Багаев лог
— Нормально... — поколебавшись немного, Васина добавила: — Правда, была у него одна слабость. Не хотелось бы об этом рассказывать, но раз уж я дала вам подписку говорить только правду, то скажу: любил он выпивать на работе. Не знаю, как в других местах, но в нашей деревне выпивал. Кто как, а я это замечала.
— И даже на работе он бывал пьяным?
— Да, бывал, — с показной неохотой подтвердила Васина и тут же подробно рассказала несколько случаев.
Плугов подал ей для прочтения протокол. Когда Васина его подписывала, он увидел на белой гладкой коже ее запястья четыре синие буквы — «Зина». «Наверняка была судима и находилась в местах лишения свободы, а сейчас относит себя к представителям сельской интеллигенции», — подумал Георгий Александрович. Это заставило его задать вопрос, не относящийся к делу:
— Зинаида Петровна, заполняя в протоколе анкетные данные, вы написали, что не судимы. Однако вы все же бывали в местах лишения свободы, не так ли?
Васина облизнула ярко накрашенные губы. У нее в глазах опять, как и в момент первой встречи в магазине, мелькнула настороженность.
— Это было давно, и судимость уже погашена, так что юридически я не судима, — внезапно осипшим голосом ответила она.
— За что вы привлекались?
— За растрату, по молодости.
— Ну что ж, до свиданья. Благодарю за правдивые показания, — сказал, поднимаясь, Плугов. Ему показалось, что, выходя из кабинета, Васина облегченно вздохнула.
Плугов задержался в Кургатее еще на двое суток. Другие свидетели не особенно охотно, но все же подтверждали, что Манзоев, приезжая в их деревню на заготовки, бывал на работе пьяным. Участковый инспектор милиции Уразов, местный житель, помогавший Плугову собирать необходимые сведения в этой деревне, удивился:
— Как это вы сумели вызвать наших мужичков на откровенность? Не любят они об этом распространяться, ведь некоторые и сами не считают выпивку на работе зазорным делом. Это у нас просто беда. Вот, например, завтра собираем совет профилактики пьянства.
— Да не от мужчин это пошло, не они первые рассказали о том, что Манзоев пил на работе.
— А кто же? — заинтересованно спросил Уразов.
— Васина.
— Васина? — с недоверием переспросил участковый и покачал головой, а затем задумчиво добавил: — Вот ведь бабы, непонятное племя. Присушила мужика, а потом сама и выдает. Она ведь, Зинаида, красивая еще баба. Красивая и одинокая. Вот и присушила Манзоева. Частенько он у нее бывал...
4
«Если материально ответственное лицо пьет на работе, при этом у него обнаруживается крупная недостача, то даже при отсутствии признаков хищения в его действиях, говоря языком закона, уже имеется состав преступления — халатность». Так примерно размышлял Плугов, собираясь на доклад к прокурору области. Это дело Чувилев держал под контролем и требовал от него доклада, хотя бы по телефону, каждую неделю.
Плугов вспомнил, как удивился Манзоев, когда ему предъявили обвинение в том, что недостача явилась следствием частых выпивок во время закупки продукции, и объяснили, что подобное отношение к своим обязанностям и есть преступление, называемое халатностью.
— Кто это говорит, что я часто бывал пьяным? — с сомнением спросил Манзоев у Плугова.
— В первую очередь Зинаида Васина и другие жители деревни Кургатей.
— А можно почитать протокол допроса Васиной?
Плугов полистал дело, нашел нужную страницу и подал дело Манзоеву. Тот внимательно прочитал показания Васиной, посмотрел на ее подпись и заявил:
— Да, я признаю себя виновным в том, что часто бывал пьяным на работе, в таком состоянии покупал продукцию у населения и, скорее всего, ошибочно выписывал квитанции на большее количество продукции, чем принимал, потому у меня такая недостача... Признаю себя полностью виновным.
Показания других свидетелей Манзоев читать не стал.
Установив несколько фактов, когда Манзоев честно, по-человечески поступил по отношению к своим коллегам — работникам торговли, допустившим ошибку, Плугов пришел к выводу, что недостача у Манзоева, видимо, действительно следствие его халатного отношения к своим обязанностям. Скорее всего, она возникла от того, что Манзоев, будучи нетрезвым, небрежно принимал продукцию: выписывая квитанции на закупку, завышал количество принятой продукции.
