Короли соседнего мира (СИ)
Андрей прижал локтем взбрыкнувшего кота и, не давая закончить обличительную речь, поинтересовался: — А почему?
— Что? — Слегка растерялся Магистр.
— Почему я кому-то и чего-то обязан? Если меня назначили королем. А может и не королем? Вот что, уважаемый. — Решительно закончил Андрей. — Пока мне не будут даны исчерпывающие объяснения, никаких карнавалов и маскарадов, и коронаций. Уже не говорю об этом. — Он ткнул в сторону Степана. — Ты, сука, мне попадешься. Я тебе доходчиво разъясню про близких…
Платон задумчиво всмотрелся в лицо упертого контрагента.
— Он прочел…? — Не сводя глаз с короля, задал непонятный вопрос магистр.
— Ни в коем случае. — Отозвался Степан. Я, правда, не могу понять, почему столь неудачную кандидатуру выбрали на роль.
— Цыц. — Оборвал Платон. — Не тебе судить… Значит, это просто характер… уже легче.
— Что ж, придется нам расторгнуть договор. — Огласил решение Магистр. — Он и впрямь неуправляемый. Будем считать выбор ошибкой. У нас еще три дня в запасе. — Пробормотал мыслитель, обращаясь к своим спутникам.
— Итак, сударь. Согласно подписанному вами договору. — Платон акцентировано перешел на вы, — Сторона Магистрата разрывает его и восстанавливает статус-кво.
Андрей лихорадочно пытался сообразить, что означает последнее. Ему живо вспомнилась стена огня и брызги оконного стекла, но упрямство пересилило голос благоразумия.
— Я все понимаю. — Поднял руку несостоявшийся король. — Было бы глупо спрашивать вас, что все это значит, и какая связь между моим статусом и праздниками Сатуралий, а также столь милым вашему сердцу карнавалом, но…
Магистр дернул бровью: — Да вы, молодой человек, умница. Кто бы мог думать, что этот тюфяк способен подобрать ответы к столь хлипким аллюзиям. Ну, хорошо, учитывая, что после вашего возвращения в прежнее состояние жить вам останется двадцать пять сотых доли секунды, могу и просветить. Так сказать, в награду за сообразительность.
— Вы никак не хотите понять, что все эти мифы и религиозные обряды значат более, чем только ваши дурацкие предрассудки. Человечество возникло не само по себе и уж не для того, чтобы бесполезно размножаться с неимоверной скоростью, уничтожая запасы столь ценных материальных и энергетических ресурсов. Хотя… — Магистру явно надоело распинаться перед собеседником. — К чему…? Молодой человек. Достаточно того, что вы поняли сами. И повторили роль бедняги Дазия… Итак, — Заклинатель поднял вверх руку.
— Стой. — Андрей лихорадочно замотал головой. — Минуту, Ваше сиятельство…
Он вспомнил: "Точно, Дазий. Так звали отказавшегося исполнять роль короля-шута в очередной Римской Сатурналии солдата, хотя убеждали его весьма жестко. И чем там кончилось? Голову ему все равно снесли… но объявили святым. Христиане. Звали его — Дающий. А было это двадцатого числа, ноября месяца, в пятницу.
Однако эти детали Андрея не волновали. Главное имя.
Он приниженно взглянул на Магистра и жалобно произнес. — А корона? Что, так и пропадет? Может, договоримся, я вам корону, а вы меня вернете на пару часов раньше…
— Вы совсем? — Огорченно скривился магистр. — Будьте мужчиной. Договор есть договор. А корону я давно собирался списать, одна морока с ней. Спасибо, напомнили. Пусть остается с вами, на память… Прощайте. — Съязвил Платон, складывая пальцы в хитрый узел.
Андрей понял: "Все. Сейчас он останется один на один с пламенем взрыва".
Произнес, мучительно холодея при мысли, что если ошибся, то это и есть последние в жизни слова. — Рекс, Диус Фидиус — Хомо Концекратио, Дазий…
Глава 6
Никакого полета. Словно произошла мгновенная смена декораций. Мигнул и тут же исчез полутемный, с высокими гулкими сводами, замок. Он вновь стоит, глядя в окошко своей кухоньки на замершую посреди двора фигуру с несуразной трубой, пристроенной на плече… Мыслей не было. Было понимание чего-то нового. Словно он сумел невероятным образом раздвоиться. И оказаться в двух местах сразу. Тут, у палящей нестерпимым жаром батареи, и там, на улице, возле больного на всю голову стрелка.
