Великий и Ужасный 3 (СИ)
А так — мигом прояснилось.
Вера Павловна — та самая владелица фабрики по производству альтернативного протеина, которую разгромили ермоловские мракобесы. Она была среди тех, кто после глобального катаклизма, спровоцированного упырями, целиком и полностью перешла на сторону Орды. И впряглась в дело организации жизни на расширившемся Маяке весьма капитально, прочно заняв место кого-то вроде главбуха, делопроизводителя и коммерческого директора в одном флаконе. Вот кого нам не хватало! Человека, который сечет в легальном бизнесе! У нас-то в основном мутные крутилы-воротилы, да еще и нелюди, и потому Вера Пална стала настоящей находкой. У нее были какие-то подвязки на заводах «Grigarovich» в Юзовке, и эта бизнесвумен очень оперативно договорилась о том, что с тамошних складов чуть ли не по цене чермета нам будут поставлять бракованные детали и пострадавшие в ходе производственных испытаний образцы тамошней техники. А также не подлежащие ремонту и восстановлению остатки автомобилей военного назначения, которые везли массово с замершего по случаю перемирия фронта. Первые груды очень полезного хлама три дня назад уже втоптали в вагоны и пригнали по железной дороге, и теперь разгружали на Сан-Себастьянском вокзале, а оттуда уже переправляли в Хтонь. Зачем?
Чтобы делать фудтраки. И тележки для уличной торговли. Кто лучше всего умеет делать безотказно работающие вещи из говна и палок? Конечно, «Гоблин Индастриз!» Капитошка с Парамошкой развернулись во всю мощь, их мехмастерские стали центром притяжения для рукастых и головастых сородичей со всего Кавказа. Гоблинам дают работу! Оплата труда — сдельная! Эти две магические фразы, да еще и Кузькины видосики стали катализатором, который спровоцировал массовую миграцию носатых, ушатых, шмыгающих, пердящих, икающих и матерящихся мелких суетологов в Сан-Себастьян. Буквально за прошедшую неделю количество гоблинов на Проспекте выросло штук на триста или четыреста, и несмотря на нытье Хуеморгена они обещали соорудить дюжину фудтраков и три десятка хотдожниц до конца месяца. Я попросил передать, что мол, приеду — проверю, лично проведу тест-драйв трех фургонов на выбор. Ну и кулинарный тест — тоже.
Неплохо обстояли дела и у сталкерской братии. Евгеньич и выжившие снага из омерзительной Шестерки продолжали водить группы сафари в Хтонь. Интенсивность инцидентов уменьшилась, но системный подход и правильно организованные группы зачистки позволяли даже повысить процент добычи ингредиентов… Звучит скучно? Так казалось и некоторым сталкерам, особо лихим и охочим до адреналина. Их-то и отправили организовывать филиалы Орды на других кавказских хтонических прорывах и аномалиях, разворачивать там самопомощь и готовить почву для приезда туда фудтраков зарождающейся корпорации, и чем черт не шутит — открытия новых кофеен? Гамасутль, Тырныауз, Кармадон — все они образовались в начале двадцать первого века, и пока считались прорывами. А вот пещера Грубера- она давно носила титул Аномалии… Всего ушедших сталкеров было немного — полсотни, примерно по десятку-полтора на каждый из объектов, но — лиха беда начало! Команды интернациональные, народ у нас — тертый, у всех ушедших — имеются татау за моим авторством, у некоторых — и не по одной… Что мешает изначально первых франчайзи отправлять на фудтраках по их следам?
В общем — планов было громадье, и я радовался, что еще в самом начале, когда только-только начинал Орду, принял решение не скатываться в банальный вождизм и тиранию. Пусть работают! Нужна им Вера Павловна чтобы из чермета собирать фудтраки? Пусть будет Вера Павловна и фудтраки… Хотят буйной жизни и странствий? Пусть штурмуют Гамасутль, какие проблемы! Я вернусь и с удовольствием им всем помогу. Для Орды работы по России-Матушке непаханное поле: таинственная Уральская Хтонь и ее Полоз, Васюганские болота невероятной величины и кочующие по ним таборы уруков и прочих диких варваров… Сколько всего вокруг интересного, эх! Еще бы мою менеджера по киллингу рядом, чтобы из винтовки прикрыла и бок согрела — и вообще была бы сказка, а не жизнь!
— Аллес гут! — заявил чернобородый кхазад в темных круглых очках и видавшем виды замасленом комбезе. — Не машина — сказка! Кто ее собирал?
