"Фантастика 2023-97". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— Это то самое место? — Айна с сомнением оглядывала помещение.
Здание, в котором они находились, судя по всему когда-то было небольшой придорожной гостиницей. Однако дорога, за счёт которой заведение выживало, давно заросла бурьяном и сейчас едва-едва угадывалась из-под буйных сорняков. То ли где-то проложили более удобный маршрут, то ли то место, куда эта дорога вела, потеряло свою популярность — разбираться в этом им совершенно не хотелось. Да это и не было так важно.
Важнее было то, что именно эту гостиницу, если верить Сайле, таинственный некто, оставивший “Рогу Лагиоса” заказ на доставку живых Мастеров, назначил точкой встречи. Не было никаких условных сигналов или шифров. Согласно имевшейся у суккубы информации, заказчик должен был появляться в гостинице в первый день каждого месяца, ближе к полуночи, для обмена “товара” на вознаграждение. К сожалению до сих пор у гильдии не выдалось шанса проверить правдивость этой информации. В заказе было чётко указано, что если они попытаются появиться в гостинице или хотя бы поблизости без пленников, не важно, с какой целью, заказ тут же аннулируется и Карн не хотел рисковать потерять доверие клиента. Так что сейчас Сайла также видела это место впервые. Однако вряд ли где-то поблизости была вторая такая же гостиница, тем более если учитывать висящую на одной петле вывеску “Последний шанс” — название, упомянутое в заказе.
— Должно быть, — суккуба тяжело вздохнула. Не сказать, чтобы последние две недели были худшими в её жизни, но и ничего хорошего за это время с ней не произошло. К тому же она не могла не понимать, в какой роли находилась сейчас здесь. Ведь заказчик мог даже не появиться, если бы у гостей “Последнего шанса” не было бы пленника с собой. Жестокая ирония: ей предстояла участь, которую “Рог Лагиоса” предполагал для Лаза и остальных.
— Как-то не похоже на обитель того, кто способен заплатить за живого Мастера. — Протянул Фауст, подняв с пола стул с обломанной спинкой и усевшись за барную стойку.
Уровень заброшенности здания гостиницы полностью соответствовал запущенности дороги, на которой она стояла. Облупившаяся краска, потрескавшиеся доски, содранные со стен картины и охотничьи трофеи… когда-то это место, вероятно, было довольно популярным, но сейчас от него остался лишь разграбленный остов.
— На самом деле, ты не совсем прав, — протянул Лаз, с хитрой улыбкой на лице разглядывая почерневшие дырки от гвоздей в стене. — Посмотри: дверь распахнута настежь, окна выбиты, ветер гуляет, но при этом нигде не видно даже следа растительности, хотя за столько лет сюда должно было нанести и земли, и семян. Со стен сорваны все украшения, нет большей части столов и стульев, в потолке дыра от люстры — вроде как это место разграбили, но в баре стоит несколько бокалов для вина, явно хрустальных, сложно поверить, что их не забрали вместе со всем остальным. Плюс я чувствую отголоски магии вокруг, это не может быть просто так.
— Хочешь сказать, что кто-то намерено придал этому месту заброшенный вид? — пёстрый мечник положил руку на висящий у пояса клинок.
— Почти уверен. Как и в том, что именно с ним нам предстоит встретиться. Жду не дождусь, — на лице Мастера Метаморфоз расплылась немного жутковатая усмешка.
Эта идея пришла Лазу в голову, когда он услышал от Сайлы о том, что с ними хотели сделать в “Роге Лагиоса”. После того, как они расправились с пятью Мастерами гильдии, было очевидно, что спокойного житья уже не будет. Наверное, ситуацию можно было разрешить более мирным путём, не прибегая к насилию. В конце концов гильдия суккубы была официально признана правительством империи, да к тому же не специализировалась на боевых контрактах, то есть вряд ли рискнула бы слишком далеко заходить за черту дозволенного. Если бы они прибыли в “Рог Лагиоса”, возможно, им бы удалось, продемонстрировав свою силу, убедить гильдийцев, что с ними лучше сотрудничать, чем пытаться продать в рабство. Знай Лаз об этом мире и местных порядках побольше, он скорее всего рискнул бы поступить именно так. Несмотря на то, что он считал убийство нормой и, чего уж греха таить, любил сражаться и убивать, мирное решение проблемы всегда было предпочтительнее.
 
Однако в тот момент, да и сейчас, у них было слишком мало информации. И потенциальный враг, кем бы он ни был, вполне мог воспользоваться их незнанием, заведя троицу в ловушку, из которой даже Лазу было не выбраться. Он не мог так рисковать. Так что им пришлось действовать жёстко и так будет до тех пор, пока они не узнают достаточно, чтобы иметь возможность здраво оценивать свои силы в этом мире.
От суккубы они смогли узнать немало полезного, но Лаз чувствовал, что этого недостаточно. Сайла, несмотря на то, что специализировалась на не совсем законных методах получения желаемого, не слишком хорошо разбиралась в теневой стороне этого мира. Работая на официальную гильдию, она получала протекцию от правительства, закрывавшего глаза на мелкие нарушения закона со стороны легальных Мастеров, так что почти никогда не сталкивалась с реальным преступным миром. А подобные знания Лазу были необходимы, даже если в итоге они бы всё-таки решили легализоваться в Сфарре.
И таинственный заказчик был отличным шансом получить недостающие кусочки информации. Лаз не собирался сражаться с ним, по крайней мере это не было обязательной частью предстоящей встречи. Куда выгоднее было бы заключить взаимовыгодный союз с тем, кто мог позволить себе выдавать гильдиям подобные заказы. Это было ещё одной причиной того, что Сайла до сих пор была жива: если неизвестному клиенту “Рога” нужны были Мастера, у них вполне могло получиться продать суккубу, попросив вместо денег информацию. Именно поэтому последние две недели они скрывались в лесах, как можно дальше от любых признаков цивилизации, дожидаясь наступления нового месяца, чтобы появиться в “Последнем шансе” в назначенный заказчиком день.
И сейчас, когда до назначенного времени оставались считанные часы, Лаз не мог сдержать предвкушения. Осмотрев здание с помощью магии, он заметил много больше необычного, чем сказал Фаусту. Озвученные странности были самыми очевидными, теми, что смог бы заметить даже не обладающий магией пёстрый мечник. Сам Лаз смог отметить ещё и полное отсутствие в гостинице живности, включая мышей и тараканов, продуктов в кладовой, даже малейших крошек, а также следов пыли. Всё это даже по-отдельности было достаточно странно, а вместе сомнений говорило о том, что к такому состоянию здания кто-то приложил свою руку. Более того, способности этого неизвестного были непостижимы для Мастер Метаморфоз. Как бы не старался, он не мог понять, за счёт чего всё это работало, что могло лишь одно: это было результатом работы другого Мастера, причём обладавшего очень необычными и даже интригующими способностями. Не было ничего удивительного в том, что Лаз, любивший и ценивший магию во всех её проявлениях, был так взволнован.
А потому, когда время перевалило далеко за полночь, а никаких признаков таинственного Мастера всё не было, молодой человек начал чувствовать несвойственное ему обычно раздражение. К счастью, ему хватало выдержки, чтобы со всё тем же невозмутимым выражением сидеть на стуле у стенки, поглаживая лежавшую у него на коленях Принцессу. И только давно знавшие его люди вроде Айны и Фауста могли понять, что внутри Лаз уже приближается к точке кипения. Что определённо было не слишком хорошо.
— Может быть ты что-то напутала? — пёстрый мечник присел около Сайлы, которая, связанная, сидела, прислонившись спиной к барной стойке. — День не тот или время?
Суккуба уже хотела открыть рот, чтобы ответить, но тут вдруг от дверей послышался чужой голос.
— Пленница ваша всё помнит верно, не стоит её подозревать во лжи.
Повисла неловкая пауза.
— Опаздываешь, — Лаз первым подал голос.
На вид незнакомцу было лет сорок. Он был не слишком высок, примерно одного роста с Айной, с длинными, до плеч, рыжеватыми волосами, очень смуглой, прямо-таки бронзовой кожей, и необычным разрезом глаз, из-за которого казалось, что он постоянно чем-то расстроен. Одет он был в просторный мешковатый балахон, на ногах — красные сапоги, на руках — тонкие перчатки красной же кожи, вокруг шеи — длинный шарф с кисточками, в ушах красовались серёжки в форме игральных двенадцатигранных костей.