Трель соловья (СИ)

— Я здесь бывал. Насчет того, почему вас с учителем до сих пор не схватила стража, спроси лучше у Графини. Или сам подумай.
Мужчина прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Плохо, как же все плохо… этот идиот же возьмет и подумает. И, чего доброго, еще додумается ведь до чего-то! Какие выводы может сделать Глен, Карстен предпочитал не представлять, но уже очень жалел, что когда-то они с Анной разошлись миром, и она даже согласилась поделиться редким противоядием.
Прирезать бы его сейчас и не мучиться, но жалко, невыносимо жалко — слишком сильно успел привыкнуть к ученику за последние семь лет. На него можно было злиться за то, что связался с Джоанной, но… не так же.
Ситуация — хуже не придумаешь.
— Бред, — пробормотал Глен, потирая пальцами лоб. — Это слишком невозможно. Ты врешь.
— Думать ты и не собирался? — устало спросил Карстен, с трудом поднимаясь на ноги и опираясь о печь. — Попробуй, мне интересно, на что ты способен. А пока размышляешь, может быть, поможешь?
— Что?!
— Не надо на меня так смотреть, убить меня у тебя была хорошая возможность, которой ты не воспользовался. Раз уж ты этого делать не собирался…
— Ладно, — буркнул пацан. — Чего тебе надо? И не за просто так.
— Мне надо попасть к доктору Лейтону, он живет рядом с больницей. Знаешь его? Специалист по ядам. До него идти далеко, а я не в том состоянии, когда можно не опасаться осчастливить городскую стражу еще одним замерзшим на улице трупом. Твои условия? Учти, называть имена — твоего учителя, Графини или кого бы то ни было — я не стану. Даже если бы мог.
Глен фыркнул, задумался — видимо, спросить хотел именно это — и предсказуемо выдал:
— Ты отстанешь от нас с Джо.
— Договорились. Пошли.
— Но я… что? — встрепенулся собравшийся было спорить Глен, но потом спохватился, подскочил и подставил Карстену плечо. — Да-да, идем.
Лейтон оказался дома и бы очень занят: маленький юркий доктор, размахивая руками, что-то громко доказывал своему тучному флегматичному коллеге — магу из морга, периодически сотрудничающего с городской стражей. Нежданным посетителям хозяин дома обрадовался как родным и тут же прервал явно зашедший в тупик спор.
— Капитан! — широко улыбнулся он. — Давно ваши не заходили, я уж начал беспокоиться, что в городе появился конкурент. Ты по службе или что-то личное?
Карстен отпустил плечо Глена и сполз на стоящий у стены стул.
— Личное. По поводу яда, который на дротики наносится. Названия, извини, не знаю.
— Хм, — Лейтон задумчиво потер подбородок. — Что именно тебя интересует, противоядие? Но оно у меня совсем слабенькое получилось. Сам яд, конечно, у меня тоже есть, но мало, и я его никому не отдам, да ты знаешь…
— Помедленней, Лейтон. Мне интересны побочные эффекты от противоядия.
— Тебя что ли ткнули? А ну-ка сними куртку, — нахмурился доктор и приложил два пальца к шее мужчины. — И давай в подробностях. Когда это произошло? Когда противоядие принял? Кто тебе его дал? Как себя чувствуешь?
— Ночью, ближе к рассвету. Противоядие вколол минут через десять.
— Сейчас как состояние? Учащенное сердцебиение, головокружение, тошнота?
— Да.
— Так, — Лейтон закусил губу и принялся шустро перебирать сложенные в сундуке на окне мешочки. — Это нормально… в смысле, типичная реакция, ничего необычного. Такое состояние пару дней продержится, не скажу точно, от организма зависит. Могу кое-что дать, но… ты никакие лекарства не принимаешь?
— Обезболивающее и что-то еще. Не знаю, что. Надо спросить у Дерила.
— Я слышал о неприятном происшествии на приеме в ратуше, — растягивая слова, вмешался маг. — Вы настолько сильно пострадали, капитан?
— Неудачное падение, пострадали ребра.
— Я взгляну, с вашего позволения? — вежливо спросил он. — Возможно, я помогу коллеге определиться с тем, можно ли вам принимать его средство.
— Конечно, — пожал плечами Карстен и снял рубашку, благо в доме у Лейтона было хорошо протоплено.