Ильин вытянул руку, и его тень повторила жест.
Ладонь террориста потянула крюк пуска и не смогла довести его до конечной точки, упершись в невидимую преграду…
Черный человек изумленно хрюкнул. Огорченно выдохнул и попытался повторить фокус. Легкий жест стоящего у окна Алексея, и труба вырвалась из рук стрелка. Тот охнул, недоуменно оглянулся, и в страхе кинулся к машине. Прыгнул за руль и сорвал авто с места.
Андрей вытащил из-за пазухи сомлевшего от перелета кота и повернулся к столу. Гладкая поверхность пластика, и никакого намека на испещренный текстом манускрипт.
— Почудилось? — Выдохнул опер, стирая бусинки пота. — Но что это было?
И тут за спиной звякнуло. Андрей настороженно обернулся и с оторопью увидел, что в ребристом радиаторе торчит конец длинной шпаги.
— Ох, ты… — Севшим от удивления голосом произнес он. Бросил взгляд на висящее в коридоре зеркало. — Твою мать. — В стекле отражался выряженный в роскошный кожаный жилет с наброшенным поверх него плаще, смутно напоминающий кого-то субъект. На голове вельможи, сверкая громадным рубином, виднелась полоска металлического обруча.
— Так, значит, все было? — Изумился путешественник. И своему избавлению от смерти он обязан только сработавшему заклинанию, активировавшему, говоря современным языком, волшебные свойства короны. А то, что совпало с аннулированным нетерпеливым магистром договором, так это судьба…
Замер, прогоняя в памяти события прошедшего дня. Король, спутники, заговор, все это было. Сомневаться не приходилось. Но что теперь? Какая сила кроется в непонятном артефакте? Судя по сорванному залпу, как минимум, способность… Как же назвать? Раздвояться? Тьфу. Размножаться… Ладно. Как-нибудь определимся. Хотя вполне может случиться, что господин в Майбахе уже осознал промашку, и теперь спешит исправить ее привычным для себя способом.
Андрей вслушался в свое состояние. Уверенность в неуязвимости его для бывшего работодателя не исчезала. Он процитировал врезавшуюся в память фразу.
"Пусть остается. — Сказал магистр, по собственной воле расторгая договор. — Извините. Никто вас за язык не тянул, более того, предлагали вернуть чужое. Формально, Ваше Высочество, вы в своем праве. И любое разбирательство будет на твоей стороне".
Неловко зацепив полой плаща миску с Васькиным кормом, опустился на стул.
"Не мешает переодеться. — Сообразил он. — Не дай господь кто увидит".
Поднялся и прошел в спальню, на ходу расстегивая тугой замок плаща. Скинул неудобное платье и, раздумав искать свое, привычное, рухнул на диван. Усталость навалилась, словно в одиночку разгрузил вагон с мукой. Уже засыпая, почувствовал, как под бок умостился верный Василий.
Проснулся, когда в окно вовсю светило неяркое ноябрьское солнце. В сонном мозгу мелькнула заполошная мысль. "Проспал… — Однако выплыло и другое. — Я же теперь свободный человек. Не нужно никуда спешить, и можно спать хоть весь день". Но сон уже пропал. К тому же прогнало дремоту воспоминание о вчерашнем. Сел, прижав хвост недовольному коту, и собрался с мыслями. Сейчас, в свете дня, все казалось нереальным.
"А, и ладно… — Махнул рукой на сложности экс-король. Хотя, почему "экс"? — Осадил сам себя Андрей. Никто меня титула не лишал. Так что, вставай, Ваше Высочество, умываться и вперед. — Он протопал в ванную комнату и залез в душ. — Может снять, корону-то? — Подумал, включая теплую воду. Глянул в зеркало. — Ого. А где корона?
— Потрогал ощутимо сжимающий кожу обруч. — На месте. Так чего? Не виден? Или… Ох, уж это мне волшебство. Так и свихнуться недолго. Проще будь. Жить нужно дальше". И уже не забивая голову чепухой, приступил к умыванию.
Завтракал как обычно: чашка крепкого кофе и стакан молока. Сигарета, выкуренная, по случаю вынужденного воздержания, впервые за два дня, вызвала легкое головокружение.