Изложив все это прокурору области, Плугов заявил, что можно считать следствие законченным и направлять в суд дело по обвинению Манзоева в халатном отношении к своим служебным обязанностям.
— А вы, Георгий Александрович, окончательно убедились в том, что здесь нет хищения? — спросил Чувилев.
— Знаете, Матвей Константинович, у меня были кое-какие сомнения и остались, но они не нашли фактического подтверждения. Факты говорят обратное. Манзоев несколько раз вполне мог присвоить продукты, воспользовавшись оплошностью некоторых продавцов, но он не сделал этого.
— Может быть, Манзоев был настолько добреньким, что признавал любое требование продавцов?
— Иногда продавцы и не требовали, а Манзоев сам, обнаружив их ошибки, проводил у себя снятие остатков, а после обнаружения излишков на складе проверял магазин или ларек и выявлял недостачу в том же размере и ассортименте, как и излишки на складе.
— И это все в течение проверяемого периода?
— Нет, это случаи предыдущего времени. Ведь Манзоев работал заготовителем почти одиннадцать лет. Но, хотя некоторые из этих случаев довольно стары, они свидетельствуют о его честности, а торговые работники подобные поступки своих коллег помнят очень долго.
— А раньше он выпивал? — Чувилев решил уточнить другую сторону дела.
— Нет, выпивать он стал лишь в последний год.
— Что ж, если выпивки вошли в систему, то в результате он вполне мог допустить ошибки, которые и явились причиной столь крупной недостачи. Кстати, вы не уточнили, почему он стал тянуться к спиртному?
— Дело в том, что Манзоев, до этого примерный семьянин, сошелся с одной из продавщиц, Васиной. И семью бросить не мог, и эту женщину не оставлял. Раздвоенность в личной жизни и привела его к выпивкам. Я так считаю.
— А с Васиной у него были дела, связанные с передачей материальных ценностей?
— Были, но вся документация в исключительном порядке. Здесь придраться не к чему.
— В срок вы укладываетесь?
— Еще три дня в запасе.
— Да, долог путь до правды, — заметил Чувилев, давая понять, что разговор иссяк и он согласен с точкой зрения Плугова. — Что ж, Георгий Александрович, заканчивайте следствие.
Казалось, теперь Плугов мог быть спокоен. В установленный срок он разобрался с делом, казавшимся безнадежным. Обвиняемый полностью признал себя виновным. Осталось лишь ознакомить Манзоева с материалами следствия, и можно готовить обвинительное заключение и направлять дело, ставшее уже трехтомным, в суд. Но, несмотря ни на что, Георгия Александровича мучили какие-то сомнения. Все ли он сделал, чтобы докопаться до истины?
После посещения Кургатея и беседы с участковым у него возникла мысль о том, что Васина причастна к недостаче. Он запросил необходимые документы о ней. Оказалось, она работала завмагом в одном из небольших городков на Украине и привлекалась к судебной ответственности не за растрату «по молодости», а как организатор группы расхитителей. На оптовой базе постоянно составлялись фиктивные акты о недостаче товаров, поступающих от поставщиков. Тем самым создавались неучтенные излишки, которые Васина сбывала через магазин. Хищения приобрели крупный размах, о чем свидетельствовал восьмилетний срок назначенного Васиной лишения свободы. В Кургатее она появилась два года назад. Торговлю вела хорошо. Магазин был на отличном счету, всегда обеспечен всем необходимым. Появились у одинокой Васиной и поклонники из жителей деревни, но она никого к себе не подпускала. Лишь позднее сошлась с Манзоевым.
Все эти обстоятельства заставили Плугова с особой тщательностью проверить документооборот между магазином Васиной и складом Манзоева. Как и другие продавцы, она сдавала Манзоеву закупленные у населения мясо, яйца, зерно. План по заготовкам ее магазин всегда перевыполнял. Аккуратная Васина вела даже списки жителей, сдававших ей излишки сельскохозяйственной продукции. Плугов допросил некоторых из них, и все они подтвердили, что действительно сдавали продукцию. По спискам Плугов проверил оборот магазина за год, а по приходным документам Манзоева — расходы Васиной. Все совпадало, как говорится, тютелька в тютельку. Факты опровергали возникшее подозрение. Оставалась лишь одна причина недостачи: небрежное, недобросовестное отношение Манзоева к закупке продукции от населения.