По осколкам лжи (СИ)

Какая наглая ложь! Какая мразь это придумала? Меня на куски разламывает от мысли, что он сейчас верит в то, что говорит. И в то же время я ещё не до конца осознаю, что держу сейчас на руках головку моей дочери. Моей Ники, которую так жестоко, так вероломно забрали у меня.
– И почему же ты не дал ей денег? – спрашиваю надтреснувшим голосом.
– Да я не поверил сначала по поводу ребенка. Скажем так, я не сильно был разборчив в связях. Ко мне кто только не приходил. Сама понимаешь… Мой отец всё ждал от меня внуков, а я жениться не торопился. Да и вообще не торопился детей производить. Кто-то из моих охранников рассказал отцу о девчонке. А когда отец пришёл, чтобы провести анализ ДНК её уже не было. Испугалась ответственности, наверное. Или не могла видеть, как погибает её ребёнок. Я не знаю по какой причине она сбежала. Уже неважно.
Неважно?! Он сказал неважно?! Это важно! Это, блядь, важно!
Меня затрясло мелкой дрожью. Отчего Ника поморщилась.
– Ну, пааап… – прошептала во сне, а я схватила её личико в свои руки и прижалась губами ко лбу. Это моя дочь. Моя девочка.
– Спит? – спросил Романов и я вскинулась, чтобы он не заметил моих нежностей.
– Да. Как младенец.
– Хорошо… – проговорил себе под нос, а потом и вовсе замолчал.
Я держалась из последних сил. Не представляла, как смогу оторвать её от себя снова… Как я буду спать, зная, что мою дочь воспитывает чужая женщина, которая к ней никакого отношения не имеет? И как я могла жить все эти годы без неё?
– Приехали, – Романов повернулся к нам, улыбнулся, взглянув на Нику. – А вы быстро сдружились. Обычно она не подпускает к себе чужих людей.
Я НЕ ЧУЖАЯ! Я ЕЁ МАТЬ!
Мне так хотелось заорать ему в лицо, что голова пошла кругом. А мне предстояло оставить Нику в машине и уйти домой без неё.
– Что с тобой? – Андрей приподнял моё лицо за подбородок, заглянул в глаза. – Ты плачешь?
– Да, что-то… Что-то мне нехорошо вдруг стало, – прошептала, продолжая держать головку дочери. – Укачало, наверное.
– Давай помогу переложить её, – он потянулся к нам, а я еле сдержалась, чтобы не начать бить его по рукам.
Дочь из моих рук снова забрали. Но теперь я знала всё. Теперь я знала, что не одна. У меня есть она. И тут же болезненная мысль впивается в мозг острой иглой. Глеб не мог не знать. Он о Романове знает всё без исключения. О дочери он не мог не знать. Подонок решил использовать меня, а потом в случае чего надавить? Плевать на Зарецкого! Как мне теперь вернуть себе дочь? Романов ведь не отдаст. И эта выдра его… Мачеха. Никто не отдаст мне ребёнка.
– Тише, тише, – Андрей удержал меня, когда я повалилась на бок. Помог переложить Нику и выбраться мне из машины. – Что с тобой?
– Плохо… – только и смогла проговорить. – Я пойду.
– Стой, я провожу тебя, – Романов заблокировал двери машины и повёл меня к дому.
– Нет, не нужно, – я засопротивлялась. – Вдруг она проснётся и испугается?
– Она не проснётся, сон у моей крохи что надо, – усмехнулся Андрей, а я застыла взглядом на его лице. Когда он говорил о дочери мне казалось, что счастливее человека просто не найти. И верно. Чего ему горевать? Это же не у него отобрали дитя и сказали, что сожгли его.
Романов проводил меня до квартиры, подождал, пока я открою замок.
– Спасибо, что проводил, возвращайся.
Он поймал моё лицо за подбородок, мягко и непривычно поцеловал в губы.
– Сегодня не останусь, извини.
– Конечно, я всё понимаю. Ну а на работу я могу рассчитывать? – нашла в себе силы улыбнуться ему.
– Можешь. Завтра в офисе в восемь, – щелкнул меня по носу, усмехнулся. – Тебе стало легче?
– Да… Видимо , и правда, укачало.
– До завтра, Лика.
– До завтра.
  
