиз он выступал очень неплохим мотиватором. Даже без чтения Уильям понимал, что они неплохо ладят, а с чтением, которое пару раз вскользь использовал на Максе, и вовсе нашёл что-то намного более интересное и глубокое, то, чем можно было удобно играть.
Поездка заняла более двенадцати часов, и время поделилось на Лиз на три периода: в лучшем из них она спала на мягкой широкой койке двухместного купе. В этот раз Уильям не поскупился: теперь не только его одноместное люкс-купе включало завтрак и личный туалет, Лиз с Максом тоже удостоились хорошего купе на двоих с удобствами. В нём можно было слушать радио, смотреть крошечный чёрно-белый телевизор, показывающий только один канал. А можно, забравшись с ногами на койку, укутавшись в плед читать или смотреть в окно на распростёршиеся и скорой рекой утекающие поля. То золотые, то нежно-зелёные, переливающиеся, то темнеющие и покрытые яркой разноцветной россыпью цветов. Посёлки и деревеньки с низкими рыжими крышами виделись далеко на горизонте, провода переплетались в утреннем голубом небе, будто кто-то начертил их простым карандашом, а остановочные пункты вырастали из ниоткуда сначала мрачными заводскими постройками или непонятными ржавыми ограждениями, а потом, минута за минутой, облеплялись яркими вывесками и причудливыми огоньками. Этими видами Лиз любовалась вторую часть поездки.
Третью часть она жаловалась, что они едут слишком долго.
Потому, выскочив из поезда на их конечной остановке, в Кайене, она задрала руки к солнцу.
— О, недвижимая земля!
— Не обольщайся, — хмыкнул Уильям. — Нам ещё ехать к морю.
Лиз скривилась и пошла за ним с Максом.
Благо, поездка к фьордам оказалась не такой долгой, как боялась Лиз, и проходила опять через поля, насквозь. Из раскрытых окон взятого в аренду автомобиля она трогала острую выжженную южным солнцем траву и обрывала мелкие фиолетовые цветки. Запах моря, свежий, солёный, приближался вместе с шелестом волн, разбивающихся о неприступные скалы. Лиз была на Кайенском море, разделяющем Эмерадльские острова и Присал, но на приручённой его части, таком, которое одели в гранит променадов, и где песчаные пляжи ровняли и чистили специальные люди, выходящие ночью с граблями и кидающие косые взгляды на сидящую на песке девочку, мешающую им работать. То море казалось Лиз специально созданным для туристов, даже когда волны бесновались, заливая и пляж, и променад, и уходящий в море мол, у него было многолюдно. Кто-то снимал пенных барашков, кто-то с криками разбегался от тянущихся к ним морских лап, а кто-то, желая сразиться со стихией, нырял в её недра, и бог знал, какова была судьба этих смельчаков.
Здесь же Лиз чувствовала нечто иное. Подойдя к обрыву, глядя на то, как море остервенело бьёт камень, она думала о дикости, необузданности, и о том, как это место, должно быть, недружелюбно к чужакам. А они здесь — чужаки.
— Тут вообще есть спуск? — спросил Макс, глядя с обрыва вниз.
— Есть. Там.
Уильям указал на место в нескольких метрах от них. Его едва было видно за высокой травой, но если присмотреться, то можно было заметить спускающиеся по каменной «стене» скалы узкие ступени. И вели они в чёрный зев скалы. Лиз вытаращила на них глаза, снова взглянула вниз и поняла, что в этот раз расписка о том, что в их смерти никто не будет виноват, тоже была совсем не лишней! На рисунке-то фьорды выглядели высотой ну с двухэтажный дом. Подумаешь! Лиз в детстве, сбегая из дома, и на водонапорных башнях сидела, а они повыше будут. Что уж говорить о том, сколько раз за последние два года она забиралась на крышу дома Агаты, чтобы посмотреть на звездопад, или рассветы, или закаты…