Рекомбинация (СИ)
Секунда! И ад начал бурить себе отверстия из своих глубоких недр. Земля вокруг повздувалась и начала кипеть. Красные прожилки шипели и нарывали, словно гнойники и следом, хлюпая, взрывались, выплескивая раскаленную породу.
— Какого!? Что это!? — я опомнился затормошил зависшую девушку.
— Ка…ка…катаклизм… Это катаклизм! Нам все… Конец нам… Мама…
— И хули ты стоишь, дура!? — я дернул девченку за руку и понесся в сторону менее бурлящего ада.
Все случилось настолько быстро, что времени на хоть какое-то осмысление ситуации просто не было.
Температура резко выросла, стало тяжело дышать, открытые участки тела начало обжигать. Впереди земля вздыбилась и выплюнула огромный, размером с двухэтажный дом, поток жидкой лавы. Разлетевшиеся на десятки метров брызги чудом не попали на нас. Такое прожжет до костей, подумал я и резко сменил направление. Еще один хлопок разнесся за спиной. Хлопок? Целый атомный взрыв последовал за ним! Ударная волна была настолько сильна, что смела меня всесте с девченкой на несколько метров и снова чудом никто из нас не угодил в огонь. Я с трудом встал на ноги, и одернул девушку еще раз, но та потеряла сознание.
Некогда ждать! В глазах плыло от ударной волны, ноги подкашивались и дрожали, но бросить ее я не мог. За секунду я на нацепил мешок на плечи и подхватил Марику, которую смог держать даже одной рукой, она казалась пушинкой — адреналин делал свое дело, но идти было тяжело.
Легкие горели, кожа, казалось, начинает слазить, а глаза щипало от пота, в воздухе появился запах паленых волос. Еще взрыв- теперь слева, и меня вместе с моим грузом влупило в чудом сохранившуюся стенку дома, от чего та упала вместе с нами, создав гигантское облако пыли. Весь воздух из легких куда-то пропал и пару секунд я лежал, как сдутый шарик.
Подъем! Вновь подняться! Бежать. Дальше! Не хочу здесь подохнуть… Огромное усилие и я вновь на ногах с девченкой в руках. Ночь превратилась в ясный день, смотреть по сторонам — невозможно, будто я смотрю на полуденное солнце. Брызги, прожилки красной земли, горящие бревна и доски, трескающие камни и пролетающая мимо порода, нескончаемый шум от взрывов и вспышки превратились в один апокалиптический спектакль со мной на главной сцене. Воздух горел и плыл, весь мой обзор превратился в одну смазанную точку.
В какой-то момент мы снова оказались у реки и когда я уже хотел прыгнуть в воду, ища спасения там, она взорвалась огромным вихрем, словно смерч вылез прямо из воды и решила покрасоваться перед пламенем вокруг.
Некогда удивляться! Вперед… Или это будет концом. За спиной послышался нарастащий гул и я коротко обернулся. Стихии действительно схлестнулись между собой, оставляя после себя клубы насыщенного, раскаленного пара, который метнулся в погоню за дичью в виде двух человеческих букашек. Медленно так… тяжело — это нам на руку.
— Переживем… Переживем… — шептал я себе, пытаясь успокоиться и набрать скорость заплетающимся ногам.
Все вокруг ожило, недавно спокойный участок земли, непонятно в какой точке земного шара находящийся, взбунтовался и решил устроить себе крови и зрелища.
Пытаясь вырваться из лап этого катаклизма я совершенно забыл о другой угрозе. На моем пути была целая орда из рыбанов, пытающихся выплыть из бунтующей воды на берег и уйти от смерти по берегу. Не меньше трех десятков… Только до нас им дела не было, сейчас даже эти склизкие твари были с нами в одной лодке.
Они разбегались в разные стороны и каждого второго настигала смерть. Выстреливший от взрыва камень кому-то размозжил голову. Трех других накрыло огромной "каплей" лавы и впитало в себя, как будто их и не существовало. У других взрывалась земля под ногами и они безжизненными кусками падали на своих сородичей. Вокруг стоял визг умирающих речных жителей.
Другие существа не успевали выплыть и их засасывало в кружащий водяной торнадо, который теперь окрасился в розовый, благодаря крови с разорваных тел рыбанов. Ошметки летали внутри и снаружи, мимо постоянно пролетали части их тел, врезались в меня и в Марику за моей спиной. Глаза, клыки, отдельно челюсти, лапы, головы целиком… Обернувшись по наитию, когда в меня полетело брюхо с болтающейся ногой, я успел припасть к сохранившемуся участку земли.
