Дождь как повод для знакомства (СИ)

========== Глава 6. Вдвоём ==========
Захар открыл глаза и понял, что находится в кромешной темноте. Страх понемногу отступил, когда он смог разглядеть очертания окна, из которого лился лунный свет. Ему вспомнились отрывочные воспоминания: салфетка с местом и датой встречи, ночной клуб, прогулка с Андреем, безумные поцелуи прямо в толпе танцующих. От этих воспоминаний волна возбуждения прошлась по телу приятными мурашками. Захар приподнялся, пытаясь оценить окружение и почувствовал, что тяжёлое одеяло сползло с него.
— Андрей? — тихо позвал он.
Где-то внизу послышалось шуршание, затем сонное:
— М?
— Где мы? — спросил он, пытаясь разглядеть очертания парня, похоже, тот расположился на полу, тогда как Захар, судя по всему, находится на разложенном диване.
— У меня дома, — донёсся тихий ответ.
«Чёрт! Как же так получилось?!» — в недоумении подумалось ему, и Захару вдруг вспомнилось, что накануне он хотел пригласить Андрея к себе.
— Почему не у меня? — спросил Захар, садясь на диване. Одеяло сползло окончательно, и парень, почувствовав холод, обхватил себя руками.
— Сколько бы я ни пытался выведать твой адрес, ты ничего не говорил, поэтому привёз тебя к себе, — послышался усмехающийся голос Андрея.
Тот тоже сел, и теперь всё, что видел Захар это светлое пятно обнажённого мужского торса, маячившее посреди тёмной комнаты.
— Извини, что из-за меня тебе пришлось спать на полу, — сказал Захар, непроизвольно задрожав от холода.
— Замёрз? — спросил Андрей.
Забота и искренняя обеспокоенность в его голосе вновь позволили испытать Захару доселе неведомое чувство. Оно заставляло чувствовать себя… особенным. Он услышал шуршание ткани, затем хриплый голос приблизившегося Андрея:
— Укройся ещё одним одеялом, так теплее будет, — с этими словами он расправил одеяло, которое держал в своих руках.
Захар поднялся с дивана, и они оказались в катастрофической близости друг к другу. Он буквально физически ощущал тепло от его обнажённого тела. Видимо, коктейли ещё не выветрились, так как голова категорически отказывалась соображать. Всё, что сейчас хотелось Захару так это оказаться в тёплых объятиях, ощутить эти руки на себе. Захар задрожал, но на этот раз не от холода, а от невыносимой близости тёплого тела Андрея и его горячего дыхания.
— Обними меня, Андрей, — тихо прошелестел он дрожащим голосом.
Донёсся судорожный выдох, затем Андрей набросил ему на плечи одеяло и порывисто прижал Захара к себе, утыкаясь лицом в белокурые растрёпанные волосы. Захар вдохнул его запах, чувствуя, как по всему телу бегут мурашки. Он приблизил своё лицо, фактически уткнувшись носом в обнажённую грудь. Почувствовал несколько волосков и, не удержавшись, провёл губами по коже. С удовлетворением ощутил характерные подёргивания — твердеющий член парня упёрся ему в бедро. Не в силах себя сдерживать, Захар стремительно поднял руки, обвив шею Андрея. Одеяло с плеч тут же соскользнуло на пол. Но это осталось незамеченным обоими парнями, они неистово и с жаром исследовали губы и языки друг друга. Охватившее их сильнейшее возбуждение набирало обороты так стремительно, что ничего, казалось, не смогло бы остановить их. В тёмной комнате слышались звуки влажных поцелуев, едва слышные стоны, прерывистое шумное дыхание и шорох одежды, когда руки скользили по шёлковой рубашке, затем забирались под неё.
Андрей целовал его скулы, уши и шею, слегка царапая щетиной кожу. Одновременно с этим пытался расстегнуть пуговицы на рубашке Захара, но пальцы плохо слушались его. Они всё ещё стояли, когда Андрей, наконец, снял рубашку, скользя ладонями по плечам и рукам Захара. Тот с готовностью подставлялся под неистовые горячие поцелуи, а затем увлёк за собой парня на диван.
Сейчас Андрей нависал над ним, тяжело дыша и смотря потемневшим затуманившимся взглядом.
— Как далеко мы собираемся зайти? — спросил он, с трудом проговаривая слова.
