Крест и крыло

* * *
Рокина привели в себя без особой деликатности. Парой оплеух. Тот же Вадим.
– Костик, ты в порядке? Учти, утро не за горами. А мне хочется баиньки. Протянешь – останусь спать здесь рядом с тобой. Или ты этого и добиваешься, праааатииивный?
Рокин едва не засветил нахалу в нос.
– Понятно. Оставаться мне без взаимности, – Вадим утек за спину своего спутника. – Продолжим деловое общение?
Константин Сергеевич потряс головой. Вспомнил последние слова.
– Вы и правда хотите?..
– Почему бы нет? Вы не худшая кандидатура. Не дурак, не фанатик, способны на многое посмотреть по-новому. Мечислав вам знаком, и вы сможете сотрудничать ко всеобщей выгоде.
– Я не позволю вампирам убивать людей.
– Мечислав в городе около года. Сколько у вас убитых за этот время?
Рокин задумался.
– Пожалуй что…
– Ни одного. Мечислав против ненужных убийств. Добровольно обращенные не в счет.
– Как это не в счет?!
– Они сами выбрали свою судьбу. Разве нет? Это как с эвтаназией. Если кто-то желает ее добровольно, вы ведь даете ему выбор?
– Есть законы…
– У вампиров тоже. И весьма строгие. Наше число не слишком велико. Но сейчас мы об этом не будем. Вы в принципе согласны?
– Я считаюсь мертвым.
– Вы в принципе согласны?
– Да.
Вампир вдруг улыбнулся.
– Ну, полдела сделано. Осталось уговорить эмира.
Рокин, отлично зная этот анекдот – улыбнулся.
Если вампиры способны шутить – не настолько уж они и страшные, нет?
* * *
Нед притормозил свой суперджип у небольшого, весьма скромного домика. Управление ИПФ базировалось чуть ли не в сторожке на задворках епархии. Ну что ж. Настало время напомнить святошам, кто тут хозяин. Вампир снял очки – и спокойно толкнул дверь.
Охранник, сидящий за столом, подскочил и воззрился на вампира.
– Простите? Вы к кому?
– К кому надо. Спи.
Голос вампира понизился – и охранник, вдруг закатив глаза, стал оседать на пол. Убивать Нидхегг не хотел.
Не сегодня.
Или хотя бы не сразу.
Вот если его выведут из себя – тогда пусть молятся. Хоть всем кагалом.
Только вряд ли это поможет.
Он прищурился, сканируя и отмечая живых людей в здании. И вдруг улыбнулся.
А вот этот человек был ему знаком.
С давних пор знаком. И можно было ставить рубин против рубля – он точно причастен к похищению Юли.
Что ж. Вы напросились, ребятки…
* * *
Отец Петр сидел за письменным столом, который раньше занимал Рокин, и перебирал бумаги.
Дела не радовали. Мягко говоря. Сначала-то все было хорошо.
В этот городок он прибыл, чтобы скоординировать работу местного отделения ИПФ. Из города шли доклады о сильном экстрасенсе, и этот человек до сих пор не был в рядах ИПФ. Отвратительный подход к проблеме.
Отец Михаил, конечно, слегка колебался, но отец Петр надавил – и дело пошло.
Медленно, со скрипом, но нужный человек был препровожден под дружелюбный надзор матушки Марфы. А дальше – все зависело только от времени. Рано или поздно, так или иначе, не Юля, так ее дети.
Но все пошло наперекосяк.
Сначала исчез Рокин, лежащий в госпитале.
Кому мог понадобиться искалеченный человек – отец Петр даже представить не мог.
Дальше стало еще страшнее.
Пропал священник из института.
Пропал отец Михаил.
Пропала сама Юля.
Монастырь, где она содержалась, просто сгорел.
Единственное, что мог сказать по этому поводу отец Петр – матерное слово из шести букв. Но вряд ли это помогло бы.
Дверь открылась не скрипнув.
– Я же просил не бес…
Слова замерли на губах священника, когда он увидел входящего.
– Н… ни…
– Не надо нервничать, обращайтесь просто – ваше высокопревосходительство.
Вампир очаровательно улыбнулся, показав все клыки разом.
– Доигрались?
Отец Петр вцепился в стол. Так хотя бы руки не дрожали. Правда, была опасность обмочиться…
Черные глаза были ледяными. И страшными. Смертельно страшными… – В-вы…
– Да не заикайся ты. Успокойся. А то сразу пришибу и поищу кого-нибудь поразговорчивее.
