Я знаю, на что ты смотришь (СИ)

Я не ела яблоки два года, но все еще помню их вкус. Кисло-сладкую сочность, что щиплет язык и щеки.
Вкус наших поцелуев.
Опускаю голову, подкладывая под нее локоть, и закрываю глаза. Нужно поскорее уснуть, пока не пришли другие мысли… Темная пучина отчаяния зовет меня, но я пытаюсь сопротивляться, представляя себя солнцем, что поднимается над горизонтом.
Чувствую, как кто-то гладит меня по волосам, плечам, спине… Прикосновения легкие, но это не ветер. Мурашки бегут по телу от нежности. Это такой приятный сон. Я такая легкая и спокойная. Ни за что не хочу просыпаться. Желаю только лишь все дальше плыть на облачке безмятежности.
Спину греет тепло. Это не солнце. Нахожу в себе каплю сил, чтобы развернуться и утонуть в нежных объятиях. Сладковатый мужской запах тут же вызывает улыбку. Я его знаю. Он меня не обидит. Перекладываю голову на твердое плечо, но так даже удобней, кладу руку на рельефный живот, мышцы сокращаются под моей ладонью.
— Спи, ведьмочка. Дай мне передохнуть, — тихий приятный голос, а за ним поцелуй в висок.
Я и так сплю…
Не могу понять, откуда музыка. Певец разрывается, мешая мне вновь провалиться в сонное забвение. Подо мной что-то живое и горячее тоже начинает ворочаться. Открываю глаза. Шея, подбородок… Максим?!
— Надеюсь, тот, кто звонит, сохранился, перед тем как набрать мой номер, — бурчит бармен, дергая рукой.
У него не получается найти телефон вслепую, поэтому я поднимаюсь, чтобы он смог сесть. Голова не варит. Не могу произнести ни слова, просто пялюсь на широкую мужскую спину, покрытую красными царапинами.
— Да! — рявкает он. — Коль, ты че, совсем еб… Сколько? Ладно. Не знаю, может быть. Я перезвоню. Ага. Давай.
Максим трет ладонями лицо, а я все еще остаюсь неподвижной статуей. Я даже не помню, как он пришел. Спала так сладко и крепко, что ничего не почувствовала. Какая-то ненормальная радость попадает в кровь, растягивая губы в улыбке.
Он пришел.
Действительно пришел.
Почему?
Он ведь даже не тронул меня. Просто лег спать.
Что вообще происходит?
— Ребята зовут на пляж? Пойдем? — спрашивает Максим.
Меня перемыкает…
Он оборачивается. Зеленые глаза такие яркие, в них еще видны остатки сна. Густые светлые брови приподнимаются, намекая, что от меня ждут ответа, но я не помню буквы, чтобы сложить хоть слово.
— Разве мы уже не на пляже? — наконец выдавливаю я.
— Да, — усмехается Максим. — Но мы могли бы потусить вместе с Колей и девчонками. У нас же выходной.
— И ты хочешь, чтобы я пошла с тобой?
— Ну конечно, — без замедления отвечает он.
— Я…
Пытаюсь отыскать внутри себя привычную маску стервы. Что бы сказала обычная Ева? Какую-нибудь фигню или пошлятину. Но я не могу придумать, ни того, ни другого.
— Хорошо, — произношу я, пугаясь собственного поведения.
Максим чуть хмурится, вглядываясь в мои глаза, и разворачивается, чтобы сесть ко мне лицом.
— Все в порядке? Ты плохо себя чувствуешь?
Мотаю головой.
— Не проснулась еще? — продолжает гадать он.
Может быть…
Да что за фигня?!
Давай же, Ева. Ты чего?!
— Так разбуди меня, сладкий. Так, как обещал, — говорю, возвращаясь в свое обычное состояние.
— Ремнем?
— Поцелуем…
— Сначала почисти зубы, — дразнится Максим.
— Там нет зубов, — парирую я.
— Нет уж, лучше ремнем…
Максим провожает меня до главного корпуса и все-таки дарит легкий поцелуй, перед тем, как отправиться в свой номер, чтобы переодеться для похода на пляж. Он знатно меня побесил, уклоняясь от моих губ и объятий, пока мы добирались сюда.
Ну, ничего, бармен. Я тебе еще устрою.
Поднимаюсь на лифте на нужный этаж и шагаю к своему номеру, который всегда открыт, ведь я не ношу с собой ключи. Не успеваю коснуться дверной ручки, как слышу, что хлопает дверь в конце коридора.
— Ева! — сдержанный громкий голос окликает меня.
— Привет-привет, мой дорогой друг, — говорю я, улыбаясь Мирону, что подходит ко мне. — Ух! Какой серьезный. Неужели опять кто-то нажаловался на меня?
 
— В том-то и дело, что нет. У тебя все хорошо?
— У меня все прекрасно. А тебе не угодишь: жалуются - плохо, не жалуются - тоже плохо.
— Ева, я просто вол…
— Все отлично, Мир. Расслабься.
— Точно?
— Да точно. Точно! Извини, я бы поболтала с тобой еще, но меня ждут. Давай как-нибудь пообедаем вместе? О-кей? Давно мы уже не…
— Кто тебя ждет? — голос Мирона становится по-настоящему обеспокоенным и удивленным.
У меня на мгновение мутнеет в глазах, а в желудке просыпается тошнота.
— Неприятности, конечно! — хохочу я. — Кто же еще? Ну, увидимся.
Влетаю в номер, захлопывая за собой дверь. Сердце колотится быстро-быстро, собираясь сломать ребра, выпрыгнуть наружу и выброситься в окно. Сейчас перед собой я увидела не Мирона, а Демьяна. Это он спрашивал «кто тебя ждет?» и его глаза были полны боли и разочарования.
Я предаю его…
Я этого не хотела…
И не хочу!
Макс
Мы ждем Еву уже минут пятнадцать, учитывая, что девчонки собрались еще полчаса до этого. Что она там застряла? Душ и выбор купальника не может занимать столько времени…
— Вы идите, наверное. Мы подскочим, — говорю ребятам, собираясь подняться и поторопить ведьмочку, даже, возможно, использовав ремень.
— Ага. Через три часа, — говорит Коля.
— Завидуй молча, секундочка, — говорит Тося и подмигивает мне, утягивая за собой, и надутого Колю, и смеющуюся Настю.
На всех скоростях несусь в главный корпус и поднимаюсь на лифте. В коридоре пусто и тихо. Подхожу к нужной двери и стучу три раза, прежде чем дернуть ручку.
Заперто? Не понял…
Стучу еще раз, но так и не получаю ответа.
— Ева! Ты там?
Тишина… Что за херня? Понимаю, что у меня нет даже номера ее телефона, чтобы элементарно позвонить и узнать, где она. Ну что я за дебил?
Стоит мне подумать о телефоне, как звонит мой собственный. Может, ребята? Встретили ее где-то на территории? Смотрю на дисплей. Нет. Это Клим. Принимаю вызов, чувствуя странное жжение в груди. Плохой знак…
— Алло.
— Привет, Кислый. Можешь говорить?
— Привет. Да. Могу. Ты что-то узнал? Нашел повара?
— Да, но вряд ли он тебе что-то сможет рассказать.
— Почему?
— Потому что он умер. Самоубийство.
— Что?! — легкие отказывают, голос хрипит.
— Полгода назад. Влез в петлю.
— Причин ты не знаешь?
— Нет. Макс… — по тону Ника смело могу сказать, что не хочу слышать то, что он собирается произнести.
— Даже не начинай!
— Ты знаешь, с кем проще всего общаться психам? — гнет он свою линию.
— Хватит, Клим! Я серьезно!
— С другими психами.
— Это ты мне об этом говоришь?!
— Только потому что знаю, о чем! — его злобный хриплый голос, бьет по лицу через расстояние. — Я не пытаюсь учить тебя. Просто предупреждаю.
— Я тебя услышал, — спокойно отвечаю я и скидываю звонок.
Мысли бешеными огненными муравьями носятся внутри черепа.
Самоубийство.
Одно из самых страшных и ужасных слов на свете. А когда это не просто слово, то...
Выходки Евы. Смены ее настроения и странное поведение. Она же не хочет?.. Нет-нет. Она любит жизнь. Живет ее, правда, как хрен пойми кто, но…
Размышления лишь еще больше распаляют огонь паники. Тарабаню в дверь, уже не контролируя силу, и выкрикиваю ее имя. Что-то не так. Не могу себя успокоить. Не могу остановиться.
— Уходи! — слышу тонкий голос по ту сторону двери, и меня немного попускает.
 
— Ева, что случилось?
— Уходи! — громче повторяет она.
— Давай ты откроешь дверь и мы просто поговорим. Я не понимаю, что…
— Максим! — властный грубый голос доносится из другого края коридора.