В ответ Захар, не отрывая взгляда от лица Андрея, облизал свою ладонь, а затем рука ловко пробралась под ткань боксёров и обернулась вокруг твёрдого члена. Прерывистый, судорожный вздох донёсся до его ушей, и это был самый приятный звук для Захара. Андрей стиснул челюсти, очерчивая на лице красивые скулы, а когда Захар начал водить по всей длине члена, его рот распахнулся, издавая тихий стон. Этот азарт проснулся в нём совершенно внезапно, ещё никогда он так сильно не желал сделать необыкновенно приятно кому-то. Потому что видеть и слышать, как этот парень стонет от его прикосновений самое сногсшибательное ощущение. Он не давал Андрею возможности опомниться и вызывал своими движениями всё новые и новые стоны.
 
Они переместились так, что теперь оба лежали на боку. Захар уже терял голову от этого безумного скольжения их горячих тел, трения членов друг о друга, влажности между их животами и бёдрами от выделяющейся смазки. Он никогда не испытывал ничего подобного, это не было похоже на то, что было в ночных клубах за дверями туалетных кабинок. Вообще ничего общего. Словно там это было взаимовыгодное сотрудничество, а здесь… сейчас… с ним… всё по-другому. Столько эмоций! Столько ощущений! Потому что эта близость их тел, она придавала какое-то особое значение, словно они доверяли себя друг другу, не опасаясь ничего.
Он льнул к нему всем телом, вновь отстраняясь и снова прижимаясь. Захар покусывал кожу на его шее, водил губами по соскам и груди, чувствуя жёсткие волоски, не забывая сжимать в ладони пульсирующий член и не давал Андрею шанса отвлечься. Когда тот с силой начал толкаться в сжимавшую его ладонь, что-то шепча, Захар понял, что это безжалостное и бескомпромиссное наступление дало свои плоды. После нескольких громких всхлипов Андрей замер, мелко задрожав, и излился на живот Захара, но парень продолжал водить по члену рукой, пока последние подёргивания не затихли, попутно целуя его лицо и прикусывая распухшие от поцелуев губы.
Захар продолжал покрывать лёгкими поцелуями его лицо, когда Андрей окончательно затих и слабо пошевелился, затем распахнул свои пронзительные серые глаза и надломленным скрипучим голосом прохрипел:
— Ты потрясающий, Захар.
Захар выдохнул:
— Ты тоже.
Он продолжал льнуть к нему, его член был такой твёрдый, и так жаждал прикосновений, что казалось сейчас это напряжение, что скопилось в нём, взорвёт его. Андрей молча отстранился, и Захар издал какой-то протестующий звук. А в следующее мгновение, ощутив горячие губы на своём члене, громко охнул, бессильно распластавшись на спине по дивану и запрокидывая голову назад. Это безумство, спонтанное и внезапно возникшее между ними, сводило с ума, сносило крышу, позволяло испытывать ни с чем несравнимое удовольствие. От накативших внезапно ощущений становилось невыносимо, и Захар на полном серьёзе думал, что умирает, он попросту не справлялся с этими чувствами, их было так много. Он не сумел удержаться от громкого стона, когда одна фрикция сменяла другую, и каждая последующая приближала его всё больше к краю.
— О-о-о-х, Андре-е-ей, — простонал он, выгибаясь всем телом и зажимая ткань простыни в кулаках.
Казалось, от переизбытка ощущений он сейчас взорвётся. И он действительно взорвался. Наслаждение накрыло оглушительной волной, и он простонал нечто нечленораздельное, на миг уплывая из реальности, уже не замечая, что горячая жидкость выплеснулась на губы, щёку и затем в ладонь Андрея. Захар немного пришёл в себя, когда тот тяжело дыша, опустился рядом на диван. Никогда ещё ни с кем он не испытывал такой эйфории, такого накала и такой мощной разрядки. Этот парень особенный и Захар тоже ощущал себя особенным в его объятиях.
Он повернул голову и увидел, как внимательный взгляд серых глаз, не отрываясь, смотрел в ответ. Сколько всего было в этих глазах. Захар тут же подался вперёд, хотя звеневшее от испытанного удовольствия тело, не хотело слушаться. Обхватив ладонями его лицо, он с жадностью прильнул к губам Андрея. Тот выдохнул в его рот, затем медленно и проникновенно завладел губами.