Назад в СССР: Браконьер (СИ)

— Гляди, здесь он терся спиной о кору. Клочки шерсти видишь?
— Ну да. И зачем он это сделал?
— Запах свой оставляет, — неуверенно ответил старик. — Ничего не пойму, обычно они так делают весной. Ага, смотри еще и когтями кору подрал.
И верно — внизу, под стволом на снегу виднелись содранные ошметки древесной коры с клочками жесткой шерсти. На уровне человеческого роста я заметил глубокие борозды от когтей.
— Матерый зверь, — хмыкнул дед. — Весу килограммов под триста пятьдесят будет.
Я догадался, что по отметинам он предполагал возраст медведя.
Больше Матвей Иванович ничего комментировать не стал, просто вздохнул и молча двинулся дальше. Еще несколько раз он присаживался рядом со следами, задумчиво вертел головой по сторонам и бурчал себе под что-то нечленораздельное. Я смотрел на это дело скептически — чего он там разглядел⁈
Еще через километра полтора, он резко остановился. Уставился на север, судя по компасу.
— Дальше не пойдем! — негромко выдохнул он.
— Почему?
— Он знает, что мы за ним идем. Хитрый, гад. Не мы на него охотимся, а он на нас.
— Да ладно, серьезно? — насторожился я. — И куда он нас ведет?
— В «Ведьмин» бор. Там место глухое. С одной стороны ручей, с другой небольшая скала. Со всех сторон бурелом.
— В ловушку, что ли?
— Вроде того. Коварный зараза, — подвел итог лесник. — Ну нет, по его правилам мы играть не будем. Идем обратно, будем пробовать иначе.
— Возвращаемся в Соболевку?
Он молча кивнул, затем круто изменил направление. Немного постояв на месте, я последовал за егерем. Идти той же дорогой, по которой пришли сюда не стали — кажется, у старика был какой-то свой хитроумный план, о котором я мог только догадываться.
Прямо на ходу подкрепились вяленым мясом. Конечно, жевать его было неудобно, однако я прекрасно знал, что это отличный способ для перекуса. В нем много белка, оно сытное и прекрасно утоляет голод. Практически не портится и всегда под рукой. Однако тем, у кого по какой-то причине проблемы с зубами, его лучше не употреблять.
Съели по паре сухарей, запили водой. А я еще и медовухи отпил из второй фляги, что досталась мне по наследству.
Я пожалел, что не было термоса — от горячего чая с травами я бы сейчас точно не отказался. К сожалению, в пятидесятых годах в СССР еще не было термосов. По крайней мере, в продаже точно.
Впрочем, медовуха лесника была очень даже кстати и согревала не хуже.
Продолжая путь, я полагал, что егерь ведет меня в какое-то укромное место, что у него есть определенный план. Но к моему удивлению, когда часа через полтора мы вновь вышли к границам поселка, я вдруг понял, что никакого плана не было и в помине. Мы просто вернулись обратно, только с другой стороны.
— И что мы так все бросим? — недовольно поинтересовался я. — Только зря столько времени потеряли.
— Что бросим?
— Ну… Я думал, мы на медведя охотимся. Разве нет?
Старик покачал головой.
— Это он охотится на нас. Ты еще не понял, что зверь крайне хитер? Нахрапом его не взять. Знаешь, что было бы, если мы прошли дальше? Зашли бы в бор, осмотрели его и ничего там не нашли. Расслабились бы, потеряли бдительность. А на выходе, он бы рывком напал на замыкающего. То есть, на тебя.
Я невольно поразился.
— Напал бы быстро, молниеносно. Быть может, я сумел бы его убить, а может и нет. А вот для тебя на этом все и закончилось бы. У нас нет собак, а охотиться на него в лесу без них глупо. В любом случае, такой расклад меня совершенно не устраивает. Мы не на охоту ходили, а на разведку.
Я раскрыл рот от удивления, а спустя пару секунд с трудом выдавил:
— Они что, настолько умные?
— Сложно сказать, — он посмотрел мне прямо в глаза и погрозил пальцем. — Однако запомни, никогда не недооценивай дикого зверя. Это его стихия, а не наша.
Честно говоря, я был в недоумении. Ну да, медведь опасный лесной хищник, сильный и выносливый. Но что ни говори, а это просто дикий зверь. Животное. Я всегда придерживался мнения, что самый опасный противник это человек. Уж его-то повадки я знал и умел противостоять им — за военную службу и многочисленные командировки чего я только не повидал… С какими мразями только дел не имел…
 
— И что мы теперь будем делать? — сглотнув, спросил я.
— Ждать, там посмотрим. Однако ночью придется бодрствовать. Есть у меня кое-какая задумка.
Вышли на центральную улицу. Жители Соболевки предпочитали сидеть дома — что на холоде на улице делать?
В поле зрения попали две группы вооруженных патрульных. Видимо председатель, уже утвердил патрулирование поселка и скорее всего, Гришка Денисов был в одной из них. Я ожидал встретить крепких мужиков, но попадалась только молодежь или старики, возрастом даже постарше егеря.
— Эй, Иванович! — окликнули лесника проходящие мимо патрульные. — Ну как успехи? Нашел шатуна?
Мы подошли ближе.
— Пока нет. Не простой это зверь. Злобу он за что-то затаил, — негромко произнес он. — Будьте внимательнее, ночью опять придет. Кажется, знаю, где он мог обосноваться.
Оба патрульных переглянулись.
— Хорошо, будем начеку!
На этом мы и разошлись.
Сами вернулись обратно домой. Доели сварганенный мной кулеш. В целом, он оказался довольно неплох, но старик все равно ворчал, что у меня руки не из того места растут. Это он еще современные ресторанные блюда не пробовал, ага.
— Матвей Иванович, а почему у тебя часов нет? — во время трапезы спросил я. — Это личное?
— Не нужны они мне, — отозвался тот.
— Да ну… А как же ты время узнаешь?
— А мне оно без надобности. Я никуда не тороплюсь, на свидание мне идти не нужно.
— Ну а как же распорядок дня?
— Я его нутром чую. В голове у меня, а остальное неважно. А если часы нужны, то там, в ящике лежат. Если хочешь, забирай.
Разбираемый любопытством, я поднялся с места, прошел в сени и заглянул в ящик. Там было много охотничьего и другого скарба, но мое внимание привлек небольшой жестяной коробок, с гнутой крышкой.
Распахнув его, я обомлел. Внутри лежали три медали и настоящие командирские часы. Взяв последние в руки, я убедился, что они работали без нареканий.
Признаюсь, подобного я не ожидал совершенно. Подняв голову, с уважением посмотрел на старика — а тот, спокойно, как ни в чем не бывало, сидел на лавке и пил медовуху.
Медаль за отвагу я знал более чем хорошо. В будущем, ее изображение будет знакомо каждому военнослужащему. В эти годы это весьма достойная награда, которую вручали за особые подвиги, совершенные в ходе Великой Отечественной войны. Второй медалью оказалась награда за взятие Будапешта, а третья за взятие Вены. Ну, прям воин интернационалист. Кажется, егерь далеко не так прост, как кажется.
— Ни хрена себе! — поразился я, рассматривая награды. — Иванович, откуда у тебя это?
Тот что-то проворчал, но я не расслышал.
— Выходит, ты офицер Красной Армии? — уточнил я.
— Не офицер. Старшина, — поправил он, глядя куда-то в сторону.
— А медаль за отвагу за что? — такие вопросы задавать бестактно, но у меня это машинально сорвалось с языка. Раз дали, значит, было за что.
— За дело, — недовольно отрезал тот, поднявшись с места. Затем добавил. — Часы нашел?
— Ну да.
— Вот и забирай. А расспросы тут нечего устраивать.
Признаюсь, когда я лез в ящик со скарбом, думал, что найду там какие-нибудь пыльные настенные часы. С кукушкой. Но эта находка меня просто поразила — само собой я не посмел взять командирские часы. Не уважительно это. Военная солидарность.
Я осторожно сложил содержимое обратно в коробок, а его вернул на положенное место.
— Чего ж не взял? — ухмыльнулся Матвей Иванович, наблюдая за моими действиями.
— Не положено мне, — ответил я. Это чувство было сложно объяснить, но как бывший офицер Российской армии, я знал, что поступаю правильно.
Больше в тот вечер мы эту тему не вспоминали.
Прибрав со стола остатки еды, общими силами навели порядок в доме.