АлкХимик 2 (СИ)
Четвертым ингредиентом был вулканический пепел, причем добытый не из жерла, а из старой темной пещеры. Отчего он пропитался какими-то уникальными эманациями, и превратился в «Вулканический пепел тьмы». Скрытых свойств у него было два, но какие именно — тут можно было только гадать.
Пятый и шестой компоненты — яды Черной Бездны. Скрытых свойств — два. Совпадают они полностью, или полностью расходятся в своем действии, тут тоже можно узнать только на практике. Больше интересует другой вопрос — откуда богиня тьмы знает, что это все можно смешать, и тем более, что все это следует приправить измененной маной прокуратора? У богов какая-то своя особенная библиотека? Вполне вероятно. Но тогда почему прочие боги говорят, что у них нет инфы про бездну, или ее очень мало? А, похрен! Зачем забивать голову вопросами, на которые не дадут ответов, когда можно не забивать? Захотят — сами скажут. Не захотят — сами скоро туда дойдем и сами посмотрим. И если что, раздадим пиздюлей кому надо!
— Я думаю, емкость нужно использовать, как минимум зачарованную на устойчивость к кислотам. — закончив осмотр компонентов, резюмировал я. — Трава имеет свойство растворять мясо, а может, даже и кости. Пепел вулканический косвенно связан уничтожающей все и вся лавой, и огненной стихией. Поэтому может иметь свойства, связанные с уничтожением материи. Призрак лорда обладал аурой тления, уничтожающей даже камень. Каменная смола, если и в самом деле образуется из говна, тоже имеет некоторое отношение к пищеварению и кислоте. Про яды демонов и говорить нечего — растворяют саму суть энергетических линий в человеческом теле.
— Одно из основных правил техники безопасности, это использовать царское стекло при смешивании неизученных веществ. — наставнически поднял палец старый алхимик. — Так что в этом случае даже и речи идти не может о том, чтобы взять что-то меньшее, чем зачарованный обсидиан!
— Вулканическое стекло? — удивился я. — Оно какие-то особенные свойства имеет?
— Конечно! — воскликнул бомбастер. — Обсидиан образуется на стыке четырех стихий, и именно поэтому обладает уникальными магическими свойствами! Если без зачарования это просто красивое и хрупкое стекло, то после магической обработки колба из такого материала спокойно выдерживает достаточно крупные взрывы содержимого! Да, пробку вышибет и в небеса отправит… Но емкость обязательно уцелеет! А если ее хорошо зафиксировать, то и содержимое в случае взрыва в сторону улетит, не задев экспериментатора. Инертное к химии, магии и ударам стекло — это невероятно ценный материал.
Говоря все это, бомбастер открыл шкаф, затем отодвинул фальшпанель, скрывавшую за задней стенкой железный сейф. Никаких ручек и замочных скважин на дверке не было. Только красная мутная полусфера, сантиметров пять диаметром. Именно на нее алхимик положил свою ладонь, и сейф со щелчком открылся.
— Не то, чтоб она настолько дорогая. — извлек Субьла из хранилища и поставил на стол черную круглую колбу из черного, почти непрозрачного стекла, литра на три объемом. — От студентов прячу. А то ведь эти паразиты могут разбить неразбиваемое!
— Ну, так-то я тоже студент, по сути своей. — постучал я по склянке. — Да и эксперимент тоже не из рядовых. А если разобью?
— Ну тут уже к Хален все претензии будут! — развел руками алхимик. — В конце концов, это она весь этот процесс замутила. Вот, еще возьми для очистки.
С этими словами он достал из тумбочки небольшой походный алхимический столик. Потертый, иссохший, местами треснувший и настолько пропитанный остатками разнообразных зелий, что его естественным цветом был темно-говняный.
— Надеюсь, все понимают, что хороший новый стол никто под ману Черной Бездны отдавать не будет? — с усмешкой обвел нас взглядом бомбастер. — А этот и так на списание идет, ну так пусть напоследок послужит. Некрасиво будет, если у зелья будут скрытые свойства, какая бы ядовитая дрянь не получилась. Вот, отсеешь их.