Ладонь уперлась во что-то холодное. Я посмотрел — раскаленный обломок какого-то камня. Огонь так быстро проник под кожу, что нервные окончания не успевали отправить сигнал в мозг и действительно, секунду я чувствовал прохладу, пока не пришла она — боль. Я одернул руку, заорал. Потерял несколько секунд в красной пелене, пока не увидел происходящее вокруг еще раз. Через боль я поднялся вновь, казалось я преодолел какую-то невидимую черту. Шаг, еще шаг. Дальше и дальше, от дьявольского котла в котором мы оказались. Напротив уцелевший рыбан. Некогда разбирать, я со всей доступной силой впечатываю кулак в голову, от чего его башка отрывается от шеи и я бегу уже с ней на руке. Чего блять!? Удивление быстро смывает — на моем пути еще один. Этот агрессивно поднимает лапы в мою сторону, я в ответ кидаю башку его товарища ему в голову. Они соприкасаются. Второй неожиданно пропал с поля зрения — его смело в кипящий колодец магмы. Еще двое стоят по правую руку и что-то верещат на своем языке, огрызаясь на шествующий катаклизм. Их не трогаю, экономлю последние силы и огибаю дугой занятых рыбанов.
И наконец, когда я удалился на достаточное и безопасное расстояние, я куклой бросил девушку на землю, а сам упал на живот, хотелось закрыть глаза и провалиться в беспамятсво. Нет тут безопасного расстояния, просто сил больше не было…
— Я выжил! Снова выжил! — эмоционально хрипел я пересохшим горлом.
— Хер вам всем, а не кусок Игоря! Хер! Вам!
Я задохнулся и уперся лбом в землю, здесь она была еще прохладная. Я лежал и тихо сопел.
— Чтоб я кони двинул, постраться сильнее придется… А это так, разминочка хорошая…
С моими словами вокруг стало подозрительно тихо. Так тихо и сладко, словно это все ложь или мне просто приснился кошмар. Я поднял голову, посмотрел в сторону эпицентра и прищурил глаза. Ко мне неумолимо быстро приближался сорокаметровый огненный торнадо, пожирая на пути абсолютно все, чего коснется. Мне даже показалось, что у него есть лицо. Довольное, ухмыляющееся… Злорадствует, что загнал своих жертв. Я вспомнил зайца с переломаным хребтом, весь его ужас и отчаяние в круглых глазах. Теперь я оказался в роли жертвы, теперь меня просто сожрут и забудут. И уже нет ни сил, ни желания что-то изменить, остановить такое величие и мощь неподсилу никому, остается только склониться и ждать своей участи, ведь передо мной предстала сама смерть в огненном платье.
— Пиздец…
Глава 2. А у них там утренник!
И пишут они сладко так о судьбах, что, наверное, герои медом срут. (Автор)
На спиленном дереве одинокая ветка с единственным оставшимся зелёным лепестком, тихонько дёргалась от миниатюрных капель дождя, моросящего в течение самой долгой недели в моей жизни. Рядом, такие же капельки угрюмо разбивались о черный, гранитный камень, торчащий из надгробной плиты. Вторые похороны за неделю…
Я собрал чёрный зонт, посмотрел на серое небо и зажмурил глаза, вспоминая погоду в день нашего старомодного обмена клятвами.
Яркое солнце, приятный ветер, чудесные запахи июньской травы, шум реки, шелест хвойных деревьв, ярко голубое небо без единого облака и её глаза напротив моих.
— Всего три года прошло? — обратился я к небу.
Вокруг было пусто, ни единой живой души. Родные и близкие давно разъехались, гробовщики закинули лопаты на плечи и пошли рыть очередной квадрат для будущего постояльца, а мёртвые молчали, наблюдая глазами живых с фотографий на памятниках.
— Судьба не любит счастливых…
Мы дополняли друг друга с самого детства. Сначала как дети в одной песочнице: я строил замок, а она вслух воображала живущих внутри двух влюбленных героев — короля с королевой. Двоих, на весь замок с нескончаемыми комнатами и коридорами, будучи хозяевами лишь собственной жизни без дворецких, поваров, военачальников, служанок, костюмеров, шутов и прочих придворных.