— Гоблины, — я кивнул на Кузю.
— Ду бешайзн мич? Эти дие пиммелен… Орки? — он сначала явно не поверил, а потом хмыкнул и махнул рукой, признавая своеобразие гоблинского гения. — А-а-а, шайз драуф! Сделано из хлама, но конструкция надежная! Мы подзарядили аккумуляторы, поменяли расходники, Клаус посмотрел развал-схождение… Всё, проедет еще десять тысяч кэмэ без проблем! Я всегда вижу хорошую работу и имею смелость это признавать, не то что засранцы-Фотценлекеры! Не смейте даже соваться к ним в автосервис, слышите? Будете возвращаться со своего Байкала — только ко мне! Очень интересно как поведет себя этот ваш шушпанцер… Хотя за каким тойфелем куче орков и одному человечишке тащиться в самые лапы к проклятым ушастым ублюдкам — я понятия не имею. Поверьте мне — будет война, мы это так просто им не спустим! Отольется им кровью наша руда!
Тут он, кажется, сообразил что сказал чужакам лишнего, потому — громко клацнул зубами, закрывая рот, а потом снова его открыл, чтобы записать под протокол свидетельство об окончании работ по техническому обслуживанию фургона. После этого — принял мешочек с деньгами, скрупулезно их пересчитал, спрятал внутрь комбеза, и, махнув Клаусу — еще одному чернобородому гному, чтобы он выгонял фудтрак из гаража, покачал головой:
— Нет, совершенно не понимаю! Ехать на Байкал, сейчас? С одной стороны — мир ист ес шайзегаль, а с другой — вы хоть и орки, но парни вроде неплохие. Послушайте, там будет месиво, я вам точно говорю! Сам Государь не успеет вмешаться… Я может и не сторонник, но тут остроухие перегнули палку.
Мы переглянулись. Государь вмешаться не успеет? А такое бывает? Нет, бывает, конечно. Феодальные междуособойчики тут случаются, дружина против дружины в юридиках дерется. Формально — эльфийский и кхазадский анклавы — те же юридики, но…
— А почему вы так уверены, что это именно эльфы? — не выдержал я.
— Так поймали диверсантов! Ушастые это были! А кто сидит на полиметаллических рудах? А кто в тендер Государев впрягся?.. Ш-ш-ш-шайзе! Езжайте уже хоть в жопу, хоть к тойфелю! — кузен Бирбаух явно снова взбесился, что позволил подцепить себя на больную для всех магнитских кхазадов тему. — Езжайте и никого ни о чем не спрашивайте, если не хотите неприятностей.
Клаус выпрыгнул из фудтрака, хлопнул его зачем-то по металлическому боку, одобрительно кивнул, и вместе с разговорчивым владельцем автомастерской они скрылись внутри гаража, даже не попрощавшись. Мы всей толпой загрузились в фургон, и, не спеша поехали, примеряясь к обретшему второе дыхание шушпанцеру, Серый попросился за руль — и я не стал ему отказывать.
Парень аккуратно вел машину по тихим улицам с одинокими прохожими: угрюмыми гномами в традиционных пальто, сюртуках, жилетках, шляпах и очках. Попадались тут и вечно позитивные кхазадки, кутавшиеся по осеннему времени в теплые салопы и капоры, и редкие представители человеческой расы, одетые в самые обычные дутые куртки, дубленки, аляски. Архитектура Магнитогорского Предместья была квинтэссенцией кхазадского орднунга: геометричность, основательность, функциональность, приземистость. Камень, черепица, металл. Из украшений — довольно мрачные барельефы и рунные насечки на фасадах, бронзовые статуи мастеров и героев подгорного племени на перекрестках… Я горестно вздохнул: не удалось повидать настоящей кхазадской жизни! Всё это был эрзац, вывеска для жителей поверхности. Настоящий Магнитогорск, Город-под-Горой, остался там, за закрытыми вратами!
По тротуару, решительно вбивая подошвы сабатонов в брусчатку, промаршировал взвод тяжеловооруженных гномских солдат с мортирами, огнеметами и тесаками, и я мигом отринул дурацкие мысли. Нужно было торопиться на Байкал! Над моей Эсси веяли враждебные вихри!
— Ваще-то нужно торопиться в «Гуси-Лебеди», а то наше мясо протухнет, — сбил весь настрой Кузя. — А потом уже на Байкал.