Ну да, с этим я тоже был согласен. Мой внутренний перфекционист тоже ворчал по этому поводу. Ну, а отфильтровать сложностей не будет — просто разделил результат смешивания на три равные порции, и разлил их в чаши для исходных компонентов. Это я уже методом тыка научился делать. Потом открытые свойства в центр, скрытые в отходы. Ничего нового. Надеюсь, в режиме прокуратора сработает.
Перед тем, как проводить меня на полигон, мне вручили еще немного обсидиановой аппаратуры. А именно воронку, палочку для перемешивания и колбу поменьше, чтобы перелить туда результат эксперимента. Ну и мышеедку в кашицу сразу перетерли. Сами Каншер и Субьла расположились за границей защитного купола и принялись внимательно наблюдать за моими действиями. Я же уселся прямо на песок, прямо рядом с ними. Потому что не имело никакого значения, где именно мне находиться — защитное заклинание нагрузку распределяет равномерно по всей своей поверхности, насколько бы точечно по ней не били. А так хотя бы они могли видеть детали, да мыслями можно было обмениваться.
Еще раз внимательно осмотрев разложенные ингредиенты, я вздохнул, и приступил к смешиванию. А когда все компоненты оказались загружены в емкость, я перешел в режим прокуратора в соотношении обычной и измененной маны пятьдесят на пятьдесят, и принялся палочкой перемешивать содержимое колбы обсидиановой палочкой, медленно подавая в нее черную ману и следя измененным зрением за переменами. И с удивлением прочитал открывшиеся свойства получаемой жижи.
«Экстракислота Черной Бездны»
«Чувак, я понятия не имею, как, но ты создал абсолютную кислоту!!! Максимально абсолютную!!! Та жидкость, что местные маги называют царской алхимической кислотой, водичка по сравнению с ЭТИМ!!!»
«Свойства: Растворяет любую материю в соотношении 1 мл/1001558 г (Да! Миллилитр на тонну!!!), превращая вещество в энергию Черной Бездны со всеми вытекающими. Обычную живую ману тоже растворяет.»
«Примечания: Параметров нет, и побочных эффектов тоже — все вещества, отвечающие за прочую алхимию, уже уничтожены. Даже до атомов не низведены — их просто больше нет. И еще — она через три минуты разъест защиту колбы, а потом и саму тару.»
Но воплощение последних слов я и так уже видел измененным зрением. Магические линии медленно таяли на границе с жидкостью. Именно они и отделяли содержимое посудины от поверхности стекла — расстояние было около миллиметра, за счет этого и обеспечивалась магическая защита. И мне не пришло ничего лучше в голову, как в экстренном порядке заместить нормальную ману в стенках колбы черной маной. Это потом я подумал, что колба могла от этой манипуляции превратиться в черный пепел, как превращались трава и камни при контакте с этой враждебной всему энергией.
А сейчас я думал лишь о том, как изолировать кислоту от стенок посуды. И у меня получилось! И лишь после этого я заметил, что узор из черной маны начинает потихоньку воздействовать на само стекло.
Говорят, что в экстремальной ситуации адреналин так сильно ебашит по мозгам, что человек теряет все рамки своих способностей. От того и творит такую дичь, какую в простом состоянии сотворить не способен. Например, опрокинуть вагон, или перевернуть легковушку. А я вот напитал само стекло своей простой, человеческой маной. Может же она стабилизировать молекулы в жидкости, образуя подобие нанокристаллов? Ну значит и твердое вещество с кристаллической решеткой тоже сможет!
И оно смогло. Настолько смогло, что перед моими глазами появилась сначала надпись «ERROR», а затем высветилось предложение сменить класс на «Артефактора Черной Бездны». От надписи я, конечно, отмахнулся — вот щас точно не до чтения. Но посудина прекратила уничтожаться, и это было хорошо.
— Короче, вот. — облегченно вздохнув, поставил я трехлитровую колбу с небольшим количеством жижи на дне на песок. — Отдадите вместе с тарой, она теперь больше ни для чего не подходит. Мелкую колбу уж не будем портить.
В этот самый миг рядом со мной раскрылся черный портал, и из него на песок полигона шагнула Хален. Богиня тьмы. Сама пришла задание принимать. Поприветствовав нас, она подошла и подняла емкость с результатами эксперимента, и принялась ее изучать. Причем ее однозначно интересовало не только содержимое.