Великий и Ужасный 3 (СИ)
Я опять думал вслух!
— А кто такая Эсси, и причем тут вихри? — почесал дредастую башку Бахар.
— Падажжи! — сказал я. — Щас выедем из Магнитогорска — я тебе не то что расскажу, я тебе спою про вихри! Будешь учить самую ордынскую песню в мире!
— Не-е-е-ет! — простонал Кузя. — Два поющих урука⁈ Сергей, че ты как этот? Скажи им, скажи чтоб они не пели!
— Не скажу, — покачал головой Серый. — Живая музыка — это классно! Пусть поют, будет весело!
Он еще никогда так не ошибался.
* * *Эта глава предпоследняя для третьего тома. Для мощной замутки всё готово, все ружья на стенах, можно уже делать выводы — кто и почему будет из них стрелять. А что касается маленьких сюжетных арок — я очевидно под конец третьей книги устал, но это дело привычное. Так что осталось сделать шаг вперед — в новый том. Этим и займусь завтра-послезавтра. Напишу последнюю главу и возьму перерыв, недельку отдохну и займусь немного другими литературными проектами) Очень хочется не сбавлять темп повествования, не превращать байку про Бабайку в отписку, и тем важнее — вовремя приостановиться. Чтобы потом снова делать хорошо!
Глава 24
Навстречу солнцу
это последняя глава, но нужно еще пара дней на мелкие корректировки по тексту (пунктуация и т. п.) однако в удовольствии поставить птичку «завершено» я себе не откажу.
— Ты чего удумал? — Серый ошарашенно смотрел на то, как я снимаю байк с крыши и пакую кофры самым необходимым. — Три тысячи километров до Братска! Сколько будешь ехать — неделю?
— Тридцать часов считая остановки на подзарядку, и чтоб мотор остыл, — отрезал я. — Ну да, жопа моя превратиться в бешбармак, но это дело поправимое. Я должен быть на Байкале срочно, раньше, чем они ожидают. Они ведь и думают, что мы будем в Братске через неделю, верно? Следят за фудтраком.
— С чего это ты решил?
— Кузя обнаружил маячок в бачке для стеклоомывателя. Кто-то из кхазадов, этих Бирбаухов — то ли сильно умный, то ли сильно тупой, то ли — злонамеренный. Или — продажный. Ма-а-ахонькая такая пуговка, трекер. Никакой аудио или видео фиксации, только — навигация, сопровождение…
— И что теперь?
— А ничего. Твоя практика продолжается. Кузя научит. Да ты уже на прошлой парковке неплохо справлялся. Вообще, Серый — остаешься за старшего по общим вопросам, понятно? Ты тут один адекват из всех. Я не стесняясь это заявлю… Да, что касается финансов и авто — это Кузьма отвечает, конечно. Убивать и жрать живьем — тут консультируйся у Бахара. Но в целом — последнее слово за тобой. Ваша задача — с кайфом доехать да Братска, расторговаться как положено, набить парочку морд, подвезти как можно больше автостопщиков и… Притворяться, что Швабр… То есть — Бахар — это я!
— Ась? — удивился Сергей. — Гримировать его, что ли?
— Расплести дреды, — развел руками я. — Надеть на него футболку с крокодительством. Дать ему в руки турочку с кофе…
— А ты?
— А я… Я оставлю ему свой кард. Никто не поверит, что урук оставил меч кому-то другому! И вперед — на восток, к Священному морю эльфов. Сто двадцать километров в час — нормальная скорость для электробайка. На тракте ограничение — сто тридцать. Три тысячи кэмэ, пусть — три тысячи пятьсот, делим на сто двадцать… Получаем, что завтра ночью я буду на берегу Байкала. Понимаешь, Серый, всё это ж-ж-ж-ж неспроста! Началось такое шебаршение на Кавказе, несколько месяцев назад — я специально поискал информацию… Тырныауз — это не только Хтонь. Это еще и залежи полиметаллических руд… Были. Еще зимой, несколько месяцев назад. И принадлежали Ермоловым. Потом, в марте — прорыв! Дальше — Байкал. Якобы Ермоловы начинают стычки с кланами лаэгрим. У лаэгрим что? Правильно, теракт на шахте. Что там добывают? Полиметаллические руды. Редкоземельные элементы. События ускоряются: с какого-то хрена активизируется проклятье хрен знает какого Полоза у Демидовых, сын главы клана помирает на войне, невестка и внук при смерти, цитадель кишит метаморфами… Чем занимаются Демидовы?
