Там, на неведомых дорожках... (СИ)

Здесь было свежее, скорее всего рядом располагался крупный источник воды. Двигаясь дальше на восток, я услышал что-то вроде журчания или гула и дальше шел уже на звук. Вскоре я вышел к горной реке. Она текла по неглубокому ущелью на север или северо-восток, под уклоном градусов в двадцать и километров через десять вытекала в долину. В южном или даже в юго-западном направлении, метрах в пятистах от меня начиналась красивая система невысоких водопадов. Перетекая от платформы к платформе, переливаясь из чаши в чашу, они словно по ступенькам спускались с горы. Вода в реке была прохладной. Глубина потока колебалась от полуметра до двух.
Я снял лапти и пошел вдоль русла вверх по течению. Идти в принципе было не сложно, камни оказались окатые, но влажные и скользкие. В лаптях был риск поскользнуться и получить травму, также они могли раскинуть от влаги. Затем по платформам и уступам, образованными водопадами, порядком поднамокнув, я поднялся на вершину горы, на плоскогорье.
Похоже, что оно образовалось на месте жерла потухшего вулкана, было окружено скалами по периметру и имело вход в северной части, куда утекала речка и через который я вошёл. Плато представляло собой большое озеро двух километров в диаметре. На его южной границе горы начинали стремительно расти. Сама южная часть озера представляла собой систему плоских слоистых платформ, заполненных зеленовато-желтыми лужами и мхом. По берегам луж имелись выходы желтого минерала, а от них самих смердело тухлыми яйцами. От некоторых луж и из трещин возле них шел пар, а за то время что я их изучал два раза с шипением извергались десятиметровые гейзеры. В восточной части скал, окружавших озеро, я заметил множественные выходы соли и систему мелких пещер и разломов.
Получается озеро состояло из трёх уровней — серных луж с гейзерами, соленого водоема в форме полумесяца и основного яруса — бездонного жерла вулкана, заполненного водой, которое через систему водопадов давало начало речушке, по ущелью стекающей в долину.
Невероятно живописное место и невероятно полезное. Здесь присутствовала и соль, и сера, и ещё бог знает какие важные и несомненно нужные мне минералы. В реке во время подъема я видел рыбу, значит и в озере она есть. А учитывая специфику происхождения озера в нем вполне могут обитать и даже реликтовые виды животных, динозавры, например, или какие другие ископаемые, которых уже не осталось на остальной планете.
Если бы здесь обнаружилось ещё и железо, то я бы точно остался здесь жить. С дровами проблема, но можно будет натаскать их из долины. Ну и, пожалуй, с солнцем беда, световой тут является не самая продолжительная часть дня. При этом южные источники явно геотермальные, что не даст замёрзнуть даже зимой, и позволит оборудовать что-нибудь вроде паровых молотов или ещё чего получше. Можно будет жить с рыбалки или приловчиться к охоте на горных коз, чтоб добыть меха и шкуры. А если поискать места гнездовья местных птиц и собрать их помет, содержащий селитру, то при наличии серы и угля можно рассчитывать на синтез пороха. Не его ли я давеча хотел использовать для победы над лесным монстром? Да и вообще, распространяются ли на горы его владения? Может если прижмет — здесь отсидеться?..
Лагерь я решил разбить возле соленого водоема. На этом ярусе было достаточно тепло и не слишком воняло серой. В озере можно было наловить рыбы, но дров для разведения огня поблизости не наблюдалось. Дилемма, мясо есть, а приготовить его не на чем. Хотя мясо-то тоже гипотетическое, его же еще поймать надо.
Разбив лагерь и складировав вещи, я отправился исследовать местность. Осмотрел озеро, прогулялся по его берегам. Вода была прозрачная, дна видно не было — прозрачность постепенно сменялась голубизной, потом наливалась синевой, а затем терялась в сумеречной темноте. Взором можно было пронзить метров сто водной толщи, но этого вполне хватало чтоб ощутить смутное беспокойство и даже страх — лезть в воду совсем не хотелось. В воде на разных глубинах то и дело появлялись рыбины, крупные и мелкие, круглые и длинные, в одиночку и косяками. Берега оказались не однородные, где-то изрезанные, колючие и неприступные, но чаще наоборот покатые, с удобными подходами к воде. Добравшись до соляных пещер, я первым делом попробовал соль, она слегка горчила. Затем осмотрел пару пещер, испещренных соляными сталактитами и сталагмитами. Входы были слишком узкие, да и смысла лезть в них не наблюдалось. Естественно, я изучил и выходы серы. Соскоблил немного желтоватого порошка с коричневыми и зелеными вкраплениями. Потёр между пальцами, понюхал… лизать не стал. Всё одно я не знал, как определить сера это или нет. Знал лишь что пахнет как протухшие яйца. Запах запахом, а вот что-то мне подсказывает что источники эти если и не целебные, то уж точно полезные. Поэтому устроил себе релаксационные процедуры: принял горячие серные ванны, повалялся в соленом бассейне и осторожно омылся в пресном озере. Усталость и разбитость как рукой сняло.
 
Можно было попробовать спуститься в долину и поискать топливо для костра, или попробовать по восточному склону спуститься на плато — там тоже была растительность. В долину идти дольше, но легче будет поднимать дрова, на плато попасть быстрее, но с подъёмом дров будет тяжелее. Дилемма.
Я связал остатки крапивной нити и получил бечевку метра три длиной. Из подходящих птичьих костей сделал несколько рыболовных крючков. Если рыбалка не задастся, то привяжу веревку к стреле и буду ловить рыбу луком. Пообедал остатками ягод и орехов, и принялся рыбачить. Интересно, конечно, рыба контактная, любопытная, хватает даже голый крючок пока он тонет. Но это не рыбалка, удочки нет, поплавка нет, наживки нет, рыбу не прикармливал. Крючок на леске еле держится, рыба на крючке вообще не держится. Поизвращавшись минут пятнадцать и упустив трех рыбин и один крючок я решил не маяться дурью. Привязал бечевку одним концом к стреле, а другим к луку и начал охотиться на рыбу. Лук, как оказалось, у меня слабоват, вода сильно гасила скорость стрелы. Надо будет думать, как его усилить или делать новый. Сейчас натяжение лука по ощущениям около шесть-восьми килограмм. По-хорошему надо сделать его мощнее в два раза, тогда можно и на оленя идти и на кабана. Тугим мой лук казался с непривычки, надо ввести себе в график ежедневные тренировки по стрельбе из него чтоб прокачивать и развивать нужные группы мышц.
Рыба была непуганая, часто подплывала к поверхности и к берегам озера. Я подстрелил трех рыбин с разных позиций. Стрелы пробивали их насквозь и рыбы особо даже не трепыхались, начинали всплывать вверх. Все три рыбины были разными, не являясь заядлым рыболовом и в принципе недолюбливая морепродукты я плохо в них разбирался и не мог сопоставить с земными аналогами. Все три были серебристые, две размером с локоть, треть была более плоской, размером в полторы пяди. У одной оказались выраженные губы и небольшие усики. Я выпотрошил добычу, почистил и густо намазал новоприобретенной солью. После чего направился в долину за дровами и на разведку.
Ущелье реки изобиловало вкраплениями известняка, не удивлюсь что именно он и предавал белый цвет северной гряде в целом. Спускаться было легче чем подниматься, я надел лапти и спускался вполне себе посуху. На пути повстречалась всего пара трудных мест, где пришлось разуваться и мочить ноги. Путь до долины занял у меня часа два. Осмотреться в долине уже особо не было времени, скоро стемнеет, а мне еще назад с дровами подниматься километров семь-восемь. Для себя отметил, что долина была просторная, заросшая травой и обильно усыпанная камнями-валунами. Города или других следов цивилизации на первый взгляд не обнаружилось. Деревьев было не мало, кустарника еще больше. Они группировались в небольшие рощицы. Я собрал сушняка, наломал подсохших веток, собрал сухостоя, рассортировал все это пучками, а затем сложил огромную кучу, утрамбовал как мог и стянул лыковыми веревками. Взвалил на спину и, речитативом декламируя бессмертные строки двинулся к биваку: «Гляжу поднимается медленно в гору лошадка, везущая хворосту воз».