Шерловая искра (СИ)

Остаётся один вариант — Идриль. Но как? Воображение живо нарисовала нашу Шапокляк с ридикюлем подмышкой, из которого она, коварно похихикивая, извлекает напильник… Бред. Не иначе, как кого-то из слуг подбила на это преступление.
А в зале тем временем воцарился бардак. Кто-то повскакивал с мест, пока все, кто оказался поблизости выковыривали рыдающую Сапфиру из-под стола. Закан нетрезво прыскал в кулак (Где уже с утра успел набраться?), Лейтиан, не обращая внимания на такую незначительную суету, никого не дожидаясь, приступила к трапезе. И посреди всего гневной статуей стояла Амидала.
Честное слово, в какой-то момент даже показалось, что каштановые волосы женщины зашевелились, как змеи в причёске Медузы-Горгоны. Видимо, тоже не поверила в очередную «случайность».
Переводя взгляд с одного на другого в поисках виновника дочкиного позора, она, наконец, справедливо остановила его на Идриль. И вот тут, встретила такой отпор, что полыхнула краской. Играть в гляделки наша бабушка явно умела не хуже её. Какие-то секунды длилось это противостояние, после чего мать и дочь удалились (читай, сбежали) из-за стола.
Честно сказать, я даже подумала, что семейка тут же и покинет замок, но нет. Не поверите, в Хальдаде модницу всё ж таки удержали мои пуговицы. Однако, надо отдать должное, взрослая и более умная Амидала оценила предупреждение от нашей защитницы и предпочла приструнить своё неразумное дитя и не рисковать, развязывая войну на чужой территории с таким могучим и опытным противником, как Идриль.
Простите, может быть это не совсем правильно и гуманно, но признаюсь честно — настроение поднялось. Даже появилось ощущение праздника. Оставшуюся часть дня присутствующие поднимали заздравные тосты, за все щёки трескали богатый набор приготовленных блюд и закусок, а дамы едва дождались, когда завершится строгая официальная часть и можно будет поближе поразглядывать наши с Роном наряды.
В общем, как и планировалось, пуговицы произвели фурор. Первые клиенты, готовые понести новинку в народ, горели желанием заполучить такие удобные приспособления буквально сию минуту. И очень огорчались, что это невозможно. На данный момент в запасах имелись лишь маленькие керамические пуговки для нижнего белья, и то не в том количестве, чтобы обеспечить возникший спрос.
Ну ничего, дело поправимое — было бы желание.
И ещё, когда ажиотаж немного спал, мы с Нэсси зажали Идриль в тёмном углу и, таки, допытались, за что нынче схлопотала Сапфира. Вроде же нормально себя последнее время вела и почти не бликовала, где не надо.
Так вот оказалось, что эта балбеска довела нашу бабулю до греха своим намерением устроить провокацию мне и Рону. Ну то есть никак не хотелось ей смиряться с поражением в первом раунде, вот и задумала устроить какую-то там публичную сцену. А язык за зубами удержать не догадалась.
— Сама слышала, как хвалилась Лейтиан, что тебе несдобровать. — надула губы Идриль, — Так что, поделом мерзавке.
— Поделом. — хором кивнули мы с Нэсси и расцеловали её сморщенное лицо.
Страшно подумать, что бы было, окажись я здесь без такой поддержки.
А дальше события понеслись стремительно, и пытка свадьбой закончилась так быстро, что я даже немного растерялась. Хоть и порадовалась несказанно.
  
43
 
Пока суть, да дело — незаметно подступила зима. В суматохе подготовок, приездов, решения организационных вопросов, а также разгребания последствий глупейших интриг, я как-то даже упустила из внимания, какая красота наступила на улице.
Ну то есть, конечно, мимоходом отмечала, что вот выпал первый снег, растаял, превратив землю в лужисто-грязевое месиво. Что поутру всё стало покрываться тонкой слюдяной корочкой искристого льда, а деревья сбрасывали свои роскошные одежды, готовясь к холодам. Но всё это на бегу, без настоящего чувственного осознания.
Насуада с Идриль, поглядывая в окна, молились Асфите, чтобы к церемонии она успела нарядить мир в снежный убор — так и случилось. К храму милосердной богини мы ехали по пушистому белому покрывалу, любуясь лёгкими пуховыми облаками, усыпавшими рдевший остатками осенних красок лес мириадом ледяных звёздочек.
 
Какое утро! Свет, из брега в брег,
Наполнился бездонной тишиною.
Над полусонной золотой тайгою
Парит, раскинув крылья, первый снег,
Подобно лебедю над Ледою нагою.
И мнится: время замедляет бег,
Оберегая встречу двух влюблённых,
Сиянием его чертогов тронных
До сей поры жестоко разлучённых
И вновь соединённых не навек.*
Какая-то я неправильная невеста. Впору бы проникнуться моментом бракосочетания, а мне, понимаешь, дух от открывающихся природных пейзажей захватывает. Наверное потому, что весь этот свадебный процесс — сплошная фикция. Мы с Роном уже давно муж и жена, а сейчас лишь исполняем необходимые формальности.
Церкви покровительнице природы и семьи здесь ставили почти во всех населённых пунктах, и путешествие получилось относительно недолгим.
За пределами стен Хальдада в живописном месте на берегу нашего озера имелась семейная часовенка, но все «понаехавшие» туда бы просто не поместились. Поэтому для регистрации законных отношений был выбран храм на окраине города Сантеро, расположенного от нас в двух часах пути.
Подробно описывать сам храм, думаю, не стоит — он представлял собой аналог наших церквей. А вот церемония как раз отличалась от привычного ритуала венчания.
Проводилась она на улице. Рядом с обителью служителей богини располагалась большая, аккуратно мощёная камнем, круглая площадка, в центре которой возвышалась статуя Асфиты и что-то вроде низкой трибуны, на которой лежала толстая книга.
От этого места центрически расходился лабиринт, обозначенный обработанными светлыми голышами, размером с кирпич. Сквозь круги к сердцевине номинальной «мишени» вела прямая широкая дорожка, сверкавшая чистотой так, будто её за пять минут до нашего приезда выдраил Мистер Пропер собственными руками.
Навести подобную идеальную стерильность было очень предусмотрительно со стороны храмовников, за что им моя глубокая благодарность. Сами понимаете, мести липкий снег многочисленными подолами свадебного наряда было бы совершенно неуместно.
Юбок, делавших верхнее роскошное платье пышным, на меня снарядили столько, что и в сорок градусов, наверное, мороз не добрался бы до моих ног. Вымокнут — вся торжественность порушится. Не зря, всё-таки, над ним (платьем) столько бессонных ночей провели мастерицы, красота получилась необыкновенная. Несмотря на обилие жемчужной вышивки, оно не смотрелось тяжёлым (хоть на деле и являлось таковым).
Нежное белое облако юбки контрастно оттенял атласный пояс глубокого изумрудного цвета (понятное дело, тоже богато расшитый). Плечи укрывала тёплая меховая пелерина, окантованная пушистым мехом, а на шее…
Вообще-то я планировала украсить декольте чем-нибудь лёгким и воздушным. Но утром свадебного дня меня ждал сюрприз — подарок от Рона в виде изумительного ожерелья с редчайшими звёздными рубинами и изумрудами. Вопреки кажущейся массивности, украшение легло в образ, как родное.
Но вернёмся к церемонии. Не знаю, как они исполняют её, например, в дождь — может быть, переносят внутрь храма, но сегодня погода была прекрасна. Гости заняли места внутри лабиринта в зависимости от степени родства (чем ближе по крови, тем «центрее»), служители Асфиты в светло-зелёных балахонах встали по границе внешнего круга и затянули гимн — тот же самый, что пели девушки при экстренном оформлении нашего брака в доме мачехи — светлый и заунывный.
Ведущий обряда, одетый в более тёмное, чем у остальных, облачение, замер в начале дорожки, дождался нас с Роном и открыл шествие к статуе. Дойдя до цели, он воздел руки к небу и, продолжая стоять спиной к нам, обратился к Асфите с молитвой.
В общем и целом, храмовник всё сказал и сделал за нас. Мы просто стояли безмолвными истуканами, склонив головы и взявшись за руки. После того, как он наговорился, нам поднесли яблоко на серебряном подносе. Ронан надкусил его, отчего спелый зелёный фрукт из закромов святой обители стал похож на вторую луну, и вручил мне.