— Вы не могли бы лечь хотя бы на эту кушетку? Спасибо. — Маг неторопливо пересел на стул поближе, встряхнул руками и провел раскрытыми ладонями над грудью мужчины. — Повязка зачем?
 
— Дерил говорил про перелом.
— Что вы. Трещина в ребре, несколько ушибов, не более, повязка не требуется. И обезболивающее я бы не рекомендовал… Лейтон, не смотрите на меня так. Я людей не только вскрываю, но и лечу, что не редкость и не должно вас настолько сильно удивлять.
— Вы уверены? — недоверчиво переспросил Карстен. — Без этого боль была бы совсем невыносимой.
— Я бы сказал, что причиной этого является не травма, а остаточное магическое воздействие, которое оказывалось на протяжении долгого времени. К сожалению, эта область мне неизвестна и пояснить я не имею возможности, могу лишь сказать, что сейчас это вмешательство отсутствует.
— Из всего этого я понял только то, что меня надули, — он устало потер переносицу. — Лейтон?
— Да-да, держи. — Доктор выловил один из мешочков и протянул ему. — Попробуй. Хуже от этого точно не будет. Ты еще посидишь или пойдешь?
— Пойду.
— А дойдешь? — с сомнением спросил доктор и, обрадовавшись, хлопнул по плечу притаившегося в углу Глена, которого никто не держал, но который не решался сам уйти. — Слушай, парень…
Карстен глянул на его кислую физиономию и развеселился.
— Иди уже, или ждешь, пока к чему-нибудь общественно-полезному привлекут? А я как-нибудь сам дойду.
Глен сразу отмер и спешно выскочил за дверь, пока эти злые люди действительно не нагрузили ничем.
Ночевка на холодном полу в хорошо продуваемом убежище не прошла незаметно, и уже на следующий день у Карстена поднялась температура, что в комплекте с последствиями яда и больными ребрами выглядело сущим издевательством.
И именно в этот момент он преисполнился благодарностью к Дерилу, который навязал ему общество Лирен. Сочувствующая больному девушка покладисто делала все, чтобы ему помочь, даже пару раз оставалась на ночь, когда Карстену было совсем плохо, — сидела рядом, отпаивала отварами Дерила и лекарством Лейтона и делала холодные компрессы.
Такая забота была приятна, но чем дольше это продолжалось и чем яснее становились мысли Карстена, тем сильнее он начинал испытывать чувство вины перед ней. Лирен выглядела очень уставшей, постоянно клевала носом и засыпала почти мгновенно, стоило ей куда-нибудь сесть.
— Можешь кое-что прояснить? — первым делом спросил он, как только почувствовал себя немного лучше. — Чем вызвана такая забота о моем здоровье? Что такого тебе пообещал Дерил за такую… услугу? Потому что в то, что воспитанная в благородной семье девушка добровольно согласится взвалить на себя обязанности, присущие скорее служанке, я не поверю.
Сонная Лирен, уютно устроившаяся в кресле со сборником стихов Алекса, вздохнула и отложила книгу.
— Он мне обещал помочь с… одной проблемой, а услуги мага слишком дороги, чтобы я могла себе это позволить, даже несмотря на то, что лавка приносит стабильный доход. Что же касается воспитания… В семье я воспитывалась до восьми лет. Следующие десять обучалась в академии при дипломато-шпионской службе, а после ее окончания поступила на службу в качестве дипломата. И это совершенно не похоже на традиции воспитания детей в знатных семьях, поверь мне. Наверное, именно из-за этого у меня натянутые отношения с матерью, она никогда не одобряла того, чтобы ее старшая дочь служила короне.
— Она это так просто оставила?
— От нее ничего не зависело, — грустно улыбнулась Лирен. — На самом деле, ни от кого не зависит. Если ты «соловей», если родилась с этим даром, то более-менее нормальная жизнь просто невозможна. Это почти как с магами, только их силу можно обуздать, а от нашей только защититься — но это доступно далеко не всем, камни такого рода слишком дороги и ценны, чтобы находиться в свободном доступе. К тому же сам по себе дар считается редким, из-за чего корона видит для себя прямую выгоду в том, чтобы держать нас под своим контролем — с одной стороны предотвращаются последствия неконтролируемого подчинения людей, с другой — дар направлен на нужды короны.