Опередить дьявола
Такими пользовались матросы на лихтере, чтобы «вножную» провести баржу через туннель: лежа на спине, они дружно отталкивались ступнями от его свода, и судно с тоннами угля, или леса, или железного лома потихоньку преодолевало две мили в кромешной темноте. В те дни свод буквально нависал над водой, а проложенного вдоль канала бечевника еще не существовало. Сейчас Фли с Веллардом шли в полный рост, так как канал сильно обмелел и с одной стороны даже обнажился своего рода карниз, по которому можно было идти.
Здесь было тепло — кусачий мороз не проникал в это подземелье. Вода не замерзла. Кое-где было так мелко, что, в сущности, они шлепали по черной грязи.
— Это сукновальная глина. — Они прошли с полкилометра, когда Фли прервала молчание. — Из нее делают кошачий наполнитель.
Веллард перестал толкать надувную лодку и осветил фонариком свод.
— Нет, сержант, это вам не кошачий наполнитель. Здесь давление о-го-го. А эти трещины, видите? Те еще плиты. Если одна из таких оторвется, это все равно как на вас упадет железнодорожный вагон. Для вас это будет не самый удачный день.
— Тебя это напрягает?
— Нет.
— А если честно? — Она глянула на него краем глаза. — Выкладывай. Ты уверен?
— Ты о чем? — огрызнулся он. — Пока СТБ не делает мне массаж простаты через одно место, я в себе уверен.
— Гарантий нам никто не дает.
— В гробу я видел твои гарантии. Почему, по-твоему, я работаю в этой команде?
Она встретила его слова мрачноватой улыбкой. Каждый снова взялся за проушину пятерней в перчатке и налег на лодку. Та стронулась с места и закачалась с боку на бок на черной воде. Уравновесив ее, они продолжили медленное продвижение по туннелю. Единственными звуками были чавканье сапог в илистом месиве, их дыхание да попискивание газосигнализаторов на груди — обнадеживающий сигнал, означавший, что воздух чист. Свод был частично выложен кирпичами. Фонарики на касках выхватывали из темноты диковинные растения среди расщелин. То и дело им приходилось перебираться через завалы из глины. Через каждые сто метров открывалась вентиляционная шахта: стояк в шесть футов шириной и больше ста глубиной, через который циркулировал свежий воздух. Предвестником очередной шахты служило странное серебристое мерцание вдали.
Мало-помалу, по мере приближения, свет становился все ярче, и в какой-то момент они выключали фонарики и подставляли лица солнечным лучам, просачивавшимся через зеленую поросль на стенах. Было бы проще проникнуть в туннель через эти шахты, если бы внизу их не закрывали массивные проржавевшие решетки. Сквозь них сверху нападала всякая всячина. Ворохи сгнившей листвы, ветки и просто мусор. В одну такую вентиляционную шахту какой-то фермер упорно сбрасывал остовы животных. Под их тяжестью решетка подалась, и разлагающаяся тушка свалилась в канал. Фли остановилась возле нее.
— Прекрасная мысль. — Веллард зажал пятерней нос и рот. — Делаем привал?
Она посветила под ногами. Полуобглоданные кости. Ей вспомнилась фраза из письма угонщика: я ее слегка поправил… Стальным мыском сапога она расшевелила кучку. Под ней обнаружились камни и старые жестянки. Но вот она наткнулась на что-то крупное. Нагнулась и подняла лемех от допотопного плуга. Пролежал здесь, возможно, не одно десятилетие. Она отбросила его.
— Не дай нам бог найти бедняжку среди всей этой дряни. — Она обтерла выпачканные илом перчатки о боковину резиновой лодки и вгляделась в темнеющую даль. Ее вдруг охватили ужас и печаль, как третьего дня, когда она попробовала себе представить, через что довелось пройти этой девочке. — Вот уж не хотела бы я испытать такое. Ни в одиннадцать, ни вообще. Врагу не пожелаешь.
Она проверила показания дозиметра: воздух чистый. Можно включить большой фонарь. Она достала из лодки мощную штуковину с металлогенной лампой и щелкнула переключателем. Фонарь ожил с громким звуком пуфф, затем потрещал и разгорелся. Озаренный синеватым светом, туннель сделался еще более таинственным. Вокруг плясали тени, пока Фли поудобнее прилаживала фонарь в руке. Веллард оглядывался, лицо бледное, озабоченное.
