Безопасный уровень (СИ)
Безопасный уровень
Пролог
Когда свет фар разорвал внутреннее пространство склада, я нажал на тормоз и, не дожидаясь остановки, выпрыгнул из машины. Едва успел сгруппироваться и коснуться земли, как услышал сзади грохот: джип, наконец, догнал и протаранил Форд.
Прыгун из меня оказался хреновый, кровь широкой струей текла из рассеченного лба, заливая глаза и капая с подбородка. Левая рука висела плетью, а правую ногу в колене словно проткнули раскаленным штырем, я практически волок ее, пытаясь скрыться в глубине помещения. Пистолет улетел куда-то во тьму.
Шаг, подтянуть ногу… Сзади хлопает дверь… Быстрее! Еще шаг, подтянуть ногу… На землю ложатся длинные тени преследователей… БЫСТРЕЕ! Еще! Не забываем подтянуть ногу… Они все ближе… Еще. Чёрт!.. Я падаю и перекатываюсь на спину. Странно. А умирать почти не страшно. Я очень устал и просто хочу избавиться от боли, которая, пульсируя, разрастается ото лба к затылку. Рядом брошенный и давно забытый мешок с цементом. Подползаю, кладу на него голову — удобно.
В свете фар в клубах оседающей пыли приближаются два силуэта.
Вот и все, а ведь еще несколько дней назад я жил совсем другой жизнью…
Глава 1
Над окраиной Нижнего города показался вертолет. Лишь красные габаритные огни не позволяли черному силуэту слиться с вечерним небом. Звуки выстрелов едва доносились до нас.
Я сильнее прижал к себе супругу и посмотрел на браслет: до выполнения плана оставалось пять минут. Пришло время рекламировать утепленный плед.
— Какой чудесный вечер, — прошептала Ира. Ее голова коснулась моего плеча.
— Да, хоть и холодновато.
Как там выглядит внезапное озарение? Глаза пошире, брови повыше, поехали.
— Кстати! Я тут видел по второму, оказывается, все наемники используют одеяло фирмы «Семен и Ко». Говорят, завернувшись в него, даже зимой можно спать на голой земле.
— Правда? — Ира всегда хорошо играла удивление, но сейчас превзошла себя. Она немного отстранилась, а ее глаза светились неподдельным интересом. — Вот бы нам такой! Но он, наверное, стоит кучу баллов?
— Вовсе нет! — воскликнул я. — Это разработка для гражданских, просто она оказалась такой удачной, что теперь ее используют все.
— Тогда возьмем обязательно! Этой зимой обещали холода.
Вертолет загорелся и спикировал вниз. Интересно, это постановочное падение или его реально сбили?
Очертания домов проступили в яркой вспышке, и донесся отдаленный звук взрыва. Похоже, сбили. Не каждый наемник, даже с хорошей подготовкой, успел бы спастись.
Мимо, жужжа электродвигателем, проехала машина. Фары осветили забор, и его зубчатая тень разрезала лужайку. А я, словно загипнотизированный, смотрел, как освещенный догорающими остатками вертолета столб густого черного дыма, клубясь, поднимается в небо.
Порыв ветра сорвал с полуголых веток несколько сухих листков и заставил меня поежиться. Может, и стоит выкупить утепленный плед, когда срок ознакомительного пользования закончится.
Осталось меньше минуты: пора сворачиваться.
— Как все-таки хорошо жить в частном секторе, вдали от опасности, — я рукой обвел наши скромные владения: лужайку с потемневшей травой, деревья и три небольшие теплицы.
— А ты закрыл калитку, милый?
— Ты что, забыла? В прошлом месяце я установил замки от «Надежного дома» — они закрываются сами.
— Ой, совсем вылетело из головы, — Ира засмеялась и поцеловала меня. — Пойдем в дом?
Время вечернего промо вышло.
— Конечно.
Я сделал шаг к входной двери, но краем глаза успел заметить огненный след метеорита, летящего вниз почти вертикально. Похоже, он упадет неподалеку от вертолета. Кто-то из того района сегодня заработает кучу баллов. Если выживет.
Закрытая дверь отделила нас от городской суеты, а дом окутал теплом. Запах запекающейся в духовке свинины и картошки заставил заурчать живот. Ира разделась и пошла на кухню, а я задержался у зеркала, пытаясь разглядеть через рубашку, есть ли хоть какие-то результаты от двухнедельных занятий спортом.
— Пора за стол, — слова Иры сопровождал стук тарелок и звон бокалов.