— Кабздец, — нахмурился Сергей. — Добычей и переработкой драгоценных, цветных и редкоземельных металлов. Артефакторика. Боевая, бытовая, какая угодно. А теперь — Магнитка!
— Вот, сукападла! ВОТ! Кто-то что-то мутит… — я запустил пальцы в волосы и яростно дернул, аж слезы из глаз брызнули. Рефлекторно, конечно, а не то чтобы я там сильно расстроился. Уруки не расстраиваются! — Кто-то хочет подставить Ермоловых — под удар эльфов, эльфов — под удар кхазадов… Чтобы что⁈
Вдруг из фудтрака высунулся Бахар и радостно заявил:
— Отличные новости! Война началась! Там говорят — какая-то провокация в какой-то Буковине, и перемирие нарушено, работает авиация и артиллерия… Это ж хорошо, да? Можно собрать много черепов… Мы поедем на войну? Нам надо на войну. Буковина — это близко от Байкала? Мы к обеду успеем на войну?
Как же далек был этот островитянин от наших, российских реалий и расстояний! Примерно настолько же, насколько Буковина от Байкала.
— Я-а-а-ать! — выдохнул я. — Тут в пору или параноиком становится, или одно из двух… Что ж, это повод ускориться. Бахар — расплетай дреды!
— Скаи! Скаи, Бабай! Что за бред ты несешь? Мои дреды? Да в последний раз, когда кто-то пытался обкорнать мои дреды, я вынул ему кишки, прибил гвоздями к дереву и заставил водить вокруг хоровод в одиночку! — возмутился Двухголовый. А потом как-то вдруг посерьезнел. — Что, правда — надо расплести?
— Бахар, надо. И переодеться тебе тоже — надо. Если не будешь сильно высовываться из фудтрака и пару прядей скинешь на лицо, то непривычный к нашим рожам наблюдатель может принять тебя за меня. Так что придется, деваться некуда… Для конспирации!
Конечно, специалиста типа Риковича не обманешь, но в целом для дилетанта или соглядатая из простолюдинов от какой-нибудь банды типа Формации или аристократического клана типа Ермоловых картина будет понятная: гоблин, человек, урук, катят на восток. Всё нормально. Куда делся второй урук? Да хрен его знает! Хотя и на Риковича мои ухищрения могли подействовать: «Не влезай — убьет» и ему по мозгам пройдется дай Боже! Глядишь, если близко не подойдет — то и обманется.
— Гарн… — призадумался Бахар. — Это я не буду больше Швабром, получается? Бубхош бурзум багронк… Хрен с ним. Кузя, у тебя есть вязальный крючок? И нужна горячая вода.
* * *Грунтовка, куда я свернул, чтобы приготовится к отъезду, была мало пригодна для езды на электробайке. Этот двухколесный монстр любит хорошие асфальтированные шоссе! Так что мне пришлось дотолкать тяжело груженый оружием, снаряжением и одеждой мотоцикл до выезда на нормальную дорогу, и только после этого я развернулся к соратникам:
— По-идиотски себя чувствую, пацаны, — я пожал плечами. — Но что-то скребется на душе — надо ехать! Можете считать меня авангардными частями Орды, которые заняты разведкой боем: или встретимся в Братске, как договаривались, или вы про меня услышите!
Это было очень интересное ощущение: двое из троих были со мной едва знакомы, и Кузя — та еще падла, но эта троица казалась мне близкой и родной, не меньше чем Хуеморген, Витенька, Хурджин, Шерочка с Машерочкой… Сергей, Бахар и, конечно, мелкий гоблин — все они были наши. Наши!
— Давай, Бабай! Надо — значит надо. Мы тебя прикроем. Продадим всю шаурму в мире, набьем морды всем придорожным негодяям и подвезем толпу автостопщиков, — улыбнулся Ивушкин. — А потом догоним тебя, и пойдем по следам из разбитых голов и пожаров, и точно найдем!
Бахар, одетый в мою кожанку, мою футболку и мои джинсы, протянул очень странную бандану с бисерной вышивкой:
— Это с Борнео. Замотай свою рожу по самые глаза — чтобы никто не догадался! Считай — подарок.
Пожалуй, в его словах был резон: толстая байка с капюшоном, безразмерные штаны, кроссовки, прическа в виде множества косичек, а теперь еще — бандана… Всё это неплохо скрадывало мою внешность.