ПАУК. Смерть врагам! (СИ)

— Кайф, — с улыбкой протянул он, лег на траву и похлопал себя по животу. — Спасибо за сытный завтрак! Еще бы яблочного сидра и жареных семечек.
— Все будет. Только верну трон и…
— Что-что? — он аж сел он удивления. — Трон? Зачем тебе трон? Хочешь, я тебе резное кресло подарю?
Блин, я ведь Ване не успел ничего не рассказать! Я уже открыл рот, чтобы обо всем поведать, но, увидев его довольное и умиротворенное лицо, решил этого не делать. Зачем нагружать старого друга проблемами? Отшельнику все выложу начистоту, а Ваня пусть живет, как и раньше.
После непродолжительного отдыха мы снова пустились в путь. Первым делом подошли к речушке и переплыли ее четыре раза. Три раза — для того, чтобы спутать следы, а четвёртый — чтобы вернуться на нужный берег. Я чувствовал себя хорошо даже без сна, но это было благодаря источнику. Правда, после вчерашней подпитки я уже не понимал, сколько сил вернулось мне самостоятельно, а сколько я выкачал из врагов.
По пути Ваня рассказывал о своей жизни, об отказе от магии, о заброшенной деревне и о сбежавшей жене.
— Сбежала? — удивился я. — Куда?
— Не знаю куда, но знаю с кем, — зло процедил он сквозь зубы и сжал кулаки.
Я не хотел бередить его рану расспросами, но он сам решил выговориться:
— Сначала мы жили хорошо. Первые годы после сражения Палицкому было не до нас — деревенских жителей, поэтому смену власти мы почувствовали гораздо позже городских… Мы с Настей занимались хозяйством и любили друг друга. Но потом император объявил, что любой деревенский может жить в городе и начал раздавать квартиры. Что тут началось! Все ринулись продавать свои угодья, дома, огороды, чтобы жить в цивилизации с унитазами и водой из-под крана, — он горько усмехнулся и покачал головой. — Как же все потом пожалели. Оказалось, что квартира размером со спичечный коробок, а обратно вернуться в свой дом ты уже не можешь. Но в первое время находились смельчаки, которые, плюнув на закон, снова переезжали. Тогда для них начинался самый настоящий ад.
— Что такое? — озадачено спросил я.
— Молодчики в балаклавах грабили и поджигали их дома, угрожали расправой и похищением детей. Они спокойно ходили по улице с оружием в руках и держали всех в страхе.
— Куда император смотрел? — возмутился я. — Что ж вы к нему не пошли?
— Как мы пойдем к императору, если это были его люди? Он загонял всех в город, чтобы контролировать. Чтобы все были под его пристальным наблюдением. Мы понимали, что он очень боится. Но никто не понимал, чего именно.
Он замолчал, но потом я вспомнил, с чего начался разговор и переспросил:
— А жена-то почему сбежала?
— Она хотела в городе жить. Там подруги, магазины, салоны и тому подобное. А мне этого ничего не нужно. Тогда она психанула и переехала жить в квартиру к маме, а потом снюхалась с охранником и все. Помахала мне ручкой и попросила ее не беспокоить.
— Как тебе удалось остаться в деревне, если выгоняли и угрожали?
— У меня с ними договоренность.
У меня неприятно кольнуло сердце. А вдруг Ване нельзя доверять, и он ведет меня на смерть? Он будто прочитал мои мысли и сразу же принялся объяснять.
— Ты не подумай, я не продался! — он остановил меня и начал шарить по карманам. — А-а-а, вот он!
На его вытянутой руке лежал точно такой же амулет, как и тот, что я отобрал у «дяди Вени», но только с синими камнями.
— Что это?
— Эти камни вытягивают из меня магические силы. Я обязан носить амулет с собой, иначе отправят в тюрьму. У Палицкого одна политика — все маги должны перестать быть магами. Исключение составляют боевики и ближайшее окружение императора.
За разговорами мы не заметили, как подошли к густому темному лесу, в который с трудом проникал солнечный свет.
— Где-то здесь он и живет, — шепотом сказал Ваня. — Надо искать.
Я зашагал первым, стараясь улавливать малейшее изменение своей ауры, чтобы засечь чужую магию. Ведь всем было известно, что Отшельник один из самых сильных магов, когда-либо живущих на земле. Пресытившись своей силой и мощью, он добровольно ушел от людей и спрятался там, где его трудно найти.
 
