Я так больше не хочу (СИ)

Вот так у меня появился не только отец, но и сестра по имени София. Ей, как я понял, сейчас двадцать один год.
После кафе мы поехали к нему в гости. Он жил в просторной современной квартире. Ту, в которой жил с родителями, продал после смерти матери.
Маму мы отправили смотреть сериал, и остались на кухне вдвоём. Под бутылку коньяка разговор стал более откровенный, а вся неловкость куда-то исчезла.
— Костя, сын… — он поднял на меня глаза. — Я могу к тебе так обращаться? — я кивнул, потому что, в этот момент в горле стал ком, и я при всём желании, не смог бы выдавить из себя ни слова. — Я хочу, чтоб ты знал, я люблю Надюшу. Всегда любил. Душил в себе это чувство, пытался ненавидеть. Пытался жить с другой. Я даже не подозревал, насколько я и был мертв внутри, пока она снова в мою жизнь не ворвалась, — он усмехнулся. — Да ещё и с сыном, — он быстро стёр ладонью слезу. Я не ожидал, что для него так много значу. Мои глаза предательски защипало.
— Пап, — сорвалось с моих губ.
Почему-то очень захотелось произнести это слово вслух. В детстве я, как любой ребенок, хотел папу, чтоб он носил меня на плечах, покупал мне мороженное и играл со мной в футбол. Потом это прошло, у меня был Захар. А сейчас до спазма в груди захотелось назвать его папой. Он порывисто поднялся и обошел стол. Я встал ему навстречу и в туже секунду оказался в его объятиях. Он крепко прижал меня к себе. Мы были одного роста, он, правда, крупнее. Я обнял его в ответ и похлопал по спине.
— Спасибо, — очень тихо сказал отец.
Нас прервал всхлип. Мы обернулись, в дверях стояла мама и зажимала ладошками рот. Она плакала. Отец раскрыл руку и притянул ее к нам.
— Я так вас люблю, — плакала мама, целуя нас по очереди.
Потом мы ещё выпили, мама уже сидела с нами.
— Костя, а как у тебя дела с той девушкой? — ни с того ни с сего вдруг спросила мама. Я пожал плечами. Я правда, не знал, что ответить. Вроде бы мы вместе, но, в то же время, врозь.
— Сложно все как-то. Она хочет мне доказать, что она мне не нужна, а я… А я доказать обратное, — я достал сигарету. — Можно? — уточнил у отца.
— Лучше на балкон.
Я одел пальто, и вышел на балкон, отец вышел тоже.
— Любишь ее? Ну, ту девушку?
— Люблю.
— Тогда не отпускай. В нашей семье все мужики однолюбы. Я раньше не верил. Но как видишь, и меня это коснулось.
— Она старше, и боится, что для меня это всего лишь игра.
— Возраст, ерунда. А другую все равно не полюбишь. Так что, не делай моих ошибок. Не отпускай.
— Спасибо, — отец ушёл, а я достал ещё одну сигарету. На душе было спокойно, и как-то очень легко.
Домой меня не пустили, уложили в гостевой спальне. Перед сном я написал Захару.
"Ты был прав, мой отец мировой мужик."
Я заснул быстро, а на утро собрался в дорогу. Ведь открыть клуб хотелось, как можно раньше. Отец пообещал помочь финансово. Я сказал, что обращусь, если будет нужно. А пока планировал справиться собственными силами.
— Может это лишнее, — перед уходом, тихо, чтоб слышал только отец, сказал я. — Но, если ты обидишь маму, я набью тебе морду.
— Я не подведу, обещаю, — улыбаясь ответил он. Я ему верил.
49
КОСТЯ
Звонок Захара застал меня у дизайнера, она как раз закончила проект основного зала, и теперь мы вносили последние поправки, дальше можно будет закупать необходимые материалы.
— Да, слушаю, — принял я вызов.
— Привет, как работа?
— Кипит. Ты по делу? Я занят.
— Да, — небольшая пауза, словно он подбирал слова. — Тебе пришло приглашение на благотворительный вечер. Его в этом году Семёнов у себя в "Афине" устраивает.
— А с чего, вдруг, меня пригласили? — приглашение, действительно, удивило, ведь я был на этом мероприятии всего однажды, тогда, когда вечер устраивал Захар.
— Ну, тут я тебе ответить не могу. Просто мне прислали два, на мое и твое имя.
— Когда?
— Двадцатого. Костя, тут такое дело. Просто, если решишь приехать, — он снова сделал паузу. — Я хочу, чтоб ты узнал от меня, — я напрягся после этих слов, я был готов услышать что-то паршивое. — Я Арине сделал предложение. А на вечере хочу объявить об этом официально.
 
Кажется, мне перекрыли кислород. Иначе, почему вдруг стало так тяжело сделать вдох.
— Костя, ты слышишь?
— Она согласилась? — каким-то не своим голосом уточнил я. — Я не верю. Она не могла.
— Если ты про то, что вы переспали. Я знаю. Зла не держу.
— То есть, тебе все равно? — он говорит об этом так спокойно. — Ты хоть любишь ее?
— Костя, брак это тоже сделка и она должна быть выгодной. Арина умна красива, с ее знаниями и умениями, мой бизнес будет развиваться ещё лучше. Да и наследник мне тоже нужен. Мы с ней подходим друг другу, нам хорошо вместе…
— Я не верю…
— Это твое дело. Я предупредил, хотел, чтоб ты знал. И… Может ты не приходи, ей будет не ловко… — я отключил телефон, даже не попрощавшись.
— Константин, — меня за руку взяла Алла. — Все в порядке? — я перевел взгляд на девушку.
— Мы можем продолжить позже?
— Конечно. У Вас точно все хорошо.
Я не ответил, выскочил из ее кабинета и скорее направился к выходу из здания, на ходу доставая сигарету.
— Молодой человек, здесь курить нельзя, — донеслось до меня. Я показал кому-то средний палец и выскочил на морозный воздух. Дым жёг лёгкие. Внутри все плавилось, словно туда попала кислота. Несколько раз ударил по колесам стоящей рядом машины, она противно завизжала. Этот звук вернул меня в реальность.
Я обернулся, нашел взглядом свою машину, сел за руль и поехал в клуб. Миша вышел навстречу, а увидев мое состояние, схватил за локоть и потащил в наш временный кабинет.
— Сиди, — приказал он, и вышел. Вернулся через пару минут с бутылкой виски и двумя стаканами. — Пей, — он вручил мне стакан. Я не сопротивлялся, выпил залпом. Миша сразу налил ещё, в этот раз и себе. — Слушаю.
— Захар сделал предложение Арине, — прохрипел я.
— Откуда инфа?
— Он позвонил, хотел, чтобы я узнал от него, лично.
— Веришь?
— Бля, а ты считаешь, он будет врать о таком? — я запустил пальцы в волосы и сильно их потянул. — Сука, чего ж так хреново.
— Позвони ей, спроси.
— И что? Она скажет: "Извини. Я тебе и так намекала, что ты мне на **й не сдался."
— Я не знаю, но спросить то можно. Пусть объяснит.
Объяснения я слышать хотел, очень. Но не сейчас. Сейчас я был к этому не готов. Морально был не готов услышать, что все это правда. Я снова осушил наполненный стакан. Потом достал свой телефон и вручил его Мише.
— Вернёшь завтра. Даже если буду просить, — Шмель спрятал мой телефон во внутреннем кармане своего пиджака.
— Пойду закуску организую.
Он вернулся быстро, но к тому времени я успел опустошить ещё один стакан. Я курил, глядя в потолок, и пытался переварить новость. А главное понять, что делать дальше. А точнее, что делать, если это правда. Мне не хотелось в это верить. Но и повода не верить тоже не было. Я задыхался от боли, ревности и непонимания. Она поэтому так яро меня отшивала? Так настойчиво просила жить своей жизнью? А про то, что провела со мной ночь, сама ему рассказала? Как это вообще было? Зачем она рассказала?
Я не помню, сколько я выпил. Как добрался до дома. Сомнений нет, меня Шмель дотащил, но утро было ужасным. Болела не только голова, но и ребра. Ах да, это Миша заехал мне, когда я стал на него прыгать и требовать телефон. А ещё болело что-то внутри. И эта боль была куда ощутимей физической боли. И куда, хуже, ведь от нее не было таблетки. Я сидел спустив ноги на пол, но дальше двигаться не хотелось.
— Очухался? — Шмель заглянул ко мне в комнату. Я взглянул на Мишу. На его щеке красовался синяк.
— Извини, — голос был хриплый, а во рту словно песка насыпали. Миша протянул мне бутылку воды. Я с благодарностью ее взял и выпил почти всю.
— Пройдёт, — отмахнулся он. — Успокоился? — кивнул, правда, не был в этом точно уверен, но говорить об этом не стал. — Что делать будешь?