Настоящий Американец - 4 (СИ)

— Всё, милая. Ходу! Ходу! — весело закричал я Вайлетт, забрасывая инструменты и пробитое колесо в багажник. Закрепил его там и только теперь как следует рассмотрел место прокола на шине. И кроме него увидел еще и надрез. Как будто шину сначала пытались надрезать и только затем прокололи. Память услужливо восстановила картину, где Вайлетт возилась со шнуровкой своих ботинок, когда мы останавливались на заправке.
— Ну-ка, детка дай сюда! — подойдя к девушке, я дернул ее сумочку за длинную ручку.
Открыл и вывалил на капот ее содержимое.
— Хам! Тебе никто не говорил, что в дамских сумочках мужикам копаться нельзя! Мало ли что там может быть⁈
— Что, например, полная Британская энциклопедия? Или может быть вот эта хрень⁈ — я всё-таки нашел, что искал и продемонстрировал Виолетте её же мультитул Victorinox, который привлекал к себе внимание блеском хрома. — Классная у тебя вещица, дорогая. Тут даже есть шило для прокола колес и перочинный нож, которым ты это колесо резала. Отличный набор для патрицианки!
— Ну, конечно, свали на меня свою неудачу! — взвилась Вайлетт, сгребая с капота свои вещи обратно в сумочку. — Поехали уже. Поскорей бы добраться до Кортина. Видеть тебя больше не могу!
— Бойтесь своих желаний, синьорина, они имеют свойство сбываться, — оскалился я и быстро сел за руль. Классная всё-таки штука, центральный замок. Один щелчок и всё, пассажирская дверь заблокирована.
— Ты что творишь⁈ — закричала Вайлетт снаружи и задолбила сумочкой по крыше автомобиля.
— Зачем тебе себя мучить и ехать больше часа с неприятным тебе человеком? Вот и поищи себе попутчика получше!
— Открой немедленно дверь! Ты не оставишь меня одну на трассе!
Я по-злодейски захохотал.
— Это я и делаю. Всё, детка, чао. Мне нужно еще твоего кузена догнать.
— Уилсон, я тебе яйца оторву! — услышал я крик, когда тронулся, — Ты покойник, американец, покойник!
Из-за перепалки с Виолеттой я потерял еще минуты две, если не больше, так что Джанни опережал меня на достаточно приличное расстояние. Но шанс догнать его всё равно был. И повезло, что дорога на север, в Доломитовые Альпы где и располагалась Кортина ничуть не потеряла в качестве, по сравнению с шоссе между Миланом и Венецией, но стала менее оживленной. И самое главное, тут практически не было грузовиков. Поэтому скорость я смог держать даже большую, чем на первом участке. Правда, всё это в полной мере относилось и к моему сопернику, так что я, несмотря на то, что ехал очень быстро всё равно проиграл.
И обиднее всего, что проиграл на какие-то жалкие секунды, мизерный отрыв для гонки протяженностью за четыре сотни километров.
Я догнал Джанни перед самой Кортиной и в теории мог бы попробовать сделать его уже в самой столице зимних олимпийских игр. Но не судьба. А всё из-за туристов, болельщиков и прочих праздношатающихся по городу людей. Их тут было столько, что тротуаров хватало не везде. Так что риск кого-нибудь прокатить на капоте зашкаливал. Заголовки газет «Американский миллионер-убийца» меня не прельщали. Удар по репутации много хуже, чем проигрыш в безобидном пари. Поэтому Джульетта остановилась на финише после Фиата Аньелли.
Оркестр на центральной площади курортного городка, куда стекались все людские потоки, заиграл марш, фоторепортеры ринулись к нам делать снимки и брать интервью. Джанни сиял, я держал лицо. Не переставая улыбаться, мы на многочисленные камеры пожали друг другу руки и сказали пару слов прессе о прошедшей гонке.
— А где Виолетта? — шепнул мне Аньелли.
— В Венеции вышла. Какие-то срочные дела.
— Вечно у нее семь пятниц на неделе, — без особого недовольства прокомментировал действия ветреной кузины Джанни, а значит был привычен к ее закидонам.
Я встретился глазами с Алессандрой, та подбадривающее мне улыбалась. А вот стоящий рядом с ней Никола сильно хмурился. Не по душе ему пришелся мой проигрыш на Джульетте.