— Что, приехали?
Высветилась общая картина: вода, стены и, метрах в пятидесяти впереди, непроходимая стена. Сверху нападало столько пластов глины, что перемычка достигла свода, перегородив канал.
— Завалы? — риторически спросил Веллард. — Кажется, мы до них добрались?
— Не знаю. — Она поймала конец измерительной ленты. По расчетам инженеров трастовой компании каменные завалы с восточной стороны простирались на четверть мили. Они прошли чуть меньше, так, может, главный завал еще впереди? Она налегла на лодку, и та заскользила по черной слизи. Дойдя до осыпи, она направила фонарь на потолок в поисках какого-нибудь просвета.
— Зазора не видно, — пробормотала она.
— Тоже мне новость. А то мы не догадывались, что не увидим сквозного прохода. Всё, мы уперлись в ближний створ. Уходим. — Он толкнул лодку в обратном направлении. И успел пройти несколько метров, прежде чем понял, что она не пошла за ним. Фли стояла на месте, продолжая изучать верхний край завала. Веллард шумно выдохнул. — Нет, сержант, только не это. Я не знаю, о чем ты думаешь, но нам пора сматывать удочки.
— Ладно тебе. Стоит попробовать. А?
— Брось. Это конец завала. Там ничего нет. Пошли…
— Ну же. — Она подмигнула ему. — Сам сказал, СТБ пока не делает тебе массаж простаты через одно место. Всего один отрезок. Ради меня.
— Нет, сержант. Точка. Дальше без меня.
Она набрала в легкие воздуха и медленно выдохнула. Пока луч плясал по отвесной стене, она краем глаза поглядывала на Велларда.
— Эй. — Она понизила голос до шепота. — Слышишь?
— Что? — Веллард нахмурился. — Ты о чем?
— Шшш. — Она приложила палец к губам.
— Сержант? — вдруг ожила рация. В голосе полицейского, дежурившего у входа в туннель, слышалась озабоченность. — Вы там в порядке?
— Шшш, — палец на губах. — Тихо. Все молчат.
Установилась тишина. Она сделала пару шагов. Пляшущий луч не находил ничего нового: все те же стены в потеках и странноватые земляные горбы, торчащие из воды, подобно спинам неведомых зверей. Она повернулась к Велларду боком и запрокинула голову назад, вслушиваясь в безмолвие. Он бросил лодку и, стараясь не шлепать, двинулся в ее сторону.
— Что там? — шепотом спросил он. — Ты что-то слышала?
— А ты нет? — так же шепотом спросила она.
— Нет, но ты же знаешь… — Он показал пальцем на свое ухо. Все члены команды регулярно проверяли слух, так как погружения могут повредить барабанные перепонки. Ни для кого не было секретом, что у Велларда одно ухо слышит хуже на пять процентов. — Я не ты…
Она заткнула пальцем левое ухо и выставила правое. Однако на этот раз Веллард так просто не купился.
— Господи. — Он вздохнул. — Хоть бы врать умела. Она опустила руку, выдержав его взгляд, и уже собиралась ему возразить, но тут что-то произошло. Вода вокруг заколебалась. Где-то наверху послышался раскат, похожий на отдаленный гром.
— Это я слышу, — подал голос Веллард. — Определенно слышу.
Оба не двигались, задрав головы к потолку.
— Поезд.
Все громче и громче. Через несколько секунд грохот сделался оглушительным. Стены заходили ходуном, как от землетрясения. Туннель весь содрогался. От волн их отражения мелькали на стенах. В отдалении камни падали в воду с громким всплеском.
— Ч-черт, — прошипел Веллард, втягивая голову в плечи. — Блин.
И вдруг все закончилось так же внезапно, как началось. Довольно долго оба не шевелились. Затем Веллард робко распрямил спину, и так они стояли плечом к плечу, учащенно дыша, глаза в потолок, а где-то в туннеле еще падали последние камни.
— Возвращайтесь, — донеслось из рации. Фли показалось, что это голос Джека Кэффри. — Передайте им, чтобы возвращались.
— Вы слышали, сержант? — сказал связной. — Вам велено возвращаться.
Фли сдвинула назад каску, ухватилась за планшир и, склонившись, заговорила в рацию: