Гремучая смесь (СИ)

— Вань, — спросила тихо, — а чем занимается твой папа?
Ребенок поднял на меня шоколадные очи и неожиданно выдал:
— Он воин.
Вот и понимай, как хочешь.
В этой поездкой с самого начала все пошло не так. Прежде всего, Ванька явно думал, что вчера я пошутила, и мы никуда не поедем. Когда он понял, что поездке быть, то развил такую бурную деятельность, что у меня закружилась голова. Завтрак был проглочен мгновенно, почти не жуя, посуда убрана, постель застелена. Он даже зубы почистил три раза! А потом мы пошли к Али с просьбой дать нам машину. С водителем, потому что, во-первых, я не была уверена, что мои российские права здесь действительны, а, во-вторых, не знала, куда ехать. Начальник охраны оказался предсказуемо темнокожим и ни слова не говорящим по-русски. Зато английским владел свободно. Я объяснила, что хочу отвезти мальчика на детскую площадку. Али несколько раз переспросил, потом долго думал, а потом выдал:
— Не уверен, что хозяин одобрит эту поездку.
— Мне запрещено покидать резиденцию? — удивилась я.
— Нет, что вы!
Почувствовала облегчение и продолжила:
— Ребенку запрещено покидать резиденцию?
У начальника охраны возникли явные трудности с ответом. Я понимала почему: вчера Иван рассказал, что выезжал за ворота только с отцом, других вариантов нет. Но не будем же мы ждать, когда этот папаша — кукушка (или как там называется данная птица мужского рода?) объявится? Он ведь даже не позвонил вчера, а мальчик явно этого ждал, хоть и пытался сделать вид, что звонок отца не так уж и важен.
— Господин Родимцев запрещал сыну покидать территорию резиденции? — пошла я в атаку.
— Нет, — вынужден был признать Али.
Еще бы, этому господину просто в голову не могло прийти, что новая гувернантка начнет свою трудовую деятельность с прогулки по городу.
— Тогда мы очень просим предоставить нам машину, — повторила свою просьбу и добавила: — с водителем.
Али еще немного подумал и внес встречное предложение:
— Я должен позвонить господину. Как он решит.
Мы с Иваном переглянулись.
— Мы подождем, — приняла я единственно верное решение.
Собственно, а что я еще могла сказать? Резиденция не моя, мальчик не мой, даже страна и то чужая. А я всего лишь наемный работник. Нужно ждать решения того, кто меня нанял.
Мне почему-то казалось, что господин (тьфу ты) запретит нам куда-либо ехать, но Али вернулся буквально через пару минут и выглядел несколько удивленным.
— Господин разрешил, — звучало так, словно он сам не верил в то, что говорит. — Велел только взять с собой охрану. А тоже поеду с вами.
— Ура! — от радости запрыгал Ванька.
— Ура, — повторила я. — Когда можно будет ехать?
— Как вам будет угодно, — ответил Али. — Господин сказал, что вы можете сами решать когда и куда ехать. Только ставьте меня в известность, пожалуйста, чтобы я мог организовать поездку и охрану.
Я заверила, что о наших с Иваном планах буду сообщать за день. На том и порешили.
А потом мы поехали в торговый центр и провели там на детской площадке несколько часов. Мое знание арабского языка, особенно диалекта, на котором разговаривали в Судане, сильно облегчало жизнь. Пока Иван играл со сверстниками, я успела перезнакомиться с их мамочками. Меня приняли за жену состоятельного суданца, а я не спешила это опровергать. Мы с Иваном говорили исключительно на русском, и никто из наших новых знакомых так и не понял, что мы не родственники. Ванька, прекрасно говоривший на арабском, старался всячески поддерживать окружающих в их заблуждении. Я даже слышала пару раз, как в разговоре с детьми он назвал меня мамой. Мне стало его очень жаль. Хороший пацан, а родители ему достались, мягко говоря, не очень. Папаша пропадает на работе, а мать с ним вообще не живет и, кажется, даже не общается с мальчиком. Вот уроды, прости господи.