— Ну, начнем? — напомнил мне Аньелли, что час расплаты пришел. Поскольку на наш финиш набежала толпа журналистов, ага, так и поверю, что это было чисто случайно, то Джанни милостиво заменил катание на санках, катанием на спине проигравшего. Не тащиться же на снежный склон, по пути ведь можно кое-кого из борзописцев потерять. А пиару Аньелли такие риски ни к чему.
 
Я понимающе ухмыльнулся и позволил ему запрыгнуть мне на спину. Оркестр заиграл Тарантеллу, и мы на пару станцевали танец, я выделывал па ногами, а Джанни махал руками и призывал соотечественников присоединяться. Возле нас тут же образовалось несколько хороводов. А еще через пару мгновений танцевала уже вся площадь. Спонтанное развлечение пришлось по вкусу всем.
— Джанни, поздравляю тебя с победой! — торжественно провозгласила английская принцесса. Как она вместе со свитой возле нас оказалась, я даже не заметил. Все не мог отдышаться после безумного танца, который затянулся.
По мне Маргарет мазнула лишь рассеянным взглядом.
— Я сегодня устраиваю вечеринку, — она кокетливо поправила воротник своей светлой шубки, как бы закрываясь им от холодного ветра. — Буду рада тебя там видеть. — Принцесса вновь зацепилась об меня взглядом. Немного помедлила, а затем, как бы нехотя, добавила. — Мистер Уилсон, вас я тоже приглашаю. Разбавите вечер историями об американской провинции. Надеюсь, у вас есть хотя бы парочка забавных.
Не дожидаясь от меня ответа, Маргарет вместе со свитой величественно удалилась к припаркованному возле площади Роллс-Ройсу. Это была новинка, модель 1955 года — «Silver Cloud».
Вечеринка проходила на вилле в окрестностях Кортины. Добрался я туда на все той же Джульетте. Рассудил, что если даже перепью, то как-нибудь до отеля доеду или Алессандра довезет. Отпрыски аристократических семей Европы меня не интересовали даже в качестве бабочек на булавках. Сами они дела не ведут, более того, часто не имеют прав свободно управлять своими активами. Так и зачем мне тогда эти бизнес-импотенты? Даже тусоваться с ними — пустая трата времени.
У бельгийского короля хоть влияние в Конго есть с его полезными ископаемыми. А что есть у английской принцессы Маргарет, кроме апломба? Эти ее «побеги из дома» к самостоятельности в делах никакого отношения не имеют. В общем, не интересна она мне от слова «совсем».
Но тащиться на ее вечеринку пришлось. Вот такая противоречивая проза жизни.
Осталось узнать зачем понадобился принцессе я.
— Фрэнк, поведай же нам, как простой парень из Апстейта стал миллионером? — капризным тоном продолжила меня пытать Шарман, действуя по наущению своей королевских кровей подруги.
Сама Маргарет стояла рядом с бокалом чего-то алкогольного в руке и усиленно делала вид, что лишь выполняет миссию хозяйки вечера, и если бы не это, то к янки даже не подошла бы.
— Америка — страна возможностей, — дежурно ответил я, сделав очередной глоток водки с вермутом из бокала, на треть заполненного кусочками льда.
При этом я бесцеремонно раздевал принцессу взглядом, надо же было мне спровоцировать ее на эмоции. Небольшого роста, если бы не высокие каблуки, то она дышала бы мне аккурат в сосок. Фигуристая, с неплохой грудью, которую лишь слегка прикрывала тонкая ткань платья. Слишком уж глубоким было декольте. Шея принцессы была безупречна и, вообще, у Маргарет была отличная кожа, так и хотелось попробовать ее на ощупь. Но особенно притягательными у принцессы оказались ярко-синие глаза. Если бы не высокомерие во взгляде, я может быть и увлекся ей, как женщиной. Хотя вряд ли. Мне же на самом деле не двадцать три года, и риски я просчитывать умею. А они от связи с дамой королевских кровей уж очень высоки.
— Почему вы проиграли? — вдруг спросила принцесса, перестав делать вид, что ее тут нет.
— Досадная случайность — колесо спустило.
— В город вы въехали одновременно с Аньелли. Джанни вас всего лишь на корпус опережал, — оказывается у дамочки есть штат осведомителей, не сама же она меня на въезде встречала. — Вам ничего не стоило его обогнать по улицам города.