Махинации самозванца
Утро показало, что замок с налёту не взять. Без осадной техники, без измора, без большой крови замок было не взять. Всего штурмующих наутро осталось примерно около тысячи – тысячи двухсот. Согласитесь, сложно вести точный подсчёт, опираясь только на количество палаток и костров.
В замке народа было больше полутысячи, это если считать с бабами, стариками и детьми. Соотношение потерь при штурмах один к трём, но с учётом осадной техники, измора и того, что стены самые приземлённые. В отдельных случаях и соотношениях штурмующих – один к десяти этого мало. С замком, конечно, не тот случай, но взять жалкой тысячей его было невозможно…
Это то, что все посчитали поутру. Конечно, они ошибались, но в одном правы. Замок нельзя было потерять в обычной ситуации…
Второй день штурма вообще был смешным. Противник настолько не утруждал себя атакой, что Марвук оставил соглядатаями на стенах баб и детей. Ночной прорыв показал старику, что и от мальчишек может быть польза. Штурмующие делали вид, что они прямо рвутся в бой. На стенах делали вид, что осаждаемые в панике.
Ночью второго дня штурма противник переиграл. Все основные бойцы ждали ночного штурма, а его просто не было. В итоге все просто не выспались, обозлились, кричали что-то про трусов и пошли спать.
Ближе к полудню третьего дня пошёл основной штурм. Матерых бойцов спешно будили после ночного стояния. Выли бабы над трупами подруг. Не стрелы, не камни, не огонь катапульт. Магия…
Опять без особых эффектов. Просто вдруг соседки начали рвать на себе волосы, что-то кричали, сбрасывались со стен. Просто безумие, но как оно эффективно…
Те, кого безумие не коснулось, ещё не сразу пришли в себя. Пока собрались с духом, пока добежали до спальников дружины, пока пробудили и из бреда полуспятивших баб, бойцы что-то поняли…
Часть стены уже сдали. Самые резвые и соображающие стали заслоном на выходе из башен. Они же первыми и полегли. Сдержали, но какой ценой…
От подножия стен дружина гнала строем захватчиков. Построить стену без щитов сложно, а вылазка за стены по верёвкам щитов не предполагает. Двор отбили, отбили ворота, отбили две башни из дюжины. А потом начался затык…
Подниматься по винтовым лестницам строем нельзя. Тут мои бойцы проигрывали по качеству. Кто не понимает, строй это одно, снаряжение тоже много что решает, а личные качества многое нивелируют.
Моя дружина захлебнулась кровью, штурмуя узкие лестницы башен. Платили и двух за одного, и трёх за одного, и больше… Прорвались на стену, стали сбрасывать захватчиков со стены, и тут полный капец… Ворота пали.
Каким-то образом пала центральная башня с воротами. Первые ворота, укреплённые против магии, – да ладно. Бывает. Пала флейта, поднимающаяся решётка – случайность. Но то, что пали вторые ворота выхода из башни… Иначе как предательство нельзя расценить…
Никто не ожидал, что ворота падут. Ничто это не предвещало. И тут в спину стали ударять стрелы. Били редко, но били. Били с земли.
Марвук скомандовал отход в донжон. Забаррикадироваться, оклематься, ответить. Его приказ успели протрубить. Что потом было – непонятно. Понятно только то, что он не выжил. Несколько человек видели, что его посекло несколько арбалетных болтов. Разноцветные оперения болтов торчали на доспехах под разными нелепыми углами, как будто на командующего объявили охоту и дают приз убившему.
– Уходи… нас предали… – услышал последний шёпот кто-то из бойцов.
Битвы за донжон как таковой не было. Центральные башни замка всегда рассчитаны на самые жестокие бои. Тут и винтовые лестницы против часовой стрелки, чтобы правше мечом не замахнуться. Тут и узкие коридоры, чтобы двое щитовников могли сдержать полсотни. Тут и ловушки. Тут и остервенение убиваемых баб…
Ничего этого не было. Была паника, маты, вой по убитым и тихий шёпот немногих стариков, что они остаются… Старики остались. Что с ними стало – неизвестно. Но легко предположить…
Коим поддался панике и велел отходить. Вперёд пустили мальчишек. Примерно в трёхстах метрах от замка заканчивался подземный ход. У осаждающих сил на прикрытие всей территории в любом случае не хватало. Их должно оставаться не больше шестисот с учётом раненых. В общем, бегство из замка не было проблемой.