 
Это, как ни странно, помогло. Или вампир пустил в ход свою магию? Отец Петр не обольщался. Этот мог всё. И колдовать на святой земле.
– М-мы где-то зат-тронули в-ваши интересы?
Он слегка заикался, но говорить уже мог.
Нидхегг улыбнулся еще клыкастее.
– Лапочка моя, кто ж вам разрешил похищать фамильяра моего князя?
– Н-но…
– Да. Вы не знали. И вообще вы охотитесь на вампиров.
– Д-да…
– Пока вам это позволяют, – голос вампира упал до шепота. – Вы забыли, ЧТО я могу с вами сделать?
– Н-нет…
Лучше бы он орал. Отец Петр вспомнил столкновение с этим конкретным вампиром всего лет двадцать тому назад – и задрожал от ужаса. Тогда… ох, лучше и не вспоминать. Он тогда уцелел лишь чудом. И вряд ли это чудо согласится повториться.
– Или мне специально призвать для вас какую-нибудь нечисть?
– Н-не н-надо…
– Вот и я считаю, что не надо тратить на вас силы и время. Поговорим о моих условиях?
– Чего вы на этот раз хотите?
– Спокойствия. Я собираюсь плотно общаться с Юлией Леоверенской. Знакомо вам такое имя?
– Д-да…
– Вот и отлично. Ни она, ни ее семья для вас более не существуют.
– Д-да. Не существуют.
В комнате словно клубилась чернота. Несмотря на отопление, все пронизывал зыбкий смертный холод. Священник буквально ощущал, как смыкается над ним ледяная черная вода. И он тонет в глазах вампира без надежды на жизнь вечную.
Потому что эта чернота вытягивает саму душу.
Голодная.
Страшная.
Смертельно страшная.
– Н-не…
– Не надо?
Тяжесть чуть схлынула. Нед задумчиво смотрел на священника.
– Значит так. Мои условия просты. Ты сейчас назначаешь Рокина главой вашего отделения в этом городе. И раз и навсегда забываешь про это место. Этот город и эта область вычеркиваются из сферы ваших интересов. Кого назначить сюда следующим – я подскажу. Я со своей стороны обеспечу вам здесь тишину и покой. Не будет ни убийств, ни драк, ни-че-го. Пока вы соблюдаете нейтралитет. Нарушите – приеду с личным визитом. Помните, что было в прошлый раз?
Отец Петр кивнул.
О, он отлично помнил красные стены. И красные комнаты.
Не от краски.
От крови.
– Обещаю, я устрою вам личный прижизненный ад. На несколько десятилетий. А потом убью – и ад станет вечным, – шепот Палача пронизал пространство, обещая вечность боли и ужаса.
И священник не выдержал. По ногам заструилась горячая жидкость.
И тут же Нед встряхнул головой, сделал шаг к окну.
– Рокин будет у вас через несколько часов. И если с ним что-то случится… или с Юлей, или с ее семьей… вы поняли?
– Д-да, – пискнул перепуганный священник.
Но его ответ уже никто не слушал.
Там, где стоял вампир, расплылся клубами черный туман. Поплыл по комнате, на миг обволок икону Казанской Божьей Матери – и словно бы растворился в воздухе.
Отец Петр облегченно выдохнул. И на подгибающихся ногах отправился в личный санузел при кабинете. Хотя бы немного привести себя в порядок.
Смерть была совсем рядом. Но раз уж она ушла – не терять же авторитет у подчиненных? Надо отдать приказы, дождаться Рокина… жив-таки… неужели его похитили вампиры?
Странно… он ведь их ненавидит. Что произошло такого? Почему Палач выбрал его?
Спросить?
Нет уж.
Здоровье дороже.
Отец Петр вышел из ванной, привычно хотел перекреститься на икону – и вдруг вздрогнул.
ЭТО иконой быть не могло.
Облезлая доска с разводами краски.
Палач по-прежнему был выше любых символов веры.
* * *
Я думала, что просплю сутки. Но когда я проснулась – было всего три часа дня.
А почему я проснулась?
В дверь кто-то скребся.
Первой мыслью было – послать этого кого-то подальше – и пусть придет завтра. Второй – а открывать-таки придется. Вдруг что-то важное? Третьей – вовсе не христианское: «Черти б вас всех побрали!!!»