Крест и крыло

Мечислав перехватил тонкие руки с алыми ногтями в сантиметре от своего лица.
– Успокойся. Не то закую в цепи.
Но все было бесполезно.
Хорошо хоть тревожную кнопку можно было нажать и ногой. А когда влетят охранники во главе с Вадимом – передать им извивающуюся от ярости вампиршу.
– Эту – в цепи, пока не остынет. Она пыталась меня убить.
Елизавета разразилась потоком ругательств, но Вадиму было все равно.
В цепи?
Да хоть в кандалы! И заклепать наглухо!
Покушение на шефа и друга он никому спускать не собирался.
* * *
До утра мы разговаривали. Подозреваю, что в таком шоке Палач не был уже лет триста. Зато уж теперь…
Сначала мне пришлось рассказать, кто такой Шарль и откуда он взялся.
Рассказала. Пусть и с тремя перерывами.
Потом про то, как выручала его у Альфонсо да Силва.
С двумя перерывами.
И про состояние Шарля.
Вот тут Палач впал в бешенство. Одна мысль, что кто-то из его… детей? Созданий? Посмел так поступить с ДРАКОНОМ…
Короче, повезло Альфонсо да Силва. Раньше сдох. Будь он сейчас жив…
Мне пришлось минут двадцать успокаивать вампира, только чтобы продолжить рассказ. Причем взбесило его еще и то, что он НЕ ЗНАЛ!!!
– Слушай, ну ты же ужас и убийца вампиров, каратель, а не информационный центр!
– Девочка, а сколько бы я пробыл ужасом, не умея работать с информацией?!
– Недельки две?
– Меньше. А тут… Столетия!!! И хоть бы одна скотина!..
– А кто знал, что Шарль – дракон. Кроме Альфонсо?
Палач задумался. Почесал нос. И как-то растерянно развел руками.
– Может, и никто. Вампиры знают о драконах, но я считал, что я – последний.
– Угу, размечтался…
– Юля, драконы не могут постоянно находиться в человеческой форме. Физически. Нам надо принимать свой нормальный облик и довольно часто. Летать, танцевать среди грозы… Это я искалечен. Но нормальные драконы не способны прятаться. И хитрости даются им с большим трудом.
Я вспомнила Шарля и кивнула. Максимум, чему смог научиться дракоша – это молчать. В ответ на всё. Что бы ни происходило рядом.
– Так что, если бы были живые драконы – я бы знал.
– А что могло с ними случиться?
– Смерть, – пожал плечами Палач. – Люди безжалостны.
– Вот уж точно. А вампиры – квинтэссенция всего сволочного в людях.
– Не преувеличивай.
– Я еще преуменьшаю. Сколько вампиров знает о тебе?
– Четверо, – вздохнул Нед. Да, конечно, Нидхегг, но Нед звучало как-то спокойнее.
– Альфонсо знал, что ты дракон?
– Нет.
– А какова вероятность, что Альфонсо поделился информацией о своем ручном драконе с кем-нибудь из знающих?
– Нулевая. Члены Совета живут между собой, как кошка с собакой.
Я тряхнула головой.
– Не сомневаюсь. И уверена – животные приличнее. Уж добрее точно. Я не удивлена, что эта информация прошла мимо тебя. Альфонсо тоже был не лыком шит. А Шарль… он был почти безумен.
– А сейчас?
– Сейчас ему легче. И проклятие я с него снимаю…
Я запнулась, когда в меня уперся горящий взгляд палача.
– Снимаешь… проклятие?!
Видимо, снадобье действовало не только сзади, но и спереди. На мозги. Потому что дошло до меня, как до утки. На третьи сутки.
– Да. А…
– Как ты думаешь, если поработать с моим проклятием?
Потом я сто раз обзывала себя дурой. Но язык без участия мозга ляпнул:
– А умирать кто будет?
Палач странно фыркнул. Закатил глаза, словно сомневаясь в моей адекватности. И предложил:
– Хочешь, я подарю тебе Елизавету для этой цели?
Я подумала.
– Хочу.
Елизавету я терпеть не могла. И было за что. Если бы не она, Даниэль до сих пор был бы со мной. Или мне стоит поблагодарить вампиршу?
Если бы не она, что могло бы случиться?
– Мечислав не потерпел бы соперника. Рано или поздно он избавился бы от Даниэля.