Когда настало время собираться домой, Ванька очень расстроился. Пришлось пообещать, что завтра мы опять приедем на площадку. Вообще, из разговоров местных мамочек я поняла, что развлечений в городе немного. Есть этот торговых центр, по по московским меркам очень небольшой, есть несколько детских клубов и несколько же уличных детских площадок, на которых днем неимоверно жарко, вот, собственно, и все. Есть еще остров Тути, место слияния Голубого и Белого Нила. Многие местные проводят свободное время именно там — устраивают пикники, любуются закатами или просто гуляют. Да уж, жизнь в Хартуме нельзя назвать насыщенной. Пришлось напомнить себе, что я прилетела в Судан не развлекаться, а работать. А с другой стороны, мне нужно организовать моему подопечному нормальную жизнь, включающую в себя не только занятия с наемной учительницей, но и общение со сверстниками, игры, беготню и все, что есть у обычных детей в возрасте шести лет, но почему-то не было у Ивана.
 
— Мальчики сказали, что завтра после обеда будут здесь играть, — вопросительно глядя на меня, сообщил Ванька.
— Отлично. Значит и мы тоже приедем.
Заручившись моим согласием, Иван совершенно по взрослому пошел договариваться о завтрашней встрече. А потом мы поехали домой. На ужин мальчишка снова попросил блины. Я не была уверена, что такое количество теста не повредит моему ученику, поэтому сегодня мы делали блины с начинкой. Разбавим, так сказать, вредное полезным. Новое блюдо с огромным энтузиазмом было воспринято всеми обитателями дома, после ужина Али подошел и поблагодарил за доставленное удовольствие.
Потом были настольные игры, умывание и чтение сказки на ночь. Когда ложилась спать, поймала себя она мысли, что такая жизнь мне нравится.
И понеслось.
По утрам мы плавали в бассейне, делали зарядку и завтракали. Потом были развивающие занятия и игры в саду. После обеда и короткого отдыха (я помнила, что в наших детских садах послеобеденный сон был обязателен), мы отправлялись на встречу с новыми знакомыми. Местные мамочки приняли нас свой клуб. А это означало, что мы стали получать приглашения на детские праздники, пикники и прочие нехитрые развлечения. Я обзавелась местным телефонным номером, чтобы было легче договариваться о встречах. От своих новых приятельниц узнала, что в городе есть хорошие детские сады, куда состоятельные хартумцы водят своих отпрысков. Решила, что обязательно поговорю об этом с Родимцевым — старшим, как только его увижу. Я прожила в резиденции уже почти две недели, но до сих пор не только не увидела, но и не услышала своего нанимателя. Он звонил сыну, звонил начальнику охраны, возможно даже, звонил няньке, а вот позвонить мне ему даже и в голову не пришло. Как так можно? Доверил единственного ребенка совершенно незнакомому человеку и в ус не дует.
Уложила Ваньку, немного поплавала в бассейне и отправилась на боковую. Проснулась посреди ночи, очень захотелось пить. Но оказалось, что вода в моем куллере благополучно закончилась, а новую бутылку не принесли. Придется идти в большой дом. На мне — скромная шёлковая пижама, поэтому я посчитала возможным не переодеваться. Да и кто меня увидит ночью? Взяла с собой кувшин, наберу воды побольше, поставлю в холодильник, а завтра попрошу кого-нибудь из охраны принести воду для куллера.
Зашла в дом, прошла на мини-кухню и набрала полный кувшин воды. Правда пить хотелось неимоверно, поэтому взяла стакан, налила туда еще воды и залпом выпила. Постояла в темноте, прислушиваясь к себе, и решила, что нужно добавить жидкости в организм. Что я такого вчера ела, что меня так мучает жажда?
Пытаясь понять, с чего бы это, со стаканом в одной руке и кувшином в другой, прошла к дивану и села. Вернее, попробовала сесть. Потому что то, на что я пыталась пристроить свой зад, диваном не было. Не успела я опуститься, как нечто большое и темное вскочило, опрокинуло меня и навалилось сверху. Падая на мягкие подушки, неловко взмахнула руками и ощутила как вода из стакана и кувшина облила меня с ног до головы. Огромные лапищи (откуда в доме такой великан?!) прошлись по моему телу от волос до бедер, потом поднялись вверх и замерли на груди. Придушенная этой массой, я возмущенно пискнула, когда чужие пальцы сжали горошины сосков, а над ухом раздалось удивленное: