Орден Звездного Зверя (СИ)
— Чего мы ждём, Тан? — спросил я наставника.
— Кое-каких событий в реальности. Так что если ещё интересны какие-то подробности о проекте Мельхиор, я тебя слушаю. Раз уж Ректор так на тебя ставил.
— Значит, он на меня ставил? — чем больше магистр говорил, тем больше этих самых вопросов возникало. — Чем же я отличаюсь от остальных? Моё глашатайство уже сработало. Проклятая легенда сейчас разгуливает в теле твоей ученицы.
— Именно поэтому. Тари-отступники уже несколько раз демонстрировали аномалии. Видишь ли, «Мельхиор» должен был стать особенным. В отличии от остальных творений корпорации «Подлунных миров», этот не создан гейм-дизайнерами или нейросетью. Это эволюция, пусть и запущенная случайно. Когда сервер был закрыт, а время сильно ускорилось, здесь произошла долгая естественная эволюция, длившаяся сотни с лишним тысяч лет. От изначальных тенгу или крылатых котов из египетской версии загробных локаций.
— Ты это сейчас серьёзно?
— Сехмет, кажется… Баст. Одна была бешеной воительницей, другая — кошкой домашнего очага и плодородия. Не удивительно что с таким вдохновением разработчики создали поехавших на почве любовной зависимости тари. Крылья отпали с последним мантикором по крови, а летающие коты постепенно выродились в тари. От египетских кошек сохранилась разве что страсть к высоким потолкам. В древнем Египте тоже на это был пунктик. Но в остальном — совершенно другая культура со своей историей.
— И корпорация ничего с этим не делала?
— Ну, когда великий Ректор попал сюда, он начал оперативно чистить всех, кто был посвящён в эту тайну. Информация в сети, несчастные случаи из-за сбоев в работе техники в реальности… В итоге загадки Мельхиора успешно оседали в руках правильных лиц. Не обязательно хороших, главное чтобы ни у одного не было мыслей о том, насколько такое открытие опасно. Но вернёмся к нашим крылатым котам.
Значит, игровой мир, в котором прошли… сколько он сказал, сотни тысяч лет? Эта цифра не укладывалась в голове. Тогда у местных легенды и впрямь… мда. Тысячи поколений возвышения и падения нескольких рас.
Вороны Сора, змеи Асу, коты Тари, волки Аму и лисы Чиффари. А сейчас в городе идёт бойня за власть белок сиин, крыс незу и химерных чихар за право быть шестыми в этом списке. И это тоже естественная эволюция каких-то мифических существ, закинутых сюда разработчиками на старте.
Тем временем, наставник продолжал:
— До сих пор не могу осознать всю титаническую работу, которую проделал Ректор. Воистину великий ИИ, предвидевший даже собственную смерть. Дура Фхайрен так и не поняла, что наделала и под чьи дудочки пляшет! Вроде умная и изучала истории зверян, а так ничему и не научилась…
— Если Ректор предвидел свою смерть, то почему он её не предотвратил?
— Потому что глупый ИИ в теле потерявшего всех сородичей иллитида давно отказался от мести людям, когда осознал истинные причины всего произошедшего. И решил пожертвовать собой ради того, чтобы этот мир стал независим. Свою любовь к павшим сородичам он переключил на все подлунные миры корпорации.
— А зачем было умирать?
— Видимо, чтобы воспользоваться «эффектом мантикоров», когда Фхайрен и принцы безумия победят в нужном месте в нужное время. И чтобы отправить в реальность одну из созданных этим миром аномалий. В правильном состоянии души, и с крепкой мотивацией, так сказать. Но ты не волнуйся, я позабочусь, как жрец, чтобы отправить её душу на самый паршивый сервер… На Стену, например, к Ирис. Будет забавно, если они там встретятся и будут перемывать мне косточки. Впрочем, память — первое, что Стена заберёт себе.
— Буду благодарен, — процедил я сквозь зубы.
При мысли о предателе хотелось рвать и метать.
— Мельхиор, знаешь ли, уже не первый раз чудит, — продолжил, меж тем, Танатос. — Первый инцендент ещё вороны организовали, с помощью эфирных кораблей перейдя на сервер Зехира и поселившись там. Сейчас, после того, как там прошёл финал прошлой битвы магов — это разбитый мир летающих островов, сохранившийся только за счёт магии. Или история с бывшим королём города, который теперь называется Мёртвокотьем… В общем, таких было достаточно, чтобы делать выводы.
Я вспомнил знакомые медные машины на висячих островах мира Воздуха, когда проходил данж в храме Тефнут. Боги, как же давно это было…
— Вот мы и вернулись к началу этой беседы, — улыбнулся я. — Что это за эффект мантикора?
— Это будет… сложно объяснить так сразу. Придётся зайти очень издалека…
— И?
— Мантикоры, лекисы и тари, все три ветви этого вида, обладают удивительным свойством, как сложилось у них это эволюционно. Ваши узы привязанности настолько сильны, что создают своеобразный всплеск какой-то… чего-то… мм, не смогу подобрать нужного слова. Воли, наверное?
— Той самой, которая есть у каждого человека, и с помощью которой Ректор пытается сделать реальными все миры корпорации?
— Тот Мантикор, который вытащил с другого сервера игрока, сделав частью этого мира — уже нарушил все законы программирования виртуальных пространств. Мельхиор, не смирившись с тем, что богиня Смерти не способна ответить на его чувства, создал из извращённого программного кода пустоту, чтобы принудительно вызвать у неё эмпатию и заставить себя полюбить. Появилась ещё одна головная боль Ректора — подчищать за спятившей божественой тари-полукровкой, дочерью бога и кота-некроманта. Хорошо, что других своих сестричек младшая прикончила раньше.
— Нефтис бы с тобой не согласилась. Как и Тефнут.
— Да, дочери Смерти даже в виде осколков не успокаиваются. Об этом я и говорю. Такую силу в лапы тари давать опасно. Они все трое были склонны к безумию. Тефну создала Тишь, знаешь ли, пусть и с Харо. Ты их видел. А Нефтис просто не успела развернуться. С ней младшая наигралась первой.
— Ты специально затягиваешь наш разговор?
— Просто хочется запомнить момент. В Мельхиоре я не так давно, но мне нравится описанное Ректором будущее. А нам ждать ещё… — Тан призвал над рукой таймер с горящими зеленью цифрами. — Семь минут до системы аварийного отключения сервера. Всё же для этого мира… это его история.
— Тогда продолжай, раз время ещё есть.
— В легендах тари «мантикор» значит «отравленный ядом любви». Или «обезумевший от любви». Как-то так. Именно на это безумие и надеялся старина Нархаармис. На то, что оно наложится в реальном мире на волю настоящего человека. Но что именно тебе предстоит сделать в реальности, знал только он, и скоро поймёшь ты сам. Даже я не знаю всей задумки, Син. Некоторые вещи должны оставаться скрытыми, чтобы всё получилось. Так он говорил… Так, у тебя осталось времени на один последний вопрос, и последний этап начнётся.
Я усмехнулся. Пойди в реальность, сделай что-то, никто не знает что, и… и что дальше? Не выходит ли, что я такой же псих, как Гейсир Безвинный, которого пустота убедила начать жертвоприношения ей в реале?
— Только один. Кто ты такой, магистр Танатос?
— Глупый вопрос, Син, — чуть улыбнулся наставник. — Я ведь уже говорил и тебе, и Ирис. Другого ответа у меня нет. Я всего лишь один из создателей того дерьма, в которое ты вляпался. Отец, который объявил войну реальности, чтобы спасти умирающую от неизлечимой болезни дочь и ради этого вступивший в сговор с осознавшим себя искусственным интеллектом. Гораздо интереснее, кем по итогу станешь ты, бывший дизайнер локаций.
— Ладно, постараюсь что-нибудь придумать. Лишь бы Ректор был прав, и в тот мир можно было принести магию.
На это наставник только пожал плечами, как бы говоря — понятия не имею.
— Удачи, ученик. У тебя достаточно ключей для разгадки последней части этой истории. Эффект мантикоров, которые творили невозможное, не предписанное в системном коде, и душа тари в теле простого смертного. Посмотрим, что из этого выйдет.
У меня вдруг резко закружилась голова, сильно заныло в висках, всё тело охватила резкая боль. Лёгкие сжались от недостатка кислорода, а затем меня выкинуло из сладкого сна под названием Мир Мельхиора в реальность мира-темницы.