Я захлопала глазами. Нед рассмеялся.
– Я знаю о ваших взаимоотношениях. А остальное – о чем ты размышляла, понять тоже несложно. У тебя очень выразительное лицо.
– Все равно благодарить эту сучку не за что, – буркнула я.
– Так и быть. Прикончишь ее без благодарности.
 
– Мечислава попрошу. Он не откажет.
– А сама?
Я пожала плечами.
– На моих руках тоже есть кровь. Но это – другое…
– Ты никогда не убивала хладнокровно. Так?
Я кивнула. Всегда – это были либо враги, либо я была в состоянии аффекта, в крайнем случае – мне надо было спасать своих друзей. Хладнокровно, рассудочно и жестоко я не убивала. И уж тем более не убивала ради своей жажды мести.
– Если хочешь – не убивай ее сама. Но рано или поздно тебе придется через это пройти.
– Лучше поздно. Не стоит спешить с некоторыми вещами.
Палач пожал плечами.
– Как пожелаешь. Так что ты можешь сказать о моем проклятии?
Я зачесала волосы назад всей пятерней.
– Не знаю. Надо посмотреть. Разрешишь?
– Конечно разрешу.
– Тогда… о черт!
Очередной приступ скрутил меня, я взвыла и бросилась в кусты, ругаясь нехорошими словами.
Да что ж за зараза такая?!
* * *
Палач в полном шоке смотрел на кусты, за которыми скрылась девушка.
М-да.
Это и называется – дубиной по голове.
Оказывается, он не один в мире. Есть и еще дракон.
Шарль.
А еще… Юля может посмотреть на его проклятие.
Он уже знал, что откроется. Пустит ее посмотреть. Разрешит ей попробовать снять проклятие.
И он сможет опять встать на крыло.
Летать.
Распарывать облака крыльями и кружить в кокетливом танце с ветрами.
Кто не ощущал этого, тому не понять. Но дракон без неба, дракон без крыльев…
Нет!!!
Не надо надеяться на многое!
Довольно уже, что род драконов не угас. А его проклятие… вряд ли Юле такое под силу.
Кусты зашуршали, и Палач принял самую непринужденную позу. Юле не стоит пока знать о его мыслях и чувствах.
Не надо.
Рано.
* * *
Когда я в очередной раз выползла из кустов, Палач возлежал возле костра как турецкий шах. Я даже позавидовала. Надо же так уметь! У меня-то вечно то ветка в бок воткнется, то уголек стрельнет… может, все дело в том, что я живая? Но и Палач вроде как…
– Скажи, а ты живой или мертвый? – не удержалась я.
Палач замотал головой.
– Не понял?
– А что тут непонятного? Шарль явно живой. Мечислав умирал. А ты?
Древний дракон пожал плечами.
– Я не умирал, если ты об этом. Но я изначально был таким. Драконом и вампиром.
Упс.
– А почему? – задала глупый вопрос я.
Палач развел руками.
– Полагаю, порода такая. Почему одни собаки крупные, а другие мелкие? Почему ты брюнетка, а кто-то блондин?
– Вопрос генетики. А твои родители?
– Это не тема для обсуждения.
Палач резко взмахнул рукой, не удержал равновесия и едва не воткнулся ухом в землю. Я покачала головой.
М-да. Умею я довести человека. И не-человека тоже.
– Ладно. Вопрос снимается как политически незрелый. Давай я пока посмотрю на твое проклятие? Пока есть время?
Палач поднялся на ноги.
– А тебе не будет слишком тяжело?
– Не знаю. Надеюсь, что нет. Но если что – будешь отпаивать водой. А ехать я могу и в состоянии бревна.
– Уверена?
– А надо отложить на недельку? – съязвила я.
– Нет. Что надо делать?
– Да ничего. Сесть со мной рядом, – растерялась я. – Можно взяться за руки. И не пытайся откусить мне голову, если будет чуть больно. Хорошо?
Палач сделал два шага и послушно опустился рядом со мной.
Я взяла его за руки – и сделала то, чего боялась.
Внимательно посмотрела в черные глаза – и открылась.
* * *
Я падала.
Падала в непроглядную черноту, без ночи, звезд и дна.
Это был колючий и холодный мрак, пронизывающий каждую клеточку моего тела. Он впивался в меня колючими щупальцами, ввинчивался внутрь, пытался поглотить меня и растворить в себе.