Никогда не отличал на вкус мясо «Любимова» от «Свининова» и отдавал первому предпочтение только из-за цены. Но такое же не скажешь на камеру?
Так, поправить одежду, сделать счастливое лицо. Готово! Глубокий вдох. Пора.
— О, любимое от Любимова!
Ира как раз доставала жаркое из духовки и улыбнулась, а Софья схватила недоеденный бутерброд и выскочила из-за стола. Злой взгляд и быстрый топот каблуков по лестнице не оставлял сомнений: она с нами ужинать не будет. Хлопок двери это подтвердил.
— Приветствуем всех тех, кто выбрал наш канал для вечернего просмотра, — вещал жизнерадостный ведущий в черном костюме. — У вас осталось две минуты, чтобы сделать ставки! Сумеет ли юная Алина выбраться из запертого подвала? Выйдут ли ее родители из смертоносного лабиринта? Или легендарный Хеллоуинский маньяк снова получит свое и уйдет от полиции?
— Что тебя опять на ужасы потянуло? — спросил я, раздумывая, стоит ли задержаться или сразу пойти спать. Ира, теперь одетая лишь в бордовый пеньюар с кружевными оборками, подогнула ноги и освободила место на диване. — Классно выглядишь, кстати. Новое белье?
— Да какое новое, милый, — она откинула черные волосы за спину, — рылась в старых вещах и нашла.
В свои тридцать два она действительно классно выглядела, а сейчас соблазнительная поза и полумрак комнаты превращал ее в ту юную девушку, с которой я познакомился шестнадцать лет назад.
Экран мерцал, отбрасывая блики и подчеркивая изящный профиль Иры, ее тонкие губы, чуть раскосые глаза и красивую шею. Она приподнялась с дивана и взяла бокал. На треть опустошенная бутылка вина стояла на столике. Ничего себе! Это же «Экспортное» из Синего мира. Я забыл какую-то праздничную дату? Супруга перехватила мой взгляд и улыбнулась.
— Моника подарила, — довольно сказала она и, сделав небольшой глоток, закатила глаза. Если бы я не знал, что нет заказа на рекламу, то подумал бы, что она переигрывает. — Попробуй, очень вкусно!
Я наполнил бокал и пригубил. Ничего особенного, учитывая, сколько баллов оно стоит.
— Отличное вино. Поставила на кого-нибудь?
— Да, на маньяка… Он последний не пойманный из хэллоуинских, и мне кажется, его оставят в живых, чтобы вывести в Конце Цикла.
22:30, шоу будет идти еще сорок пять минут. Я не хотел смотреть, как погибнет не рассчитавшая свои силы при выборе уровня сложности и рискнувшая ребенком семья.
— Ты не возражаешь, если я пойду спать?
— Конечно, нет, дорогой, отдыхай.
Уже в дверях я осознал, что ни во время ужина, ни после мы не говорили о Софье:
— Как дочурка?
— Да как обычно. — ответила Ира не оборачиваясь. На экране как раз показывали девочку лет двенадцати в темном пустом подвале. — Школа, мальчики, уроки, непонимающие родители.
Да, все как обычно, кроме мальчиков. Должно быть, Ира пошутила.
Сказывалась утренняя нагрузка, и ноги дрожали, когда я поднимался по ступенькам.
Бордовый пеньюар жены намекал на интересное продолжение вечера, но ждать еще почти целый час… Можно, конечно, вернуться и предложить переключить канал на эро-шоу из Синего мира… Нет. Завтра.
Я закрыл дверь как раз вовремя, для того чтобы приглушить крик, раздавшийся из телевизора.
Сквозь плотную ткань занавесок едва пробивались первые лучи позднего ноябрьского солнца. Я проснулся от холода и посмотрел на часы: до рекламного блока оставалось пять минут. Перекатился на правый бок, думая прижаться к теплому телу супруги, но ее половина кровати пустовала.
Я закрыл глаза и, натянув одеяло до подбородка, наслаждался последними минутами тишины.
Потолок включился ровно в 8:00. Счастливые голоса наполнили комнату, они наперебой вещали про растворимые завтраки «Лесуик», их чудесный вкус, бесконечную пользу и простоту приготовления. Все, кроме последнего, было враньем. Я повернулся к объективу. Искусственный интеллект просчитал уровень искренности моей улыбки и дал три балла — совсем не плохо, учитывая раздражающий грохот в ушах и слепящее мелькание картинки.