Проблемы начали сыпаться после выхода из замкового потайного хода. Шум и вой баб перерос в бунт. Одни рвались назад, другие навстречу копьям, третьи хотели мира и готовы были каким угодно способом вымаливать мир.
Ладно бабы, но они под свои идеи подписывали своих детей. Я мать! Мне лучше знать! Тем бабам, кому повезло сохранить своих мужей, просто получили по лицу пощёчины и успокоились. Остальных не стали держать. Всё одно они сами выбрали свою судьбу. Выживут – хорошо, не выживут, так хоть отвлекут внимание…
Уходило чуть больше полутора сотен ополчения второго созыва, несколько десятков дружины, больше трёх сотен баб, детей, подростков. Нильс и Сутар в качестве рыцарей со своими копьями из пяти человек…
Сразу начался разброд. Кто-то рвался назад, ударить со спины штурмующим замок, кто-то выл о пацифизме и всеобщем благе, большинство было за то, чтобы спастись. Коим постепенно отделил себя от общей массы.
Общими усилиями удалось сколотить группу. Те, кто за возвращение, составили арьергард. Авангард рвался к выходу из долины.
Слился Сутар, ему понадобилось собрать своих крестьян. Все понимали, что он хочет вывезти из долины своё имущество, но никто не стал возражать. Каждому своё.
Бегство из долины – это отдельная строка. Честно говоря, это смешно. Их никто не преследовал. Как я подозреваю, им дали уйти. Обоз и дети это тот ещё гемор, проще дать уйти, чем преследовать… По факту, не думаю, чтобы штурмующие быстро опомнились.
Впрочем, за сутки бегства из долины чего только не было. Кто-то опомнился от своей трусости и решил смыть несмываемый для себя позор, оставшись на смерть. Кто-то понял, что бежит в никуда. Кто-то осознал, что все бегут на север в область диких рас, которые спокойно могут жрать младенца на глазах матери.
В итоге от колонны беглецов по своим соображениям сбежало около сорока человек. Наверное, они хотели отсидеться в долине и сойти за… А фиг знает, на что они рассчитывали. Мне не понять их логику.
Беглецам повезло дважды, трижды, если считать, что их особо не преследовали. Первый раз повезло, что вышли на стадо примерно в двадцать с чем-то коров и парочку быков на племя под управлением парнишки, что ещё не знал, что он уже несколько часов как круглый сирота. Второй раз повезло, что Ниаю, огрызаясь стрелами, уходил в лес. Поймать охотника в знакомом лесу задача невыполнимая, конечно, если не используешь спецсредства.
Ниаю посмотрел на сброд детей, баб и старпёров. Сплюнул. Увидел знакомые рожи. Ещё раз сплюнул и взял на себя обязанность вывести всё это стадо за пределы долины.
Болотная кочка – место неприятное. Сюда редко кто совался. Брать на кочке было нечего, ягода не растёт, утонуть раз плюнуть. Пока заводили гать и шли по поваленному, потеряли несколько коров. Тупые твари сошли с гати и тупо потонули, несмотря на верёвки и все усилия людей вытащить скотину из трясины.
Потом узкая расщелина, заваленная камнями. Несколько часов на расчистку. Нора в толще камня, рассчитанная на двух человек, да и то, если идти пригибаясь.
Быков пришлось бросить, габаритами не пролезали. Хотели их пустить на мясо, но не нашлось идиотов, что согласились бы задержаться на полдня для разделки туш и транспортировки тонны груза непонятно куда на своём горбу…
Расщелину было решено коллегиально не защищать. От преследователей они смогут сдержать только до подхода мага, а значит, зачем оставлять на смерть шесть человек, необходимых, по самому минимуму, для охраны тайного выхода из долины.
Опасались нарваться на орков. Мои с ними договорённости у всех на памяти, но привычек никто не отменял. Ещё больше боялись нарваться на гоблинов. Коротышки лучше ориентируются в лесу, чем клыкастые…