— Неужто у Отшельника тоже Высшая категория? — спросил я. — Вообще-то я всех магов с Высшей категорий знаю. Все они состояли у меня на службе.
— Так, он вроде самоучка, — почесал затылок Ваня.
— Хм…
Лес был темный и мрачный. Со всех сторон слышались шорох, скрипы, щелчки. Я не боялся зверей или птиц — только Отшельника. По рассказам, он не был приятным человеком и душой компании, наоборот, ярость, злость и презрение были его визитной карточкой.
Вдруг я услышал еле различимый голос, и остановился. Ваня шел сбоку, не обращая внимания ни на что. Я подумал, что мне показалось, и тоже продолжил путь, но тут снова явственно услышал голос:
— Как ты смеешь, пёс, входить в хоромы хозяина без разрешения? Кто тебе дал право топтать мою землю своими грязными ногами? Убирайся, пока цел!
— Вань, — позвал я друга. — Ты слышал что-нибудь?
Тот остановился и прислушался.
— Нет, только лес шумит. А что?
— Отшельник велел, чтобы я убирался.
— Может, тебе показалось?
Я ответить не успел. Громогласный голос пронесся по лесу и испугал птиц, сидящих на ветках.
— Убирайтесь в-о-о-н!!! Иначе вас ждет страшная смерть! Смерть, которую не пожелаешь даже врагу!
  
Глава 11
 
— Похоже, он не очень радушный хозяин, — усмехнулся я, когда смолк голос Отшельника. — Ты не расслышал, с какой стороны он кричал?
Ваня ткнул пальцем в густо сплетенные кроны над головой и ответил:
— Мне показалось, что сверху.
Мы дальше продолжили путь, прислушиваясь к лесным звукам. То тут, то там стучали дятлы, куковали кукушки, шелестела листва и… кто-то начал завывать. Сначала это было похоже на жалобные стоны раненного зверя, но звук усиливался, а жалоба перешла в угрозу. От этого звука щемило сердце и будто проваливалось в пустоту. Я никогда не боялся зверей, но это был необычный зверь. Или вовсе не зверь.
Чем глубже мы заходили в лес, тем тяжелее становился воздух, будто мы очутились в закрытом душном помещении. Еще через несколько шагов в нос ударил гнилостно-тошнотворный запах. Я невольно задержал дыхание и натянул на нос ворот рубашки. Ваня последовал моему примеру.
— Чем так воняет? — спросил он и вытер слезы с уголков глаз. — Даже глаза щиплет.
— Не знаю, — пожал я плечами. — Кто-то сдох, наверное.
Между тем вой стал еще ближе, а вонь все усиливалась. Вдруг краем глаза я уловил какой-то движение и резко обернулся. Белый полупрозрачный силуэт промелькнул между деревьев и пропал.
— Ты видел это? — шепотом спросил я Ваню.
Тот не ответил, а с вытаращенными глазами смотрел перед собой. Я медленно повернул голову и испуганно замер. Неясные очертания призраков бесшумно скользили над землей, окружая нас. Недолго думая, я запустил паутиной, но она пролетела сквозь них и осела на стволе дерева, которое тут же обуглилось.
— Мне страшно, — еле слышно сказал Ваня. — Давай уйдем отсюда.
В это время вой стал таким громким и протяжным, что превратился в зловещий рокочущий гул. Мы остановились и закрыли уши руками. Я хотел крикнуть Ване, что надо идти дальше, но замер на полуслове. Большой старое дерево перед нами чуть вздрогнуло и открыло глаза! Аа-а-а!!! Что это такое?! Оно смотрела на нас кроваво-красными глазами с вытянутыми продольными зрачками.
Ваня испуганно попятился, мотая головой, и закричал:
— Это демоны! ДЕМОНЫ!!!
Я отвел зачарованный взгляд от большого дерева и обнаружил, что на нас смотрят все деревья. Множество красных глаз пристально наблюдают за нами.
— Встань рядом со мной! — скомандовал я и соткал настолько прочную паутину, которую не смогла бы пробить даже пуля. Но на это ушла почти вся энергия.
Мне надо было подумать. Итак, что мы имеем: жуткий запах гнили, душераздирающий вой, призраки и деревья с глазами. Я ничего не забыл? Как оказалось, это было не все. Деревья начали раскачиваться и заскрипели ветками, будто хотели отцепиться от других и схватить нас.