ГЛАВА 47
 
Всю ночь я просидела на подоконнике, глядя на переливающийся огнями город. Слёзы капали в чашку с нетронутым чаем, а в груди больно ныло сердце.
Она такая красивая. Моя маленькая и в то же время уже такая большая девочка. Прошло семь лет… А я только узнала, что у меня есть дочь. Старый подонок Романов отобрал её у меня, сказав потом сыну, что я сбежала и бросила свою девочку. Оставила её одну… Андрей поверил. И тоже думает, что я сбежала. Хотя какое мне дело до того, что он там думает. Если бы он дал мне тогда деньги, я бы ни за что не рассталась с моей малышкой. Я бы никому её не отдала.
 
Спать ложусь под утро, но глаз не сомкнуть. Мысли пьяно мечутся в голове, щедро подкидывая мне варианты убийства Романова и всей его прогнившей семейки. Я не представляю теперь, как буду проводить дни и ночи, зная, что у меня есть дочь и она не со мной.
Единственное в чём я сейчас уверена на все сто – я не оставлю всё так. Я буду с моей девочкой. Рано или поздно, но буду. Лучше, конечно, пораньше, пока я не сошла с ума.
Утром сползаю с постели и иду на кухню за чашкой кофе. Он мне сейчас необходим. Заливаю в себя добрую порцию кофеина и принимаюсь за свой внешний вид. Я должна выглядеть идеально.
Неброский макияж, новая одежда для офиса. Всё отглажено и нарядно. Я буду выглядеть лучше всех. Я лишу Романова рассудка. Я заберу сначала его, а потом и свою дочь.
В офис приезжаю ближе к восьми и сразу же тороплюсь на нужный этаж. Но у лифта меня перехватывает охранник.
– Посторонним вход запрещён! – объявляет он мне.
– Я вчера устроилась на работу к главному… – пытаюсь объяснить дуболому, что пришла на работу, но тот машет руками.
– Нет пропуска – входить нельзя!
И где же ты такой умный был вчера, когда я беспрепятственно шлялась по этажам туда-обратно.
– Она со мной, Данилыч. Пропуск выпиши и запомни лицо. Это мой новый секретарь, – слышится за спиной голос Романова. Я судорожно вдыхаю и поворачиваюсь к нему. Он один… Конечно же, один. Не таскать же ему за собой на работу дочь. А жаль…
– Привет, красавица, – Андрей окидывает меня придирчивым взглядом и кажется остаётся довольным. – Поехали на наш этаж, – зовёт меня, и я спешу за ним. – Сделай мне кофе покрепче, – выдаёт первое указание, как только мы выходим из лифта. Сам Романов идёт к себе в кабинет, а я кладу сумочку на стойку своего ресепшена. Что ж, с почином тебя, Лика.
Кофе ставлю на его стол, медленно обхожу стулья и приближаюсь к нему. Андрей стоит у панорамного окна, смотрит на сонный город в тумане. О чём-то размышляет.
– О чём задумался? – нарушаю тишину первой.
Андрей отвечает не сразу. Приобнимает меня за плечи, притягивает к себе.
– Да так… Пропуск тебе нужно сделать, – говорит как-то отстранённо, словно думает о чём-то другом.
– Как Вика? – не выдерживаю я, и он пару раз моргнув переводит на меня взгляд.
– Нормально Вика. А что?
– Да ничего… Просто если хочешь, я могла бы иногда сидеть с ней. И она на твоих глазах и ты на её. Я вчера заметила… У вас какая-то связь с ней. Сильная.
– Это да, – кивает Андрей. – Но у неё есть уже нянька, так что ты опоздала, – усмехается.
Я тоже растягиваю губы в улыбке, хотя хочется взвыть.
– И всё же, мне кажется мы подружились бы.
– Вполне возможно. Вика любит внимание, а ты, похоже, любишь детей.
– Обожаю.
– Что ж, передам Вике, что ты её ждёшь, – произносит Романов, прижимает меня к себе и целует в висок. – Иди поработай, я тоже займусь делами. У меня сегодня две встречи, в твоих записях должно быть. Напомни мне время, – Андрей включается в работу и больше меня не обнимает. Ласки и нежности потом. Сначала работа.
– Я сейчас всё проверю, – улыбаюсь ему и ухожу из кабинета.
Уточняю время встреч, приношу Романову ещё одну чашку кофе, а потом тихо сижу за стойкой, пытаясь побороть сонливость. Кофеин уже не помогает.
– Где он?! – в приёмную врывается пожилой мужчина, бросает на меня незаинтересованный взгляд. Я вскакиваю, отчего-то испугавшись.
– Андрей Алексеевич сейчас занят, я доложу ему о вас, – отталкиваю своё кресло, но мужчина меня не слушает, толкает дверь кабинета Романова.